Весы по гороскопу. Проработала в отделе логистики восемь лет. Другого опыта не имею.
— Почему уволились? — не смутившись таким ответом, продолжает допрашивать он.
— Решила попробовать что-то новое.
— Что плохого было в старом?
Вообще-то я вполне вменяемая: умею контролировать речь и трезво оценивать ситуацию, но почему-то именно сейчас эти умения мне отказывают, и я выдаю версию, которую вряд ли стоит озвучивать на собеседовании.
— Я вдруг поняла, что моя жизнь слишком скучная. Один и тот же парень на протяжении десяти лет, одна работа. Вот и решила, так сказать, пойти по рукам.
Мужчина иронично приподнимает брови.
— И по многим рукам вы успели пройтись до того, как прийти сюда?
— Совсем нет, — с абсолютно идиотской улыбкой отвечаю я. — Ваши руки первые.
То, что после такого представления мне откажут в найме, уже не сомневаюсь. Кому нужна сотрудница, не имеющая понятия о субординации? Расстраивает ли меня это? Пока нет. Уж слишком весело.
Однако, директор фирмы «Гаранта» оказывается на редкость любопытным, ибо только любопытством я могу объяснить то, что он все еще продолжает со мной разговор. Уж точно не потому что моя кандидатура представляется ему подходящей. До меня из его кабинета вышли пять человек. Из них-то наверняка нашелся хоть кто-то адекватный.
— Что входило в список ваших обязанностей?
— Я все указала в резюме. Подбор грузоперевозчика, контакт с заказчиком, контроль исполнения, документальное сопровождение.
— Если позвоню вашему прошлому работодателю, он даст вам рекомендацию?
Едва не поперхнувшись от неожиданности такого вопроса, я с заминкой киваю. В зеленых глазах владельца кабинета нет даже намека на веселье. Ничего, кстати, такие глаза. Красивые.
— Думаю, да.
Дальше меня ждут два сюрприза. Первый заключается в том, что собеседник, заглянув в мое резюме и приложив телефон к виску, кажется действительно набирает номер моей экс-шефини. Второй, что сделав это, он встает, обнаруживая отличный рост: примерно сто восемьдесят пять сантиметров.
Не гном, и вроде бы не диктатор. В чем тогда подвох?
— Здравствуйте, Катерина Олеговна, — бодро звучит его голос. — Вас беспокоит директор фирмы «Гаранта». У меня на собеседовании находится ваша бывшая сотрудница…
Я завороженно слежу за тем, как он расхаживает по кабинету, допрашивая обо мне Семину. Всегда думала, что номера экс-работодателей указывают для формальности и никто никогда им не звонит.
— Ясно, понял. Рад слышать.
— Что она сказала? — не выдержав, выпаливаю я, едва настырный Антон Георгиевич возвращает свой увесистый мобильник на стол.
— Сказала, что нареканий к вашей работе не имеет, — отвечает он, сощурившись.
Повисает пауза, в течение которой мы оба разглядываем друг друга. Что происходит в голове у директора фирмы «Гаранта» в данный момент неизвестно, но лично я думаю о том, что глаза у него не только красивые, но и умные, и все же будет обидно действительно провалить собеседование.
— Приходите завтра к девяти утра, — первым нарушает он молчание. Говорит уже отстраненно, по-директорски. — С дресс- кодом можете ознакомиться на стойке в приемной. С собой возьмите документы. Какие, надеюсь, перечислять не нужно.
— Вы меня нанимаете? — с неверием переспрашиваю я.
Губы сумасбродного директора трогает легкая улыбка.
— Да. Не похоже?
— Похоже. Просто странно. Я думала, что мой словесный понос вас отпугнет.
— Не отпугнул. Мне показалось, что вам нужна эта работа. — И добавляет очень лично, словно знает меня не первый день. — К тому же, вы мне понравились. В самом хорошем смысле.
3
После «Гаранты» у меня назначено еще одно собеседование, но я благополучно его отменяю и иду праздновать назначение в ближайшее кафе. Заказываю кофе, жирнючий круассан с сыром и набираю СМС маме. «Меня приняли!!!»
Настроение у меня — лучше не придумаешь. И дело не только в том, что я чудесным образом получила работу. Мне скорее нравится то, как я себя сегодня ощущаю: безбашенной, воздушной, такой же, какой была много лет назад. Сейчас я наслаждаюсь собой, забыв о том, что еще час назад ощущала дискомфорт от тесной юбки.
«Поздравляю, доча! — приходит ответ одновременно с опустившимся передо мной стаканом латте. — Ты моя умница!»
Я собираюсь напечатать ей шутливое сообщение о том, что комплектом к вакансии идет симпатичный директор, но новое входящее СМС меня обрывает.
«Я нашел твою сумку. Забери»
Краски этого дня резко меркнут, а в груди знакомо сжимает. Вот за что он со мной так? Что, черт подери, я ему сделала? Это ведь он мне изменил, тогда как я без скандала собрала свои вещи и съехала на съемную квартиру. Это у меня, а не у Арсена за минуту рухнула вся жизнь, это мои мечты разбились. Но почему-то именно он общается со мной так, будто я расколотила на прощанье его машину и нагадила в любимые тапки.
Я часто задаюсь вопросом: а может зря я пыталась держать лицо и вести себя цивилизованно? Может быть, стоило закатить изменнику скандалище, выцарапать ему глаза и засыпать обвинениями? То есть действовать от противного. Потому что женщин, не доставляющих проблем, мужчины явно не ценят. Я даже тяжеленный чемодан с вещами сама выносила. Арсен просто лежал на диване и лишь в последний момент лениво поинтересовался, не нужно ли мне помочь. Я конечно ответила, что не нужно. Гордая же, ну. Все могу сама. Идиотка.
«Можешь ее выкинуть», — печатаю я, сжав зубы.
Или подарить своей новой бабе, — договариваю мысленно.
Все-таки не стерва я. Стерва обязательно бы напечатала и отправила.
Арсен больше ничего не пишет, заставляя меня в сотый раз думать, в чем я перед ним провинилась, раз он ведет себя так. За девять лет между нами было всякое, но я всегда старалась быть для него достойным партнером. Если по молодости получалось неоправданно вспылить — всегда извинялась первой. Сейчас, когда боль от расставания утихла, хочется сохранить теплые воспоминания о нашем прошлом, и я искренне не понимаю, почему Арсен не желает того же. Десятилетие, проведенное вместе, разве этого не стоит? Если я нашла в себе силы простить ему измену, почему он хотя бы просто не постарается нормально со мной говорить?
Хотя правильный ответ мне конечно известен. Не нужно терзаться вопросами по поводу того, почему человек ведет себя так, как ведет. Ведет он себя так, как позволяет ему совесть и это, пожалуй, все, что необходимо знать. Но неугомонная душа конечно требует закрытия всех гештальтов. Все-таки некоторые, сколько к психологам не ходят, порой так и остаются невротичными дурами.
Дожевав круассан, я прошу счет, попутно размышляя, чем заняться в остаток дня. Настроение у меня по-прежнему приподнятое
