Как и в других странах, вера в дьявола на Руси развивалась со времени христианизации на основе старых народных, «языческих» представлений о добрых и злых духах. Христианство, сменившее язычество, или возводило языческих богов в христианских святых, или низводило в духов, в «нечистую силу». Процесс превращения старых славянских богов в нечистую силу красочно изображен в летописи. Князь Владимир велел одних богов («идолов») изрубить, а других сжечь; Перуна приказал привязать к хвосту коня, волочить к реке, колотить, а затем бросить в Днепр. Киевлянам князь повелел явиться к реке для крещения. «А дьявол говорил стеная: “увы мне! Прогоняют меня отсюда!”»[11] В данном случае «дьявол» олицетворял старых, привычных славянских богов. То же произошло и при крещении новгородцев. Статую Перуна волокли по навозу, били, потом бросили в Волхов. В это время вошел в Перуна бес и начал он кричать: «О горе, ох мне, достался немилостивым сим рукам!»[12] Славянин-язычник должен был приурочивать новые идеи (христианские) к прежним. Перун превратился в Илью-Громовника, Волос — в Святого Власия, покровителя стад, многочисленные лешие, водяные и домовые боги — в христианских бесов.
На самом деле старых богов не «прогнали», как писал летописец, вера в них в народе сохранилась и переплелась с христианскими верованиями. «Соединение (религий. — М.Ш.) произошло “естественно” и стихийно, причем основой сложившейся синкретической религии были скорее дохристианские верования и обряды, чем христианские»[13]. Даже видный дореволюционный историк русской православной церкви, бывший профессор Московской духовной академии Е. Е. Голубинский признавал, что на Руси в христианство была перенесена часть языческих верований. Это «бессознательное двоеверие» сохранилось в народе, «ибо и до сих пор под именем суеверий, обычаев и обрядов, народных праздников и увеселений он еще весьма немало удерживает в своей вере и в своем быту остатков язычества»[14]
Сохранились в православии и переработаны в соответствии с христианским учением также дохристианские народные верования в нечистую силу. Голубинский писал, что славяне, подобно всем другим народам, верили не только в богов добрых, которые пеклись о них, но и в богов злых, которые были им враждебны и их преследовали. Первых богов они называли богами белыми, а вторых — черными. Эта вера, писал Голубинский, сохранилась и после христианизации: «Удерживая языческие представления и понятия, простой народ и до настоящего времени твердо верит, что физические бедствия суть действия нечистой силы — его прежних богов черных...»[15]
Церковь не только не выступила (и не выступает) против этих «языческих» верований, но, наоборот, сама проповедовала и проповедует веру в нечистую силу, в дьявола, а ее богословы преподносили и преподносят верующим всевозможные выдумки о дьяволе, в частности о том, как с ним в свое время боролись святые.
В древнерусской демонологии прослеживается ряд исторических наслоений. Наиболее ранними были древнеславянские «языческие» верования в добрых и злых духов, вера в чародейство, оборотничество. Здесь еще не было веры в черта в собственном смысле этого слова. Эту веру принесло христианство: «...древнерусский бес в своей литературной первооснове восходит к Библии и преимущественно к книгам Нового завета...»[16] Прямое влияние на древнерусскую демонологию оказала византийская: большая часть демонологических сказаний в древнерусской литературе заимствована из византийской литературы. С XVII в. начинает сказываться влияние и западной демонологии.
Ведьмы вызывают гром и град. Рисунок конца XV в.
О том, какие представления о ведьмах бытовали на Руси, можно судить, в частности, по «Словарю русских суеверий», изданному в Петербурге 200 лет назад. Там сказано: «Ведьмы... есть такие люди... кои посредством некоторых мазей и кувыркания через двенадцать ножей оборачиваются во всяких зверей и птиц, а особливо в волков, свиней, сорок и копны сена, также и других людей оборачивают и делают худое и доброе по их произволу своим ближним, и сим обороченные люди называются оборотни»[17]. Считалось, что ведьмы «портят» коров (и те перестают давать молоко), пугают людей, насылают болезни, вызывают бури, непогоду и т. п.
Испытание ведьм: слева — огнем, справа — водой. Рисунок середины XIII в.
