Читаем без скачивания Некоторые виды размножаются пиздежом - Евгений Иz

– Расскажи, как ты представляешь себе свой город. Все районы, всю мифохуемотину местную, транспортные линии, все садки, колорит, – если есть такой. И фуфло не двигай, по-честному.

Все людские скопища одинаковы. В некоторых всё устроено по уму и по делу с самого начала. А вообще – «город наш небольшой, все обо всём всё равно узнают, каждое четвёртое ебало – чуть ли не родное. Такая хуйня». И катит лента образов: точки таксистов, мусарни, базар-вокзал с фонтаном, юные шалавы на конечной остановке, зады гостиниц, цивильные коридоры, полигоны бытовых отходов, блатное отвисалово, пятаки, хаты, русло системы, нарсуды, ходы аэропорта, уверенная в своём небытии алкачня, тупейшие лоходромы и странные пидары в зассатом переходе.

Я вникал в экономику: всё эквивалентно всему, целиком и полностью. Ебучий рот! В бухгалтерии вот уже который год используются такие обороты, как «нематериальные активы». Если моих активов хватило на раскумарку – я дам тебе пыхануть, средний читатель, пойми. Охуеть можно с того, как в мире всё зажимается. Бля буду, если здесь не жмут даже то, о чём мало петрят – к примеру, право на сознательный акт или честный интеллектуальный ход. Знаешь, средний читатель, полный мудило тот, кто считает, что есть лове, деньги – и всё остальное. Это заблуждение, хотя мне – поебать, кто во что не втыкает.

И всё так шло, шло. Где-то меня любили до усерачки, где-то укрывали в три пизды. Не бздеть – это стало моим первейшим правилом, и я не терял время даром. В конце концов я не стал никем, но купанул, кем же был всегда. Для этого пришлось я хуею как измениться.

Всё поменялось и всё осталось по прежнему – однохуйственно. Я жил. Всё случалось к лучшему, и это при том, что по-любому выкатывало – «всё хуйня». Большая хуемотина всё это приключение. В этом есть особый, отгороженный кайф. Чистый и вечный. Не думай, средний читатель, ничего плохого, на хуй я тебе соли не насыплю, залупаться – не в моих свойствах, да и кипиша никакого не будет, всё будет ништяк. Ты пойми – вся эта хуйня вокруг и есть вечность, та же самая вечность. Купани это дело и всёхуй!

В общем, протасовался я там и тут, и приметил, что я не один такой. Существуют варианты по моему типу и признаку. Я жопой чуял – иначе и быть не могло. Иногда покажется, что одиночество – это всё, пиздец. Я постоянно исследовал сам себя, пас и припасал, и людишек тоже каких только не встречалось. У каждого – чуть ли не свой вселенский расклад, каждый – чуть ли не очко мироздания. Такой наив лезет порой хуй знает откуда, такая тупейшая ложь стоит за всеми этими ёбаными святынями. Неправда, средний читатель, неправда, прогон и маразм, а за всем этим – часть моей жизни, положенная на выкупалово. Один мой коллега прогорел на тупом деле, как я понял, специально слажал и теперь мотает на зоне. Устроился там, выпадает вовсю. Зона же живёт, как организм. Меняются поколения, с ними меняются мелкие фишки, а люди как жили за колючкой, так и живут. И там въезжают, что слово «Воля» – пошире будет неохватных километров Родины со всем её ширпотребом, «Воля» – это что-то глубоко внутри и так круто, что ну его на хуй терять своё лицо из-за всякого говна.

Другой коллега пошёл цивильно, подмазался под официоз, круто закосил и выёбывается в ящике – тележурналист. Вешает иной раз такую чернуху – ебаться горько в череп! И всё из-за высокой цели самореализации. По мне, так этот чёрт на извилину не мастак, берёт больше техникой понта. Я с ним виделся один раз и он, пидар, обломался потолковать в открытую. И хуй ему на рыло, пусть живёт, как может и как знает.

Вообще, все эти фишки скользки и мне бывает просто-напросто смешно. Жизнь напоминает мне попсовый фильм, снимаемый по всем правилам. Недаром весь бывший совок припал на эти жалкие сериалы. Раз! – и ты на момент забываешь свой комикс и втыкаешь в чужое и нереальное. Хули базарить – искусство!

