сторону и возвращалась, этим и привлекла мое внимание. А потом, на парах, я не могла понять, ты это или нет. Да вот, узнала тебя по куртке!
Я нахмурилась, припоминая утреннее путешествие в сторону городского кладбища.
– Да, было такое, – нехотя призналась я.
Я просто не разобралась в электронной карте города, вот и ушла не туда, куда нужно было.
– Тебя подвезти? – спросила Аня.
Я замялась. Не хотелось мне кататься с незнакомыми людьми.
– Да я и пешком могла бы.
– Брось! На улице дождь! Дорогу в следующий раз выучишь.
Подколола.
Я пожала плечами, мол, не знаю.
– Ну, ладно, – сдалась.
Оказывается, машина принадлежала парню Ани, Диме. Он на два года старше нас и учится на юридическом факультете, в этом же институте.
Сидя на заднем сидении, я то и дело отвечала на вопросы Ани и понимала, что девушка не такая уж и плохая, возможно, мы с ней поладим. В конце концов, мне нужно заводить здесь друзей, иначе я не выживу в одиночестве.
– Откуда ты приехала? – заваливала меня вопросами Аня.
– С севера.
– Ничего себе! Ты вроде бы еще с братом приехала?
– Да, с Кириллом.
– И как тебе у нас? Нравится?
– Ань, – Дима свернул на нашу улицу. – Отстань от нее. Успеете еще наговориться. Ты сейчас вызовешь у нее головную боль, и девчонка от тебя сбежит!
– Да ничего, – я улыбнулась. – Все нормально.
Аня кивнула.
– Ты ко всему привыкнешь! Здесь не так уж и плохо. Теплее, чем на твоем севере!
Что ж, хотелось бы в это верить…
Когда мы приехали, я поблагодарила ребят за то, что подбросили до дома, и позвала Аню в гости, обменявшись контактами.
Войдя в свой дом, я тут же увидела грязные маленькие кошачьи следы на полу, которые вели прямиком в гостиную. Я же лично отмывала этот пол от грязи!
– Кирилл! – крикнула я, бросая сумку на пол и раздеваясь. – Ты что, притащил домой кота?
Послышались быстрые шаги по лестнице, и вскоре мне на глаза показался брат с черно-белым котенком в руках.
– Притащил, – констатировала я факт. – Ну, и что мы с ним будем делать?
– Любить, – улыбнулся брат, поглаживая пушистое чудо.
Ну, да, что ж еще с ним делать.
У нас как-то был кот, но он умер пару лет назад. С тех пор мы не решались завести животное снова, уж слишком тяжело с ними потом расставаться.
– Ладно, – сдалась я. – Но родителям сообщишь о новом жильце сам и пол за ним помоешь.
– Идет, – радостно кивнул брат.
– Вот и хорошо, – я улыбнулась и забрала кота из рук мальчика. – Добро пожаловать, малыш. Надеюсь, ты принесешь нам удачу.
Глава 2
Первая учебная неделя октября прошла тяжело. Я все время была занята переписыванием конспектов у Ани и старалась не отставать от программы. Я спала около четырех часов в сутки и под конец недели просто выдохлась. Аня предложила мне помощь и, в конце концов, она переписала за меня несколько конспектов, за что я была ей очень благодарна.
В субботу я проспала почти до двенадцати часов, и мое лицо наконец-то приняло человеческий вид – темные круги под глазами пропали, а кожа перестала быть болезненно бледной.
Да уж, неделька выдалась что надо. Мне буквально не хватало времени, чтобы созвониться со своим парнем Ромой, чему, кажется, он был не очень рад, хотя понимал, что у меня тут завал.
Родители тоже работали на новом месте не покладая рук, так что мы с Кириллом были предоставлены сами себе, а домашние хлопоты почти полностью ложились на мои хрупкие плечи.
Вечером заходила Аня – отдала тетрадки с конспектами и мы уселись пить чай с пирогом, разговаривая о том, что нас ждет на следующей неделе.
С девушкой было легко общаться, она не строила из себя драгоценный камень и не навязывала свое мнение. Аня охотно помогала мне освоиться на новом месте и это с ее стороны, было прекрасным действием. Благодаря ей, прошедшая неделя была не такой ужасной, какой могла быть. Мы на всех парах сидели вместе и поддерживали друг друга в тот или иной момент.
В воскресенье, родители были дома, поэтому я выслушала еще раз тираду по поводу неверного выбора специальности и о том, что я, закончившая школу с отличием, могла бы поступить в любой другой престижный вуз страны, на любое направление, а выбрала журналистику, что они считали полной чепухой.
Михаил и Лидия (именно так зовут моих родителей), давили на меня больше, чем на Кирилла, их общего ребенка. У меня несколько раз промелькнула мысль, что это именно из-за того, что он их ОБЩИЙ сын, и они любят его больше, а всю горечь сгоняют на мою персону. Эта догадка посещала меня до сих пор, но я никого не винила – для отчима я действительно чужой биологический набор, а для мамы – напоминание о ее ужасном муже, моем отце, которого я даже не знаю. Кирилла я тоже не виню – он был и остается моим единственным родным братом, и мы стараемся помогать друг другу, несмотря ни на что.
Если вернуться к упоминанию о родном отце, то я целиком и полностью похожа на него, потому что натуральных блондинок с голубыми глазами в маминой родне никогда не было. А я именно такая – длинные белые волосы, большие голубые глаза, слегка курносый нос, овальное лицо, рост около ста шестидесяти пяти сантиметров, не совсем спортивное телосложение, но толстой я никогда не была. А еще, ни у кого из маминой «породы» не было такой пухлой груди, как меня, так, что папины гены на лицо, причем буквально.
Опять же, мне часто казалось, что мама меня вообще не любила, хотя бабушка убеждала меня в обратном. Только вот странное у Лидии проявление чувств – контроль, навязывание своего мнения. Никто никогда не интересовался, чего хочу
