«Что бы ни произошло, на это должно быть соответствующее судебное решение. Иначе люди скажут, что Черчилль, Рузвельт и Сталин просто отомстили своим политическим врагам!»
«Мы должны сделать так, – настаивал британский премьер на встрече со Сталиным в Кремле 9 октября 1944 г., – чтобы даже нашим внукам не довелось увидеть, как поверженная Германия поднимается с колен!» Сталин был в принципе не согласен с этим мнением. «Слишком жёсткие меры возбудят жажду мести», – ответил он Черчиллю.
Следует отметить, что ещё в ходе Великой Отечественной войны в СССР состоялись первые публичные процессы над нацистскими преступниками. Например, на заседании военного трибунала 4-го Украинского фронта, состоявшемся в Харькове в декабре 1943 г., было рассмотрено дело трёх немецких офицеров, обвинённых в варварских казнях мирных граждан с применением передвижных газовых камер («газенвагенов»), или, как их называли в народе, «душегубок». Данный судебный процесс был снят на киноплёнку и в качестве документального фильма демонстрировался по всему Советскому Союзу.
В конечном счёте советское руководство добилось от своих союзников по антигитлеровской коалиции согласия на проведение судебного процесса над нацистскими преступниками. Однако споры по данному вопросу продолжались. По мнению премьер-министра Великобритании У. Черчилля, суд над главными нацистскими преступниками должен был быть не юридическим, а политическим актом. Президент США Ф. Рузвельт заявлял, что процедура не должна быть слишком юридически скрупулёзной, и предлагал не допускать на судебный процесс корреспондентов и фотографов.
Справедливости ради необходимо отметить, что наряду с предложениями о Трибунале как о формальном прикрытии предрешённой смертной казни нацистских преступников на Западе звучали мнения и о необходимости организации серьёзного судебного разбирательства и справедливых вердиктов. «Если мы просто хотим расстреливать немцев и избираем это своей политикой, – говорил американский судья Р. Джексон (в будущем – Главный обвинитель на Нюрнбергском процессе от США), – то пусть уж так и будет. Но тогда не прячьте это злодеяние под видом вершения правосудия. Если вы заранее решили в любом случае казнить человека, то тогда и в суде над ним нет никакой необходимости…»
Тем не менее внесудебные расправы всё-таки вершились. Например, бойцы итальянского движения Сопротивления расстреляли диктатора Б. Муссолини. Бойцы французского движения Сопротивления казнили без суда более 8 тыс. нацистов и их пособников.
Соглашение об организации Международного военного трибунала было заключено между СССР США, Великобританией и Францией в августе 1945 г. Этот Трибунал был призван вершить суд над главными военными преступниками и не имел аналогов в истории. Такое решение стало важным не только для стран – участниц Второй мировой войны, но и для судеб всего человечества.
Характеризуя судебный процесс над нацистскими преступниками, Главный обвинитель от СССР Р. А. Руденко подчёркивал, что это был первый случай, когда перед судом предстали преступники, завладевшие целым государством и сделавшие само государство орудием своих чудовищных преступлений. На скамье подсудимых оказались люди, чья преступная деятельность не ограничилась пределами одного государства и привела к неслыханным по своей тяжести последствиям.
Обвинитель Руденко
Подготовка к процессу
С 17 июля по 2 августа 1945 г. проходила Потсдамская (Берлинская) конференция глав правительств СССР, Великобритании и США. На ней решались проблемы послевоенного устройства Европы. На конференции были приняты важные решения о демилитаризации и денацификации Германии и среди прочего – о наказании военных преступников. Очень важно, что тогда союзники приняли официальное обязательство судить виновных скорым и справедливым судом.
Советские судьи
В документе, заключённом по итогам конференции, отмечалось, что на переговорах в Лондоне[1] будет выработано согласованное мнение по проблеме организации Трибунала и установлен конкретный срок его начала.
При работе над Уставом Международного военного трибунала возникали споры, ведь главные партнёры по антигитлеровской коалиции имели различные правовые системы (англосаксонская, континентальная и социалистическая). В каждой стране существовали свои правовые традиции, действовали национальные системы законодательства (они существенно различались, особенно в процессуальном плане). Будущий Главный обвинитель от США на Нюрнбергском процессе Р. Джексон вспоминал, что испытал нечто наподобие шока, «услышав, как российская делегация отзывается о нашей англо-американской практике [обвинения]… Они [советская сторона. – Примеч. ред.] полагают, что англо-американская система права несправедлива, так как она не даёт подсудимому представления о полном объёме доказательств, собранных против него… В этой критике определённо есть рациональное зерно».
Несмотря на наличие существенных трудностей, юристы СССР, США, Великобритании и Франции нашли приемлемые для всех решения и сформировали уникальный процессуальный инструментарий, который оказался действенным.
Неотъемлемой частью соглашения об организации суда над главными военными преступниками являлся Устав Международного военного трибунала для суда и наказания главных военных преступников. В Уставе была юридически установлена ответственность тех, кто формировал, направлял и реализовывал политику войны как источника ненависти и массовых злодеяний. При этом криминализация агрессии как тягчайшего международного преступления обрела прочную международно-правовую базу.
Членами Трибунала были назначены: от СССР – заместитель Председателя Верховного суда СССР И. Т. Никитченко, от США – бывший генеральный прокурор Ф. Биддл, от Великобритании – главный судья лорд Дж. Лоренс, от Франции – профессор уголовного права А. Доннедье де Вабр.
Судьи Никитченко И. Т., английский судья лорд Дж. Лоренс и Ф. Биддл
Французский судья А. Доннедье де Вабр
Судья Ф. Биддл
Каждая из четырёх стран – участниц Лондонского соглашения об учреждении Международного военного трибунала направила на процесс своих главных обвинителей, их заместителей и помощников. Советскую делегацию возглавил Роман Андреевич Руденко, с 1944 г. занимавший пост прокурора Украинской ССР.
Роман Андреевич Руденко
На первое совместное заседание главные обвинители от СССР, США, Великобритании и Франции собрались для составления согласованного списка подсудимых. Вначале предполагали, что это будет, скорее всего, 10–12 человек из разных властных структур нацистской Германии. Член Трибунала от СССР И. Т. Никитченко настаивал на том, что в списке обязательно должны находиться также и немецкие промышленники. В результате число подсудимых увеличилось.
Советская делегация проделала огромную работу по подготовке к судебному процессу. Необходимо было привести в нужный порядок огромное количество материалов и документов Чрезвычайной государственной комиссии[2]. Требовалось также подготовить для использования на процессе трофейные документы, захваченные советскими войсками. С этой целью из СССР в Нюрнберг, где было решено провести судебный процесс, отправилась небольшая группа работников прокуратуры. В их задачу входил отбор материалов, которые могли быть использованы советскими обвинителями, а также предварительный допрос
