Эти плиты надлежало тайно закопать в обусловленных местах на всех землях Северо-Западной Америки, которые уже посещали или будут посещать в будущем подданные Российской империи, как неоспоримое доказательство приоритета русских в колонизации этих территорий. А для доставки в Петропавловск этого объемного и тяжелого груза Екатерина указала в короткий срок организовать специальную Тихоокеанскую морскую экспедицию.
Так в конце 70-х годов XVIII века не только зародилась идея первого кругосветного плавания русских моряков, но и начались конкретные работы по ее осуществлению. Начальником экспедиции предполагалось назначить одного из опытнейших капитанов русского флота Григория Ивановича Муловского.
Но грянула война — шведский король Густав III в 1788 году направил свой могучий флот к русским берегам. Шведы намеревались разгромить русских и вернуть все земли по побережью Балтийского моря, отобранные у них Петром I.
Русская эскадра во главе с адмиралом Грейгом[6], выходцем из Шотландии, вышла из Кронштадта навстречу противнику и 6 июля встретилась со шведами в Финском заливе, в тридцати милях западнее острова Гогланд. В этом морском сражении, получившем название Гогландского, несмотря на равенство сил, победу одержали русские. В своем донесении командующий эскадрой особо отметил мужество команды линейного корабля «Мстислав» под командой капитана Муловского, не покинувшим линию баталии до конца боя, имея серьезные повреждения корпуса и рангоута от огня неприятеля.
Однако уже в следующем, 1789 году в сражении у острова Эланд славный командир «Мстислава» был убит. Русский флот потерял не только одного из лучших своих капитанов, но и потенциального руководителя кругосветной экспедиции, судьба которой сложилась бы несомненно более удачливо, а Григорий Муловский заслуженно стяжал бы славу первого русского мореплавателя, пронесшего Андреевский флаг по всем океанам. Но судьба распорядилась иначе…
Тем не менее подготовительные работы по организации Тихоокеанской экспедиции были успешно завершены, и фрегат под гром пушек бастионов покинул Кронштадт, взяв курс на далекий Петропавловск. Однако при выходе из Балтийского моря он потерпел кораблекрушение, будучи во время шторма выброшенным на прибрежные рифы одного из датских проливов. У Екатерины II появилась новая головная боль — потерю одного из лучших кораблей Балтийского флота еще можно было пережить, но в случае обнаружения европейцами секретных чугунных плит, находившихся на его борту, России грозил серьезнейший международный скандал с непредсказуемыми последствиями.
Однако тайну плит все же удалось сохранить, и они после возвращения их в Петербург были все-таки доставлены в Охотск сухопутным путем через Сибирь, несмотря на то, что в те времена провоз туда только одного пуда стоил целого состояния. А затем уже морем были переправлены в Петропавловск на Камчатке и развезены оттуда на все острова и земли Северо-Западной Америки, где ступала нога русского морехода, в точном соответствии с указаниями русской императрицы.
Так незадачливо закончилась первая попытка осуществления русскими моряками кругосветного плавания. Но отрицательный результат — тоже результат: Россия уже была беременна кругосветными морскими путешествиями.
* * *
Инициатором новой экспедиции на Дальний Восток и в Русскую Америку стал лейтенант Иван Федорович Крузенштерн, который в свои тридцать два года уже снискал славу опытного моряка. Он успел не только участвовать в морских сражениях со шведами на линейном корабле «Мстислав» под командой капитана Муловского, но и послужить офицером на военно-морских флотах Англии и Соединенных Штатов Америки и побывать в Северной Америке, Карибском море, Африке, Индии и Китае. Еще будучи юным мичманом и зная о подготовке Тихоокеанской экспедиции, он просил капитана Муловского взять его с собой в случае назначения того начальником этой экспедиции.
Поэтому, вернувшись из дальнего путешествия на родину, Крузенштерн, основываясь на собственном опыте, подготовил проект организации кругосветного плавания, о котором мечтал с юношеских лет, снабдив его подробным обоснованием огромной выгоды для России подобного предприятия. И сразу же приобрел могущественных союзников по реализации этого проекта в лице купцов Российско-Американской компании[7]. Дело в том, что наряду с другими побудительными мотивами в проекте были два положения, сулившие Компании значительное увеличение ее прибылей.
Во-первых, расчеты Крузенштерна показывали, что провоз груза морем из Петербурга в Русскую Америку обойдется во много раз дешевле и быстрее, чем провоз того же груза традиционным сухопутным путем через Сибирь. Во-вторых, продажа в Китае заготовленной в Русской Америке пушнины гораздо прибыльнее, чем в Европе, что доказал французский мореплаватель Лаперуз[8], очень выгодно продавший в Макао, португальской колонии в Китае, меха, привезенные из Северо-Западной Америки.
Кроме того, Крузенштерн, учитывая печальный исход Тихоокеанской экспедиции, а также опыт дальних плаваний французского капитана Лаперуза и английского капитана Кука, предусматривал участие в предлагаемой им экспедиции уже двух кораблей вместо одного.
Однако император Павел I, несмотря на ходатайство именитых членов правления Российско-Американской компании, отверг представленный ему проект Крузенштерна, назвав его чепухой, что тем более удивительно, так как самодержец имел высший морской чин генерал-адмирала, являясь шефом Военно-морского флота Российской империи. В связи с чем надежды русских моряков на участие в кругосветном плавании, а купцов Компании на получение сверхприбылей, казалось, окончательно и бесповоротно рухнули.
Но в 1801 году в результате дворцового переворота гвардии Павел I был убит. Вскоре после этого Российско-Американская компания обратилась к новому императору за помощью в организации морской экспедиции в Русскую Америку, и в 1802 году Александр I утвердил ее проект.
Начальником экспедиции и капитаном флагманского трехмачтового шлюпа «Надежда» был назначен Иван Федорович Крузенштерн, произведенный в чин капитан-лейтенанта, а капитаном шлюпа «Нева» — его друг еще со времен Морского корпуса капитан-лейтенант Юрий Федорович Лисянский[9].
Из морского департамента Крузенштерну сразу же сообщили, что Его Императорское Величество желает, чтобы он немедленно принимался за дело.
* * *
Фаддей старался как можно точнее излагать эту волнующую и лично его историю. Ведь он уже твердо решил добиваться своего участия в экспедиции Крузенштерна. А Андрюша с замиранием сердца слушал повествование мичмана, изредка задавая уточняющие вопросы, и не переставал удивляться глубоким знаниям молодого флотского офицера. Знать, хорошо готовили дворянских отпрысков в Морском корпусе, так как он сам был довольно хорошо образованным молодым человеком, свободно владел французским, читая французских авторов в подлиннике, изъяснялся на английском и немецком, так что мог в полной мере оценить эрудицию собеседника.