Писатель и фольклорист С. В. Максимов в конце прошлого века писал, что в народе верят, будто от нечистой силы спасает крест, а от колокольного звона бесы проваливаются в преисподнюю. Если вера в нечистую силу уходит в дохристианское «языческое» прошлое, то вера в силу креста и колокольного звона — это то, что привнесено православной церковью, которая не только ничего против «двоеверия» не имела, но, наоборот, на нем стремилась укрепить свои позиции в народе в качестве единственно спасающей от дьявола силы.
«Церковь не могла обойтись без сатаны, как и без самого бога, была кровно заинтересована в существовании нечистой силы, ибо без сатаны и сонма его слуг невозможно было бы держать верующих в повиновении»[18].
Вера в дьявола как реальное существо — источник всего зла в мире, оказывающее влияние на жизнь отдельных людей и всего человечества, проповедуется церквами всех религий ныне так же, как и сотни лет назад.
Авторитетный среди православных церковников богослов Владимир Лосский пишет, что проблемы зла «сводятся в подлинно христианской перспективе к проблеме “лукавого”... “Лукавый” — это личность, это “некто”... Зло имеет своим началом грех одного ангела»[19].
Такую же позицию о существовании дьявола как личности и как источника зла в мире в принципе занимают идеологи и других религий. «...Фигура и идея черта проходит через истории всех религий, начиная с самых первобытных»[20]. Никакой модернизации в этом вопросе церковь не допускает.
Глава 2. Вера в дьявола в Ветхом завете и иудаизме
Древнейшая часть Ветхого завета восходит к XIII в. до н.э. Собирание и систематизация материала, вошедшего в ветхозаветную часть Библии, начались в VI в. до н. э. В том виде, в каком эта книга дошла до нашего времени, она была отредактирована к I в. до н. э. В нее вошли устные предания, мифы о богах и патриархах, легенды, культовые правила, исторические хроники, юридические и бытовые Предписания. Бес это относилось к различному времени и для того, чтобы придать книге в какой-то мере характер цельного и последовательного изложения, при систематизации тщательно редактировалось. Однако при историческом исследовании библейских книг все же обнаружились пласты — разделы и повествования, относящиеся к различным эпохам.
В Ветхом завете сохранились свидетельства о разных этапах развития религиозных верований у древних евреев, в частности о семейных, родовых, племенных богах и культах. Тенденция к единобожию (монотеизм) стала проявляться значительно позже. «В ветхозаветных книгах, относящихся к периоду плена и после плена (VI в. до н. э. — М.Ш.), начинает проявляться монотеистическая тенденция. В ряде текстов Второисайи уже ясно выражены претензии Яхве на универсальность и единственность... “Я первый, — говорит он, — и я последний, и кроме меня нет бога”, “Есть ли бог кроме меня? Нет другой твердыни, никакой не знаю”» (Исайя XLIV, 6,8)[21]. Поэтому совершенно неверны утверждения иудейских и христианских клерикалов об извечном монотеизме иудеев.
В Библии сохранились явные свидетельства распространенности среди древних иудеев веры в добрых и злых духов, со временем принявшей характер веры в добрых ангелов и злых демонов. В первой книге Ветхого завета (Бытие) рассказывается, что змей в раю уговорил Еву нарушить запрещение бога есть плоды с определенного дерева. Это навлекло гнев божий не только на Еву и Адама, но и на все человечество. Иудейские и христианские богословы утверждают, что под видом змея действовал глава демонов Вельзевул. Змей книги Бытия — один из тех злых духов, в существование которых верили древние иудеи. У многих народов древности, в том числе и у иудеев, существовал культ змеи. Змея почиталась и «как бог мудрости и прорицания» и как «универсальный демон зла»[22]. Следы этого культа и сохранились в рассказе об Адаме и Еве.
Видный советский историк древнего мира Н. М. Никольский пишет, что именно раввины «перевели в ангелы всех прежних духов народной фантазии и разделили их по рангам и функциям»[23]. Злых духов народной фантазии раввины перевели в демонов. Так поступили они и со злым духом, который, по рассказу Библии, свел с пути истины Адама и Еву.
