– Рассказывать пока не о чем, – ответила Бренна с деланным равнодушием. – Чарльз договорился, чтобы меня попробовали на роль в картине, которую ставит один из его бывших студентов. Сомневаюсь, правда, что из этого что-то получится…
– А я и не знала, что у Чарльза есть связи в мире кино, – протянула Вивиан. – И кто же этот бывший студент?
Бренна глубоко вздохнула и повернулась к подруге.
– Майкл Донован, – нехотя призналась она. Вивиан не сумела скрыть удивления и негромко присвистнула.
– Майкл Донован? Как тебе повезло!
Все, кто имел хоть малейшее отношение к кинематографу, знали Майкла Донована. Ему еще не исполнилось и сорока, а он уже успел стать легендой. Его звезда недавно вспыхнула на небосводе Голливуда и стремительно неслась к зениту. Он начинал как режиссер и сценарист, а теперь, неожиданно для всех, занялся выпуском собственных фильмов. Донован выступил продюсером трех самых кассовых фильмов за все время существования кино. Поскольку в два из них были вложены его собственные деньги, он в одночасье стал миллионером. Часть состояния Донован истратил на собственную киностудию. В Южном Орегоне он построил настоящий город. Донован перетянул к себе самых талантливых представителей киноиндустрии. Он приобрел такой вес, что даже фамилия Донован, казалось, отливала золотом, и газетчики все чаще сравнивали этого нового киномагната с легендарным царем древности Крезом.
И Вивиан, и Бренна знали историю взлета Донована. Попасть к нему в фильм означало иметь хороший шанс обрести популярность.
Бренна пожала плечами.
– Это всего лишь прослушивание. Я должна прочитать отрывок ответственному по подбору актерского состава, некоему Джошу Фернандесу. – Вдруг самообладание покинуло ее, она закрыла глаза и прерывисто вздохнула. – Боже, я так волнуюсь!..
Вивиан похлопала ее по плечу.
– Все будет хорошо, детка, вот увидишь – у тебя все прекрасно получится, – ободряюще сказала она. – Ты же талантлива, по-настоящему талантлива.
– В городе сотни талантливых актрис, – уныло возразила Бренна. Боже, как ей хотелось, чтобы Вивиан оказалась права. – И многие из них без работы.
Барлоу сочувственно кивнула.
– Да, в кино многое решают связи. Если бы за тебя не замолвили словечко, тебе не удалось бы и близко подойти к Фернандесу. Я и не подозревала, что Чарльз знаком с Донованом…
– Я тоже. Он никогда еще не пользовался дружескими связями, чтобы просить о чем-то. Мне просто необходимо отлично прочитать текст хотя бы для того, чтобы не подвести Чарльза. – Она нервно прикусила губу, затем встряхнула головой и расправила плечи. – Ладно. Самое худшее, что меня ожидает, – это всего лишь отказ в роли, – нарочито бодро заявила она и улыбнулась. – Пожелай мне удачи!
– Ни пуха, ни пера, Бренна, – благословила ее Вивиан.
Бренна поцеловала малыша и вышла из квартиры.
Выезжая на своей старенькой «Хонде» со стоянки у дома, она снова мысленно попыталась представить предстоящую кинопробу.
Чарльз буквально ошарашил ее, когда небрежно сказал, что договорился о прослушивании, и вручил ей сценарий «Дикого наследия». В самых смелых мечтах Бренна не могла представить, что ее пригласят в студию самого Донована. Чарльз же, казалось, радовался, как ребенок. Он вкратце объяснил, что Донован когда-то был его студентом, и они до сих пор сохранили добрые отношения.
– Когда я прочитал о том, что Майкл выкупил сценарий «Дикого наследия», то понял – никто лучше тебя не сыграет роль Энги, – сказал Чарльз и погладил ее по плечу. – Бренна, я верю, что еще буду гордиться дружбой с тобой.
Энги Линден, молодая женщина со сложным характером, пытающаяся преодолеть последствия своего нелегкого прошлого, была главным действующим лицом «Дикого наследия». Сценарий был прекрасным: в нем прекрасно сочетались грусть, юмор, чувственность, тонкие трагические нотки, пронизывающие непростую историю жизни женщины. Любая актриса отдала бы все, чтобы заполучить такую роль. Именно поэтому Бренна оценивала свои шансы на успех как один из тысячи. Если бы Чарльз Уилкис не настаивал, она ни за что бы не согласилась ехать на прослушивание. Но она не могла подвести Чарльза после того, что он для нее сделал. И все-таки один шанс всегда остается! Верить в него не было никаких оснований, а верить все-таки очень хотелось. Так хотелось, как в детстве, когда она, глядя в унылое окно сиротского приюта, мечтала о принце, что вызволит ее из заточения.
Хотя с какой это стати судьбе вдруг одаривать ее подобными милостями? Мысли Бренны метались из стороны в сторону: может, все-таки вернуться, а Чарльзу сказать, что она не смогла или не успела… Но при чем здесь Чарльз? Речь идет о том, что она просто трусит… А этого Бренна позволить себе не могла.
Когда она разыскала дом, адрес которого дал ей Чарльз, то была удивлена, увидев перед собой скромное двухэтажное кирпичное здание с невзрачной табличкой «Донован Энтерпрайсиз Лтд». Человек, обладающий репутацией процветающего киномагната, мог бы позволить себе и более представительный офис.
Бренна припарковала машину, опустила в счетчик несколько монеток и прошла через вращающиеся стеклянные двери. Любезная секретарша направила ее на второй этаж, в студию номер два.
Студия представляла собой небольшой зал со сценой и несколькими рядами мягких кресел. Невысокий брюнет лет тридцати и рыжеволосая, неброско одетая молодая женщина повернулись на звук захлопнувшейся двери. Мужчина поднялся, чтобы встретить ее, проводил к сцене. Потом он неспешно вернулся к своему месту и, заглянув в поданную помощницей папку, широко улыбнулся Бренне.
– Мисс Слоун? – Его строгое лицо с тонкими чертами словно потеплело. – Я – Джош Фернандес, а это моя помощница, Билли Перкинс.
Рыжая улыбнулась в ответ на кивок Бренны.
– Рад познакомиться с вами, – добавил Джош.
Бренна с облегчением вздохнула. Может, все еще и обойдется. Фернандес оказался далек от образа грозного, курящего неизменную сигару босса с устрашающим взглядом, который рисовался ей раньше. Ее лицо озарила улыбка, и Джош Фернандес поневоле охнул от восхищения – такую улыбку он помнил только у Одри Хепберн.
– И я очень рада познакомиться с вами, мистер Фернандес, – негромко произнесла Бренна и огляделась. – Это не совсем то, что я ожидала… Джош засмеялся.
– Если вам удастся выйти из этого прослушивания живой, то придется выдержать еще и пробу на фотогеничность. Мистер Донован предпочитает проводить первое прослушивание именно здесь. Он считает, что актерские способности или их отсутствие ярче всего видны на театральной сцене.
