Читаем без скачивания Сердца войны (СИ) - Фишер Н. М.

— Так вот, кто меня оглушил, — протянула Эльна, и парень виновато пожал плечами.

— Один выжил, должен скоро прийти в себя. Посмотришь?

— Ты же знаешь, что я не люблю, — девушка стряхнула с талии мускулистую руку.

— Ладно тебе, одним глазком хотя бы! Интересно же на них, этих людишек поглазеть. Такие жалкие, беспомощные.

— Вот именно! — Эльна зло зыркнула на парня. — Так и быть, пошли, раз тебе так нужно похвастаться.

Альтос, довольный собой, гордо расправил плечи и шагом от бедра отправился впереди невесты к подземелью, где держали пленных. Тропа к нехитрому бункеру, оставшемуся от людей, когда-то строивших здесь бомбоубежище, была почти не заметна. Пленных захватывали редко и держали недолго, уже через пару дней их показательно казнили на радость магам, а потому считали совершенно необязательным кормить или хотя бы проверять.

Сбежать из-под магической защиты люди не могли при всем желании, а если они умрут от чрезмерного давления энергии, никто не расстроится. На одно зрелище меньше, ну что ж, это можно пережить.

Лес вокруг шумел нежно-зелеными кронами из смеси лиственных и хвойных, изредка роняя уставшие листья к ногам путников. Эльна по привычке загребала ногами траву и листву — тяжелые ботинки не давали высоко поднимать ноги и как будто всегда тянули к земле. И только во время бега магия придавала девушке сил, и тогда она неслась, опережая ветер и не разбирая дороги, стоило лишь захотеть. Эльна всю свою жизнь считала себя бездарным магом — немного эмпатии, почти не ощутимое предчувствие и умение усиливать физическую мощь собственного тела. Ей и в голову не приходило, что за эти нехитрые навыки многие маги с радостью бы отдали владение стихиями или метание энергетическими шарами.

Альтос потянул за металлическое кольцо, приделанное к неприметному металлическому люку, ведущему в непроглядную тьму подземелья. Глаза долго привыкали к темноте, пока Эльна спускалась по бетонным ступеням бывшего бункера. А ее жених, вновь гордо расправив плечи, соединил руки, а когда разжал, на ладонях уже горел синеватый огонь.

Подземелье озарилось светом, намного более ярким, чем дала бы обыкновенная человеческая свеча. Сначала могло показаться, что в помещении никого нет, но потом девушка различила в дальнем углу едва заметное шевеление. Человек, почти голый, в одних лишь драных штанах, не то спал, не то лежал без сознания.

Эльна уставилась на него со смесью удивления и жалости. Хорошо сложенный, небольшого роста, с очень смуглой кожей и веснушками на длинном с горбинкой носу. С изогнутой линией губ, аристократически скошенным лбом, жестким ежиком черных волос, в которых отчетливо виднелась седина, и острыми скулами, испещренными мелкими шрамами, будто однажды его задело осколками снаряда. И как все это можно было заметить в полумраке, промелькнуло в голове Эльны. Ей захотелось смотреть на этого обыкновенного человеческого мужчину, жалкого пленника, претендента на скорую смерть. На его сильные, увитые венами и покрытые черными волосками руки, на мощную шею и широкую грудь. Она тряхнула головой, прогоняя от себя странные мысли.

Мужчина дернулся, размял шею и распахнул огромные темно-карие глаза. Эльна ахнула и закрыла рот руками.

Глава 2

Скрытый за границей Незримого бушующий лес маги не зря прозвали Оазисом. Серый мир, покрытый плотным слоем пепла и усыпанный осколками, за годы войны успел надоесть настолько, что укрытие, некогда служившее просто для отвода глаз, превратилось в настоящую сказку. Между собой маги нередко посмеивались, что стоило еще создать драконов и жар-птиц. Они бы, конечно, были всего лишь проекциями, как и водопад, который однажды запустил кто-то из магов стихий, но какой поистине волшебный мир воцарился бы вокруг!

