— Я бы сказал, что неприятности — это она. — Лукас молча сосчитал до пяти, когда Бен завел мотор. — Она здесь не останется…
— Мама?
Лукас развернулся на звук голоса, а Бен тем временем выехал со двора. Слишком занятый новым обстоятельством, чтобы попытаться остановить шерифа, Лукас прищурился от пыли, вглядываясь в салон спортивной машины. Так и не разобрав, кто там, он приблизился.
— Все хорошо, — произнесла женщина, притягивая к себе мальчика лет пяти-шести. Обняв малыша, она сердито посмотрела на Лукаса.
Мальчик поднял на него глаза, полные недоверия.
— Кто это?
Даже если бы Лукас очень захотел, он был не в состоянии вымолвить ни слова. Спустя несколько мгновений полнейшей тишины он прочистил горло и заставил себя заговорить:
— Я Лукас Каллахан. А как тебя зовут?
— Коди.
Пообещав себе в следующую встречу, как следует взгреть Бена, Лукас посмотрел на небо.
— Думаю, нам лучше пойти в дом.
— Мы не можем здесь остаться. — Женщина еще крепче прижала к себе мальчика и поежилась, но от страха или от холода — Лукас не мог сказать наверняка.
— Придется, — проговорил он, указав им на крыльцо и честя про себя на все корки свое невезение. Небо почернело, и вместе с пылью в воздухе закружились крупные снежные хлопья. — Минут через тридцать никто уже не сможет проехать по этой дороге.
И он окажется взаперти вместе с женщиной и ребенком на бог весть какое время.
Рейчел Харрис не знала, донесут ли ее ноги до дома. Она понимала, что хозяин ей не доверяет. Все правильно. В подобной ситуации она реагировала бы точно так же. Ей приходится соблюдать осторожность. Недоверчивые люди задают вопросы, на которые она не может ответить, если хочет, чтобы Коди оставался в безопасности.
Заморгав от яркого света, горящего в доме, она прошла в кухню.
— Кофе? — предложил Лукас и выдвинул пару стульев из-под большого стола.
Она неуверенно кивнула и села. Исподволь бросив взгляд на хмурого человека, пересекающего просторную кухню широкими шагами, Рейчел затаила дыхание. На улице было недостаточно светло, чтобы как следует разглядеть его. Но теперь один вид его спины вызвал неодолимое желание прыгнуть в машину и умчаться куда глаза глядят, несмотря на проколотую шину.
Рослый, футов шести, Лукас Каллахан напоминал самого дьявола. Густые черные волосы лежали на загорелой шее, доходя до воротника черной рубашки. Плечи достаточно широки, чтобы прислониться к ним, спрятаться от любой опасности, и, по-видимому, отнюдь не располагают к сантиментам.
— Спасибо, — прошептала Рейчел, когда он поставил перед ней чашку кофе, и, вдохнув изумительный аромат, с благодарностью улыбнулась. Она не пила кофе со вчерашнего утра. У нее осталось меньше сорока долларов, и нельзя их тратить на такую роскошь, как кофе. Она очень рассчитывала на Дженни, отсутствие которой поставило ее на грань отчаяния. За свои двадцать семь лет она много чего пережила. Последнее испытание стало, пожалуй, наихудшим.
Лукас поставил перед Коди стакан молока, порылся в шкафчиках и, удовлетворенно проворчав что-то себе под нос, бросил на стол полупустую пачку печенья.
— Лучше не съедай все сразу. Может, придется растянуть их на несколько дней.
Коди посмотрел на Рейчел, которая ответила на его вопросительный взгляд улыбкой. Он взял одно печенье и стал есть его медленно и осторожно, словно что-то неизвестное и экзотическое.
Рейчел наблюдала за ним, и любовь к сыну преодолевала страх. Мальчик вел себя послушно, не капризничал, ни разу не пожаловался, хотя приходилось целыми днями сидеть безвылазно в машине. Последние две ночи они и спали в ней, не рискуя истратить оставшиеся деньги. Но вместо дома подруги детства оказались в уютной, но чужой кухне незнакомого человека. Заметив дружеские отношения между ним и шерифом, Рейчел решила, что здесь они, по крайней мере, в безопасности. Шериф сам предложил ей остаться. Она не боялась, но ее волновала близость этого мужчины. А почему — трудно объяснить.
Обхватив ладонями горячую чашку, она спросила:
— Вы не знаете, когда Дженни и Пит вернутся?
— Я слышал, они уехали на месяц.
— На месяц! — Ее сердце упало. Еще целых две недели. Наличных денег хватит на день-два, воспользоваться кредитными карточками она не может — риск очень велик. Их очень легко выследить, если иметь желание и средства. У родителей Стивена есть и то, и другое. Надо поискать место, где они дождутся возвращения Дженни. Вот только когда она сможет уехать?
Рейчел бросила еще один незаметный взгляд на Лукаса Каллахана. Он не пошевелился, с тех пор как бросил печенье на стол, лишь оперся спиной о стойку, положил ногу на ногу и скрестил руки на груди. Такая поза сделала его еще более неприступным.
Рейчел сосредоточилась на кофе и собралась с силами.
— Мы можем отправиться в Грейт-Фоллз, как только заменят колесо. Как долго, по-вашему, продлится буря? Есть у нас шанс уехать сегодня вечером?
— Сомневаюсь, — ответил Лукас. — Зависит от того, сколько выпадет снега и насколько сильным будет ветер. Если буря усилится, вы сможете выбраться отсюда не раньше чем через несколько дней.
Ее сердце снова упало, и она прислушалась к завыванию ветра за окном тихой, уютной кухни. Дрожь пробежала по телу, но не от жутких порывов ветра, а от страха, который она испытывала, ощущая, как ее сверлит пара глаз. Почему-то ей казалось, что они такие же холодные, как и их обладатель. Почему он такой неприветливый? Такой… враждебный? Большинство людей подозрительно относятся к незнакомцам, но разве Лукас не понимает, что она оказалась в таком положении не по своей воле?
— Пока погода не ухудшилась, поставлю-ка я вашу машину в гараж, чтобы ее не завалило. Вам что-нибудь нужно взять из нее?
Рейчел подумала о четырех чемоданах и коробках в багажнике. Если Лукас их увидит, наверняка поймет, что речь идет вовсе не о короткой увеселительной поездке в гости к подруге.
Возможно, он не потребует ответов, по крайней мере, сейчас, но в ближайшем будущем — непременно. К счастью, есть еще небольшая ручная сумка.
— Сумка на заднем сиденье, — ответила она. — И пальто Коди. И еще одеяла.
— Одеяла вам не понадобятся. В доме полно свободных спален. Я приготовлю для вас комнату.
— Спасибо. — Рейчел отвела взгляд. Отчего-то, когда он проходил мимо, ее словно жаром обдало.
— Возможно, я задержусь. Надо кое-что сделать по хозяйству. — Лукас поправил шляпу и надел тяжелое пальто. На мгновение замешкался. — Вы не против помешать вон в той кастрюльке на плите?
— Разумеется, нет. — Опустив длинную деревянную ложку в кастрюлю, Рейчел глубоко вдохнула. От запаха у нее потекли слюнки. Куриный суп.