Ну а самый нормальный коллега, тот – писатель. Да, этот навороченный и в тот же момент – простой, как две копейки. Владеет чужими сознаниями посредством своей писанины. На хуя ему это? А на хуя вообще всё? У него такая дорога и он въезжает на раз, по-моему без особых иллюзий. Этот – замечательный вариант, знает, как надо. Говорит как-то: «Даже тёмное чухно нутром чует, что Язык – великая сила, а Речь – магический способ». «Рискую повториться», – звучит смешно. И тем не менее… Прошёл вагон времени. Не так много, чтобы соединить Низ и Верх в Центре. Однако, я перестал поражаться странностям этого мира и из моего заебательского словаря постепенно исчезло былое восклицание – «ебическая сила!!!».

Часть 2.

Эпическая Сила

Как-то я стал действовать. Постепенно мелочи моей жизни стали особенностями моей работы. Я использую всё, что есть: и внутри меня, и снаружи. А что делать, ведь больше ничего нет! Так вот, внутри меня и снаружи есть вещества. Это материя и больше пиздеть тут не о чем. Морфин снаружи находит морфин внутри. Все торчки напоминают собой векторы – «Путь на Кайф». В этой стране по прежнему хуево количество невидимых фронтов и один из них – миф о наркотиках. Это просто пиздец, что делается в людских мозгах по этому поводу. При слове «ширка» некоторые полностью готовы жидко обосраться у вас на глазах. А между тем многие из сидящих в Системе нашли в опиатах свой относительно абсолютный Смысл. Опиаты перестраивают человека и особым образом дисциплинируют его. У опиатчика всё в его жизни подчинено строго одной цели, во всех явлениях этого мира для него существует только один Смысл. Многие формулируют это так: «не допустить кумара». Что бы они не делали, всё сводится к Выходу и Приходу. Для многих, мой средний друг, это Мессия, это его Приход. Под куполом общечеловеческого кайфа торчки телепатируют в самый Центр Верха: церквируй меня, Отче! Как и в экономике, здесь опиаты – это всё. Иногда просто непонятно, как нечто может быть «чьим-то» и тот, кто в непонятках – цепляет холодной рукой собственность граждан. Система подчиняет внешние признаки общему Закону: все круто похожи, каждый сам по себе. Для многих Приход – это бесконечность в натуре, уже сейчас. В их жизни есть Смысл, есть конкретные цели и функции, есть реальная Боль и реалистично выглядящая опасность, есть охуевший Стимул и однозначность всего вокруг, есть Шантаж и свой очень странный юмор. Некоторые склонны оперировать фишками, типа «зависимость» и «потеря контроля». Контроль – распускающийся бутон в огромном кроваво-красном поле, а зависимость – это уж кто на чём завис. Многие вмазываются, чётко осознавая, что больше ни в чём ином для них не будет подобного Смысла и для них это – полная и чистая доза правды. Я не употребляю слова «все», средний читатель, я говорю «многие», и в этой жизни я по-прежнему со многими, кем бы они не являлись. Опиаты, морфий – чем не религия? Тут и ритуал, и культ, и отдельные факты фанатизма. В натуре, до хуя и больше таких, которые фанатеют. Раскумарка вряд ли облегчает жизнь до оебунения, точно так же, как и не подменяет реальность, она просто расширяет сознание, а уж расширение мира – это следствие личной шири. Здесь и содержится та самая хуйня – «Мессия внутри». Когда ты сам становишься Системой, сразу всё вокруг автоматом видится тобой как Система. Системность всего – это первый шаг вообще к осознанию. На первых порах разогнанный интеллект выкупает принципы несоответствия, невтыкалова имеющихся систем, и как результат – кумар и абстиненция. Ёбаный в рот! – восклицает Мессия внутри. – Да я выкупаю этот мирок до самого пиздеца! Здесь дичайший тупняк и дешёвые фуроры!