Эльна не любила пространных бесед о том, как было раньше, какую ошибку совершили их магические предки, и какие же негодяи люди. А беседы эти велись изо дня в день в каждом доме за каждым приемом пищи, по вечерам в бане или во время прогулок, за сбором урожая и даже в постелях. Она же предпочитала просто жить и наслаждаться такой возможностью. Ведь несмотря на магические способности, ее жизнь могла оборваться в любую секунду, как и жизни людей.

Мужчина попытался потянуться и размять затекшие плечи, но магические оковы не позволили, и из его груди раздался низкий сдавленный стон.

— Ал, что с ним? — В изумлении вскрикнула Эльна.

— Ему больно, разумеется, — самодовольно ответил парень. — Я применил к нему высшую степень защиты.

— Он что, так опасен? — Девушка по-прежнему, как завороженная, смотрела в глаза узника, где царила настоящая тьма.

— Нет, обычный пленник. Просто мне он не нравится. А тебе?

— А других пленников ты прям обожал… — Эльна покраснела, и только окружающий полумрак не выдал ее смущения.

— Ты иногда страшно нервируешь своей добротой. Еще бы воды ему подала! — Альтос демонстративно отвернулся, поежившись от окружающего холода. Подземелье пахло сыростью и плесенью. Неизвестно откуда, звонко ударяясь об пол, капала вода, и каждый ее всплеск гулко отражался от стен. Настоящее подземелье из страшных сказок, а не заброшенный военный бункер.

Пленник мутноватым от усталости и боли взглядом смотрел на Эльну и тоже не отрывал глаз. В нем смешались мольба, злость и желание поскорее закончить пытку. Со стороны он казался обычным человеком, в неестественной позе сидящим у стены. Но Эльна знала, какую боль он испытывает от одного только дыхания, и каким жестоким и изощренным может быть в своих пытках Альтос.

Холод. Со всех сторон надвигался холод. Он касался кожи, проникал под воротник грубо сшитой кожаной куртки, поднимал дыбом волоски на руках и норовил пробраться как можно глубже, к самой душе. Как, должно быть, холодно этому несчастному! Все его тело было покрыто крупными мурашками. И если бы не боль при каждом движении, он наверняка давно бы сотрясался от крупной дрожи.

— Пойдем, слишком много чести и внимания жалкому человечку! — Альтос приобнял невесту за плечи и подтолкнул к двери.

— Я не просила меня сюда приводить, ты сам настоял, — с облегчением ответила Эльна, выбираясь на свежий воздух. Бункер всегда удручал ее, и каждый раз после спуска под землю девушка долго не могла прийти в себя, продолжая ощущать могильный холод подземелья.

Свежий воздух, впитавший первые сумерки, немного развеял впечатление о несчастном пленнике, и все же его почти черные глаза никак не покидали мыслей Эльны. Он будто умолял ее, одну лишь ее, помочь, спасти, уберечь.

Альтос проводил невесту до дверей ее дома. Навстречу, радостно приветствуя парня, выбежали братья-близнецы Лир и Марс. Сестру они будто не заметили — тринадцатилетние подростки во всем мечтали походить на сильного, смелого и популярного в Оазисе жениха Эльны. Перенимали его манеру говорить, двигаться, даже хвастаться. Старались держаться так же высокомерно и самоуверенно, но каждый раз срывались на шутки, смех и ребячество, гораздо более свойственное их возрасту, чем чрезмерно серьезные и напыщенные размышления о смысле и перспективах войны.

Вслед за шумными братьями появилась и мама Эльны, усталая худая женщина, выглядевшая гораздо старше, чем подобало ее возрасту. Трое детей-непосед, о которых вечно приходилось беспокоиться, погибший на войне муж и взращивание урожая, чтобы прокормить голодные рты, превратили когда-то цветущую красавицу в пожилую иссохшую женщину с глубокими складками вокруг рта и потухшими глазами. Лишь иногда в них пробегали задорные искорки, напоминавшие о ее настоящей сути.

— Вся в пыли! — всплеснула рука мама, с укором оглядев дочь. — Где же опять тебя носило? Болтаешься без дела! Альтос, ну хоть ты бы ей объяснил, что опасно шарахаться по улице просто так. Вот я в твои годы…

— Знаю, знаю, мам, вышла замуж за папу. Вот, — Эльна схватила Альтоса за руку, — жених. Что еще нужно?