— этим прессом — и каждодневной действительностью оставалась, образно выражаясь, некая щелочка. И в этих условиях и следовало проводить политику «национального единения» со всеми ее либеральными маневрами и лавированием. Делать это было нелегко, и не случайно проводниками этой политики в странах Западной Европы стали виднейшие либералы: Д. Ллойд Джордж и У. Черчилль в Англии, В. Орландо в Италии.
В первые два с половиной года войны, пока экономическое и военное истощение Англии, Франции, Италии еще не достигло критической точки, политика «национального единения» приносила, казалось, свои плоды и ее поддерживали не только либеральные, но и умеренно консервативные группы правящих классов западноевропейских стран. Но весна — осень 1917 г. стали во всех воюющих странах Западной Европы периодом наступления народных масс на фронтах внутренних, классовых битв.
Каков был характер этого «наступления»? В чем были его сила и его слабость? Оказались ли действенными старые, испытанные правящими классами этих стран методы управления народными массами в обстановке, чрезвычайно усложнившейся после марта 1917 г.? Какие новые формы, методы управления пытались они в этих новых, усложнившихся условиях найти?.. Мы должны попытаться ответить на эти вопросы, если мы хотим понять, какова была международная обстановка, в которой произошла Великая Октябрьская социалистическая революция.
Мы будем говорить в этой книге о странах Западной Европы не потому, что те же вопросы не вставали в 1917 г. перед державами Центральной Европы. Нет, они вставали, и весьма остро, но Англия, Франция, Италия были парламентскими странами, обладавшими определенной суммой демократических традиций. В постановке и разрешении правящими классами этих стран проблемы управления народными, массами данное обстоятельство сыграло немалую роль. В странах Центральной Европы, и в первую очередь в Германии, та же проблема ставилась, а главное, решалась иначе.
Глава 1
АНГЛИЯ
В XIX — начале XX в. Англия была одной из наиболее «свободных» (в кавычках в силу относительности буржуазных свобод вообще) стран мира. Это была страна наиболее полной буржуазной демократии, со старыми и устойчивыми парламентскими традициями, с наиболее полной в Европе свободой слова, печати, собраний, страна, капиталисты которой, как писал В. И. Ленин, «веками научились управлять народом без насилия»{11}.
В годы первой мировой войны в Англии лихорадочными темпами росла военная промышленность, увеличивались концентрация и централизация капитала, фантастических размеров достигли прибыли военных заводчиков и фабрикантов. В то же время для гражданских, не связанных с военными поставками, отраслей производства не хватало рабочих рук, импортного сырья. Многие текстильные, обувные, пищевые и другие предприятия уменьшали объем работы.
Государство, все активнее вмешиваясь в экономическую жизнь страны, сосредоточивало в своих руках контроль над железными дорогами и работавшими на войну отраслями производства. Оно строило и новые, государственные, фабрики и заводы. В Англии, как и в большинстве воюющих стран, монополистический капитализм перерастал в капитализм государственно-монополистический{12}.
В 1917 г. это перерастание шло быстро. Именно в этом году был установлен государственный контроль над угольной промышленностью, судоходством, милитаризация труда распространялась на все новые отрасли текстильной промышленности, машиностроения.
На предприятиях, выполнявших заказы военного ведомства, в 1917 г. работало около 2 млн. человек, действовали новые, военного времени, законы. Стачки были запрещены, многие добытые десятилетиями борьбы права тред-юнионов — отменены. Рабочие не имели права свободного перехода с одного предприятия на другое, так же как не имели права не выходить (пусть даже всего несколько дней) на работу. Они работали по 10–12 часов в сутки, нередко без выходных, и подлежали за нарушение военных правил и законов суду специально созданных трибуналов.
Была ограничена свобода слова и собраний, введена цензура печати. Весной 1916 г. был издан закон о всеобщей воинской повинности, до тех пор в Англии отсутствовавшей.
С затяжкой войны внутренние трудности на Британских островах обострялись, все чаще бастовали рабочие. Весной 1916 г. вспыхнуло и было жестоко подавлено национально-освободительное восстание в Ирландии. К концу этого года английской правящей верхушке стало ясно, что победа над Германией требует не только чрезвычайных усилий на фронте, но и еще большего, чем ранее, напряжения и концентрации всех сил в тылу.
Именно тогда главой английского правительства стал Ллойд Джордж. Об этом человеке В. И. Ленин в 1916 г. писал так: «Первоклассный буржуазный делец и политический пройдоха, популярный оратор, умеющий говорить какие-угодно, даже революционные речи перед рабочей аудиторией, способный проводить изрядные подачки послушным рабочим в виде социальных реформ (страхование и т. п.), Ллойд Джордж служит буржуазии великолепно и служит ей именно среди рабочих, проводит ее влияние именно в пролетариате, там, где всего нужнее и всего труднее морально подчинить себе массы»{13}.
В 1914–1918 гг. Ллойд Джордж был ярым сторонником «войны до победы». Неудивительно, что в трудные годы мировой войны английская буржуазия, призвала «политического пройдоху» к власти.
В декабре 1916 г. Ллойд Джордж возглавил многолюдный коалиционный кабинет, в который вошли представители всех трех основных партий Англии: либеральной, консервативной и лейбористской. Тогда же, в нарушение многих парламентских правил и традиций, был создан и особый Военный кабинет из четырех человек — представителей тех же трех партий. Его возглавил тот же Ллойд Джордж.
Отодвинув на задний план и кабинет министров и парламент, Военный кабинет стал заниматься не только вопросами, непосредственно связанными с ведением войны, но и наиболее важными вопросами внутренней политики.
Это мало напоминало порядки «свободной» Англии довоенных лет. И все-таки по сравнению со многими другими воюющими странами Англия и в 1914–1918 гг. оставалась страной, в которой политический режим был относительно (очень относительно, конечно) более мягок, уничтожение войной буржуазных политических свобод зашло менее далеко, чем в других воюющих странах.
Свободу печати правительство ограничило, но предварительной цензуры (как в других воюющих странах) не ввело, и Англия была едва ли не единственной из воюющих стран, газеты которой выходили без белых пятен цензурных изъятий.
Это же следует сказать об английском антирабочем законодательстве военных лет. Английские трибуналы карали рабочего за прогул денежным штрафом, а за самовольный переход с одного военизированного предприятия на другое — шестью неделями вынужденной безработицы[1]. Это было тяжело и унизительно, и английские пролетарии упорно против этого боролись. Но в Италии, например, неявка на работу и самовольная перемена места работы влекли за собой значительно более тяжелое наказание — тюремное заключение сроком от нескольких месяцев до года.
Кормили Англию в годы войны ее заморские колонии. К декабрю 1916 г. цены на основные продукты питания в стране выросли на 200 %, а реальная зарплата рабочих — всего на 120 %. Все же продукты в стране были, и массового голода население не знало.
В феврале 1917 г., когда Германия объявила «тотальную»