Иногда мозговые скачки высаживают человека на такие тёмные измены, что он видит только один нормальный выезд из этого блядства – суицид. Мне это не свойственно (с некоторых пор), но наблюдал я таких вариантов в изобилии. Средний читатель, суицид сам по себе – это лишь нота протеста, за которой стоят целые симфонии вселенской метахуйни и какофонии бессмертного теста. Вслушайся и оцени – доноры внутреннего морфия стоят в очереди к альфаомеговому медиатору и поют хоралы со стихирами. Хуйня. Многие в Системе воспринимают ширь, как Освобождение: кто временное, а кто и – законное, перманентное. Но это в любом случае Освобождение – от своих жалких 5% действительности, от отключки, от нехваток смысла и покоя, от левых запарок и до самого Совсем. А что там? Опиаты работают с органикой. Кому-то животный кайф пристроил на место искалеченную душу, а хрустальная ясность в мозгу – лишь побочный положительный эффект. Кто-то даже втыкает в первосортный оттяг атомной Любви. Люди вне времени, люди в особом пространстве, люди под чёрным, как меловые штрихи. Они могут говорить что угодно, могут говорить чистую жуткую правду. Это отмазка. Когда нет ни плюса, ни минуса, когда Вмазка-Приход катит за цель всего, что есть – тогда всё служит отмазкой. Бывают и такие опизденительные парадоксы, когда от морфия отмазываешься морфием – в любой форме. Это всё шаги сознания, въехавшего, что не Оно в Мире, а обратно – Мир в Нём, и этот мир куда меньше сознания. Это и есть скрытая фишка Мессии, его Прихода, его миссии Освобождения. Сансара – это Нирвана и нехуй мутить воду. А сознание получает такую информацию о себе и об этом мире в себе, что хоть ты перезаебись хуёвым штопором, а всё равно осознаешь этот факт. Опиаты не позволят просто торчать, они дадут тебе выбор – соответственно силе твоей натуры. Гедонисты старчиваются, горят, спрыгивают и, в конце концов, загибаются. Многие из них вполне понимают, чего они боялись и почему предпочли голую механику машинной логики. Это путь многих, читатель. Ни хуя не видеть и не слышать не получается, это либо цепляет всего тебя, либо просто заставляет купать расклад из самосохранения. Лобные доли мозга оккупированы, мембраны на проблемах, нервы – в чём мать родила, и это – родной отчий дом, где ты наживо вписан. Система отлично подмазывается под любую цивильную «систему» – социальную, правовую, теневую и злоебучую. Методы адаптации основаны на безошибочном животном знании-чутье. Опыт здесь – далеко не «сын ошибок трудных», и если уж ты прогнал беса – то прогнал явно и впереди себя. В то же время здесь говорят, что вечного кайфа не бывает, что это и есть – большой Прогон. Вопросы лобных долей живо интересуют общественность, свободную от официальной злой мастурбации. Долой суходрочку, встала проблема Супергонива. Героина много, на него не хватит всех живущих. Морфийная мама переживёт своих птенчиков. На могилку каждого – по пучку маковых бошек. Хули тут понимать? Это ничего не значит. Я говорю о перейдённой границе внутри сознания. Все – и чёрные, и белые создают формы общения, потому что торчки всё же желают быть в курсе, что же вокруг такое происходит. Зачем это? Пусть я завтра двину кони, но как это так, к ёбаной матери? Что это за шиза? Ясное дело, это хуйня, но как она работает? Как машина. Чем больше получаешь, тем больше понадобится. Масса самых разных специальных задвигов, всяких меток и – одна единственная ось, – прямо в центряк. Будь здоров, брат, еби лежачих! Мы начинаем общаться: конкретно, эпикурейно, абстрактно, метафорически, по-честному. Без пизды, как есть. Если что, средний читатель, посылай меня на хуй. Видимо обычняк – это и есть то самое Супергониво. В конце концов, Вещество здесь было всегда, всегда рядом с Духом. Любая Система – это система отмазок, хотя бы ты и вмазывался беспрерывно. Внесистемное Вещество – оно и есть, и его нет. А вот Дух – всегда Внесистемен, потому что он один и покрывает всё. Как только я начну отмазываться, считай – я лгу.