Первый гастарбайтер уже подбежал ко мне. У него в руках был нож! Если бы я увидел оружие сразу, даже такое неказистое, уверен, убежал бы. Но сейчас, с трубой в руках… Противник сделал выпад первым. Даже не мимо, а слишком далеко. Просто пугает и всё время что‑то галдит на своём зверином наречии. Я ответил тем же. Учитывая длину моей железяки, неожиданно даже для себя самого, но попал. Нет, попасть‑то как раз нетрудно, но тоже пугал, предполагая, что бомж отскочит.
Противник ожидал такого результата ещё меньше. Он выронил нож и схватился за живот. Руки окрасились кровью. Как?! Как можно несильным тычком обрезка трубы проткнуть куртку и живот? Я в это просто не верил. Но кровь, собирающаяся в небольшую лужицу на камнях, была перед глазами. Чуть не выронил трубу и не бросился помогать раненому, но его сообщники меня остановили. Нет, они вовсе не стали помогать своему товарищу, оттеснив меня, а напали. На всякий случай я больше не колол, а размахивал ржавой трубой, как дубиной. Когда на тебя лезут с оружием, причём более грозным, чем простые выкидные ножи, нет времени думать. Либо беги, либо отбивайся.
Сначала просто не подпускал к себе озверевших гастарбайтеров, размахивая трубой по широкому кругу. Потом заехал по рёбрам слишком бесстрашному, потом другому по голове, потом… Дальше не помню. Размахивал трубой и надеялся, что выживу. Слишком уж серьёзно были настроены нападающие. Когда очнулся, на ногах стоял я один. Остальные? Зря я посмотрел вниз. И хорошо, что не успел позавтракать. Если человека ударить несколько раз трубой по голове, его это точно не украсит.
Очень вовремя вспомнил про связанную девушку и побежал туда, где её бросили бандиты. Лежала и смотрела на меня. Хорошо смотрела. Мне такой взгляд понравился. Сразу полегчало. Потом она показала глазами на связывающие руки верёвки. Я сразу засуетился, даже правую руку в карман сунул. Но быстро вспомнил, что ничего подходящего там нет.
— У меня нет ножа, — виновато произнёс я.
— Возьми у них, — ответила она.
Возвращаться к телам мне совершенно не хотелось. Ещё раз посмотрел на узлы. Сразу понял, что если и развяжу, то займёт это слишком много времени. Оставаться тут хотелось ещё меньше. Пришлось идти. К тому же уверенность девушки, которая вела себя так, слово всё само собой разумеется, как‑то успокаивала.
Вернулся к месту побоища, схватил первый попавшийся нож, не выбирая, и сразу назад. Тот оказался тупым, но верёвки на руках перерезать или, скорее, перепилить получилось. Дальше девушка сама деловито освободилась, встала, размяла ноги и руки, после чего пошла к телам. Сняла с одного небольшую походную сумку, вроде рюкзака на одной лямке.
— Это моё, — пояснила она. — Теперь можем идти.
Поскольку направление соответствовало тому, которое мне было нужно, я пошёл за ней. Хотя ни о какой спешке теперь речи не шло, всё равно опоздал. Но нужно быть последовательным, раз решил срезать крюк, то так и сделаю. Шли молча. Контейнеры тянулись дальше, чем можно было представить. Не скажу, что знаю этот район как свои пять пальцев, но всё же ориентируюсь в нём неплохо, и, по моим прикидкам, мы уже давно должны были выйти на соседнюю улицу. Совсем некстати возникла глупая мысль, что внутри он больше, чем снаружи. Однако вскоре подошли к неровному забору из металлической сетки, густо заросшему кустарником. Сетка была разорвана как раз в том месте, где в кустах виднелся просвет.
Наконец выбрались наружу из заброшенного склада старых контейнеров. Осмотрелся и откровенно офигел. Сколько хватало глаз, кругом простирались степи, леса и горы. Ничего этого тут не должно было быть!
— Где город?! — непроизвольно вырвалось у меня.
— Какой город? — с нотками удивления в голосе спросила девушка.
— И ты ещё спрашиваешь! Или издеваешься?
— Нет, — серьёзно произнесла она. — Что бы ни случилось, одно могу тебе пообещать. Никогда и ни при каких обстоятельствах не стану над тобой издеваться.
— Неужели? Хотя…
Ещё раз рассмотрел прекрасную незнакомку. Одежда странная, но это ничего не значит. В большом городе столько всяких чудиков можно встретить, что слегка странная девушка вообще никого не удивит. Ярко — фиолетовые глаза тоже ровным счётом ничего не означают. В природе подобные встречаются крайне редко, зато контактные линзы такого цвета — обычное дело. Уши… Да, уши. Сначала я счёл их обычными, но теперь отчётливо рассмотрел заострённые кончики.
— Эльфийка? — улыбнулся я.
— Я не эльф! — с возмущением ответила девушка.
— А кто же тогда?
— Я анури. Как и ты.
— Ни фига себе. Какой ещё анури?
Незнакомка рассказывала бредовую историю о том, что является чуть ли не последней представительницей своего народа и всю сознательную жизнь только и делала, что искала мужчину, от которого сможет иметь детей. От когда‑то великой расы, правившей планетой, остались жалкие остатки. За всё время она смогла встретить не более десятка представителей своего народа. Восемь женщин и двух мужчин. Оба были уже заняты. И вот сегодня свершилось чудо, ей попался свободный мужчина народа анури.
Полный бред. Однако большое пространство в самом центре города, заставленное ржавыми контейнерами нестандартной формы, старый бетон с арматурой из нержавейки и исчезновение самого города заставляли не спешить с выводами. Внешность самой незнакомки тоже. Вроде бы на первый взгляд обыкновенная человеческая женщина европейской расы. Молодая и очень красивая, но это не странность, а достоинство. На второй понимаешь, что у неё несомненно есть примесь какой‑то другой крови. Вот только невозможно понять какой. Сиреневые глаза — бывает, чуть заострённые уши — тоже случается. Что‑то неуловимое в чертах лица?
Тут вдруг до меня дошло, что на полном серьёзе обдумываю инопланетное происхождение стоящей передо мной девушки. А это совершенно неправильный ход мыслей, думать нужно совсем о другом. Интересно о чём? Не знаю, но точно не о цвете глаз и форме ушей незнакомки. Попал неизвестно куда, за спиной несколько трупов…
Трупы! В такой ситуации ещё неизвестно, сожалеть или радоваться попаданию в другой мир. Самый преступный и подлый из всех возможных законов никто не отменял. Что может звучать глупее и нелогичнее, чем превышение необходимой самообороны? И это если защищаешь себя. При защите других вообще делать ничего нельзя, разве что кричать и звать на помощь полицию, да и то не очень громко.
То есть не исключено, что попаданию в другой мир стоит только радоваться. Если, конечно, и тут нет таких дебильных законов. Хотя сильно сомневаюсь. Вообще‑то существует первое правило волшебника, которое гласит — люди глупы. Но не настолько же?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
