– Я хочу соблазнять только одного человека, – прошептала она. – Мне не нужен никто кроме тебя, Майкл.
– Пусть так и будет всегда, – ответил он, с нежностью гладя ее волосы. – Я невыносимо ревновал тебя с самой первой минуты нашей встречи – сначала к тому артисту из театра, затем к Полу Шадо и даже к Джейку.
– Только не к Джейку, – изумленно возразила Бренна. – Ты же знаешь, он никогда не предаст вашу дружбу.
– Да, разумом я понимал это, но чувства говорили мне другое. Я ведь знал лучше других, какой он ловелас и что ни одна женщина не может устоять перед ним. Ты могла увлечься им сама, без малейшего повода с его стороны.
– Это точно, он просто неотразим, – согласилась Бренна. – Не понимаю, почему я предпочла ему несимпатичного вспыльчивого ирландца…
– Ты хочешь, чтобы я тебе сказал, почему? – хитро спросил Майкл, наклонился к ее уху и тихо что-то прошептал.
Она покраснела и отшутилась:
– Это всего лишь обещания.
– Точно, – кратко бросил Донован, и она вновь покраснела, перебирая пуговицы его рубашки.
– Ты действительно влюбился в меня с первого взгляда? – с любопытством поинтересовалась Бренна спустя некоторое время.
Он кивнул и серьезно добавил:
– У меня было такое ощущение, будто мне на голову упал кирпич. Я не мог понять, что на меня нашло. Сначала я подумал, что это было просто желание обладать тобой, но потом понял, что это намного больше, чем обычная жажда близости. – Майкл закрыл глаза и мечтательно протянул:
– Это была и нежность, и страсть, и какая-то сумасшедшая ностальгия, тоска по собственной семье, своему дому. Я хотел лелеять и защищать тебя до самой смерти.
В ее глазах дрожали слезы.
– Но все же ты предложил мне договориться и сказал, что мы будем вместе, пока я тебе не надоем и пока ты не прикажешь мне оставить тебя.
– Это и означало – навсегда, потому что я никогда не смогу приказать тебе уходить. Ты ведь тоже мне не доверяла. Как я мог признаться в вечной любви, если ты настолько мне не верила, что не сочла нужным даже рассказать о ребенке?
– О Рэнди? – озадаченно спросила Бренна. – Но ведь ты сам все узнал, как только…
– Нет, не о Рэнди, а о нашем ребенке, – нетерпеливо прервал ее Донован. – Не пора ли нам поговорить о нем? – Он погладил ее по щеке. – Почему ты боишься мне признаться, что у нас будет ребенок?
– Ребенок? – ничего не понимая, отозвалась Бренна.
Донован посмотрел на ее изумленное лицо и присвистнул от удивления.
– Черт побери, неужели ты действительно ни о чем не догадываешься? – Он рассмеялся. – Вас так и не научили в сиротском приюте, как распознавать беременность?
Бренна резко выпрямилась, лихорадочно пытаясь сообразить, правду ли говорит Майкл.
– Неужели у меня действительно будет ребенок? – не смея еще поверить, воскликнула она. – Но откуда ты узнал об этом?
– Если ты еще не забыла, я уже три месяца наслаждаюсь твоим чудесным телом и успел узнать его до мельчайших подробностей. И в отличие от тебя с нетерпением ожидал этого события. Скажу даже больше – я его сам и запланировал. Оно должно еще крепче привязать тебя ко мне.
– Ребенок! – восхищенно воскликнула Бренна и прильнула к Майклу. – Когда же рожать? – И она начала отсчитывать месяцы.
– Примерно за месяц до вручения академических наград, – подсказал Донован. – У тебя еще будет время, чтобы вернуть себе девичью грациозность перед тем, как получить «Оскар» за лучшую роль второго плана.
Она положила голову ему на плечо и тихо произнесла:
– Может быть, мне придется бросить карьеру актрисы? Наверное, у меня не будет времени на это после рождения ребенка…
Майкл тут же отстранил ее от себя и заявил серьезным тоном:
– Послушай, Бренна, может быть, я и не прав, но я не для того сделал тебя беременной, чтобы превратить в обычную домохозяйку, каких тысячи. Конечно, мне хотелось бы закрыть тебя в клетке и выбросить ключи от нее, но я все-таки реалист. Я хочу, чтобы ты была счастлива и чтобы тебе самой никогда не захотелось уйти от меня. Ты одаренная актриса, и я хочу, чтобы твои профессиональные качества нашли такое же воплощение, как инстинкты жены и матери. Так что после рождения ребенка ты будешь продолжать сниматься. – Он нежно поцеловал ее. – Мы устроим так, что у тебя на все хватит времени.
– Монти предупреждал меня о том, что ты – самый настоящий эксплуататор, – сказала Бренна, улыбаясь своим воспоминаниям. – Но он также сказал, что никто из окружающих тебя людей не жалеет об этом.
Майкл ласково погладил ее по голове.
– Ты тоже ни о чем не пожалеешь, любовь моя, обещаю тебе. Ни о чем.
И их губы слились в долгом поцелуе.
