— Проводим инвентаризацию? — сухо спросил Стив.
Женщина изумленно ахнула и резко повернулась, отчего ее черные волосы разлетелись веером. А вот одежда даже не колыхнулась — так тесно облегала тело. Большие темные глаза изучающе оглядели Стивена — широкий размах его плеч, густой ковер волос, идущий от ключиц и исчезающий под поясом на узкой талии, плотно обтянутые брюками ноги…
Ему же было достаточно одного взгляда, чтобы понять — отец превзошел сам себя. И где только отыскал такую соблазнительную фигурку! Пуговицы от блузки чуть не отлетают при каждом вдохе. Автоматически он тут же отнес даму к категории «опытных разведенок».
— Привет! — сказала она, протягивая руку и улыбаясь. — Меня зовут Клер Ярлет.
— До свидания, Клер Ярлет. Скажи отцу, что ты очень старалась, но я все равно тебя вышвырнул вон. Может, он разжалобится, купит тебе какую-нибудь безделушку. — Стив говорил резко, даже грубо, при этом его холодные серые глаза смотрели как бы сквозь Клер, не замечая ее.
— Отцу?
— Да, Джону Диксону, который тебе заплатил, чтобы ты меня соблазнила. — Он направился к лестнице, сдергивая на ходу рубашку.
— Вот как! — Женщина нахмурилась. — Он тебе сказал?
— А чего тут говорить-то? Спелые брюнетки в его вкусе, не в моем.
Хлопнула дверь спальни. При желании Клер Ярлет могла теперь без всяких помех продолжить изучение столовых приборов из нержавеющей стали.
Через несколько минут Стив появился вновь — в сапогах, джинсах и рабочей рубахе. Клер все еще стояла в столовой. Он прошел мимо, даже не посмотрев на нее, сдернул шляпу с крюка у кухонной двери и сказал:
— Я уехал. Когда вернусь, чтобы тебя тут не было.
— Но… Как же мне добраться до города?
— Поищи тут поблизости ковбоя по имени Роджер. Он обожает подвозить женщин вроде тебя. — И широкими шагами направился к конюшне.
Первое, что Стив увидел, был его любимый конь Черт. Крупный черный жеребец стоял на привязи у ограды загона и отгонял мух длинным хвостом. Оседланный, взнузданный, готовый к выезду. Рядом с ним ковбой Джек.
Стив готов был поспорить, что по крайней мере этот работник точно знает, как он, вольный ранчмен, отреагировал, обнаружив в своем доме женщину. Удачно женатый, Джек тем не менее полностью поддерживал хозяина в его желании оставаться холостым.
— Джек, тебе полагается премия, — пробормотал Стив, отвязывая уздечку и вскакивая на коня.
Черт нетерпеливо перебирал мощными ногами, требуя пробежки. За те недели, что Стив отсутствовал, на нем никто не ездил, а Черт был прирожденным скакуном.
Проезжая мимо конюшни, Стив на какой-то миг удивился: почему это никто из его людей не выходит с ним поздороваться? И тут сообразил, что работники, наверняка, сидят сейчас где-нибудь в глубине здания и хохочут, представляя себе реакцию их босса на ловушку в его берлоге. Конечно, парни могли бы и предупредить хозяина насчет Клер, но это бы сорвало развлечение, а ковбои любят посмеяться больше всего на свете, неважно, над кем. Вот они и смылись потихоньку с глаз долой, пока потеха не кончится.
Стив громко расхохотался, осадил коня и круто развернулся — как раз вовремя, чтобы заметить, как несколько человек выскочили из конюшни. Описав в воздухе вместо приветствии большую дугу темной шляпой, всадник развернул коня и пустил вскачь.
Черт нес его к Лугу Диксона — небольшому горному плато, самому любимому месту Стивена на ранчо.
Обычно он добирался до этого Луга самым первым, как только с тропы сходил снег, но в этом году снег лежал очень долго. Стив так и не успел попасть туда до отъезда в Оклахому. Задолго до того, как он стал владельцем ранчо, высокогорные луга были летними пастбищами. На большинстве из них скот выпасали и теперь. Лишь небольшая ложбина высоко в горах, получившая название Луг Диксона, считалась заповедной вот уже несколько лет. Это доктор Мэрлок убедил Стивена показать пример хозяевам других ранчо, позволив небольшой частице его владения вернуться к тому состоянию, в котором она пребывала до нашествия на Запад белого человека. Доктор обещал, что полученные результаты возрождения растительного и животного миров будут детально изучены, а приобретенные знания помогут спасти и другие земли, вытоптанные скотом.
По правде говоря, Стива не надо было особо уговаривать поучаствовать в исследованиях доктора Мэрлока. Он хоть и родился в городе, но любил здешнюю скалистую землю. Обожал ездить верхом и в дождь, и под солнцем по горным лугам у подножия рыжих каменистых склонов, волшебно расшитых вечной зеленью лесов. Это приносило ему успокоение.
А если человек дарит земле любовь и заботу, то, в отличие от женщин, она отвечает ему тем же самым.
* * *
Моника Семс сидела у горного ручья, опустив пальцы в холодную чистую воду. Солнечные лучи ласкали ее тело, согревая приятным теплом. Подставив солнцу лицо, Моника закрыла глаза и предалась своим любимым грезам
Он будет, как горы, крепок, суров и строен. Взглянет на меня и увидит не бледную чужестранку, а женщину своей мечты. Улыбнется, протянет руки, заключит в свои объятия, и…
На этом месте ее мечты всегда обрывались. И Моника с грустью, в который раз призналась себе, что так оно и должно быть. Ведь у нее, к сожалению, не было никакого опыта общения с мужчинами, познания в области секса равнялись нулю.
Образ жизни, который она вела с родителями — антропологами по профессии, лишил ее сверстников. Это сказалось на многом, в том числе и на отношении к противоположному полу. Да, мужчины вокруг были всегда, но ни один ей не подходил даже для мимолетной влюбленности. Эти мужчины разных племен по своему культурному развитию отстояли от нее и ее родителей на тысячи и тысячи световых лет.
Моника со вздохом зачерпнула пригоршню воды и попила. Уже две недели как она была здесь, а все никак не могла привыкнуть, что горная вода, такая чистая, свежая, журчащая днем и ночью, это искрящееся чудо, всегда под рукой, рядом. Наклонилась, чтобы зачерпнуть еще, и тут услышала приглушенный стук лошадиных копыт.
Моника выпрямилась и, приложив руку козырьком ко лбу, всмотрелась. Из-за рыжих скал показались два всадника. Она встала, вытерла мокрую ладонь о старенькие джинсы и мысленно перебрала свои скудные запасы съестного.
Согласившись поработать во время короткого высокогорного лета наблюдателем за Лугом Диксона, Моника не рассчитывала покупать много продуктов. На еду были отложены очень небольшие деньги. Не могла же она тогда предположить, что ковбои босса Дика будут так часто посещать этот Луг. А они стали приезжать чуть ли не ежедневно и клятвенно уверяли, что никто не печет такого вкусного хлеба, не жарит такой потрясающей ветчины, как она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
