каждый по-своему. Потому внимай гласу совести, нет вернее советчика”. “Значит, мне не надо слушать взрослых?” – обрадовалась девочка. “Лишь тех слушайся, кто любит тебя ” – мудро рассудил старец. “А как распознать любовь?” – не унималось дитятко расспрашивая. А дедушка беспрекословно говорил – “В заботе и в мягкости поведения, ибо любящий никогда не ударит и не станет ругать свое дитя, если родители, поучая, повышают свой голос на тебя, то они не любят тебя, если они безразличны к тебе, то они не ведают что есть любовь”.
Доброе семя
Унаследовали некогда три брата малый сад и заимели вскоре хозяйство от него. Долго радовались они и чествовали отца столь заботливого и верного, благоволившего их нуждам. И вот явились они проведать подаренное сокровище луговое. Воззрившись, удивились немало, когда осмотрели пристально тот крохотный клочок земельный, который не вспахать и не возделать, дом не построить на нем и не продать его торговцам. Тогда старший брат почесал затылок и молвил братьям – “Эко невидаль, вот что уготовано было нам, вот чего достойны были мы. Так давайте же братцы не будем взором кручиниться по сему поводу и роптать попусту не станем. Чем заслужили мы землю сию?” “Ты прав”. – молвил средний брат. И младший речь держал – “Верно говоришь, мы поровну поделим сей клочок земельный”.
Тут стали братья делить участок на три равные части, но не вышло у них ничего, уж слишком малым поприще оказалось. Призадумался старший брат и сказал – “Рассужу я мудро. Не стоит нам делить землю сию, но и вместе ужиться мы не сможем, ибо возжелаем больше, чем располагаем ныне, сердцем своим мы позавидуем друг другу. Посему возьмем мы семя, и посадим его ровно по центру участка, после древо вырастит, отдаст нам вскоре плоды, и тогда мы точно наследство поровну поделим”. Остальные согласились и условились на том. Задуманное вскорости воплотили в жизнь. Взрыли ямку, в ложбинку семечко опустили, влажной почвой бережно прикрыли, полили и о том семени вскоре позабыли.
Шли года. Пришел однажды старший брат в сад, видит, а древа нет, и семя не проросло, тогда решает он сдобрить почву перегноем, и тем самым насытить ее питательными веществами. Что и сотворил он. Немного времени прошло, росток пробился, и Божий свет впервые травинка различила. Обрадовался тогда старший брат и покинул сад на время.
Жаркое настало летнее бремя, и солнце нещадно жгло всё живое, потому средний брат быстро спохватился, прибежал в сад и видит, росток совсем зачах. Чинно поливать тогда он стал его. Воспряло древо, насытившись влагою. Развеселился тогда средний брат и восхваляться ответственностью своею начал, но из сада удалился, когда минули дни зноя жаркого.
И вот возмужало дерево и дало зачатки, цветки, плоды. Явился в сад младший брат и ужаснулся видению, ибо вороны клюют плоды древа и листья обрывают костлявыми лапами своими. Не устрашился младший брат, прокричал громко, и улетели птицы. Долго охранял он древо то, покуда не уяснило всякое живое существо, что нехорошо брать чужое. Обретя покой, ушел он из сада, ожидая день сбора урожая.
И древо полностью созрело, сочные плоды гроздями свисали с веток. На аромат сада пришли братья в полном единстве. Начался дележ наследства. Молвил старший – “Поначалу хотели мы поровну поделить дар Божий, но ныне иначе я разумею данность сию. Я сдобрил семя удобреньем, по сей причине взошло оно. Посему мне более чем вам полагается плодов”. Средний молвил – “Но без моей заботы, без полива, засохло бы древо наше, в тот же час, как взошло оно, как ветви родились. Значит, мне вдвойне плодов предназначается”. Выслушал покорно старших братьев младший и молвил им – “А я плоды сохранил от вражеских набегов, я сторожил их днем и ночью и без меня, погибло бы древо, так и не дав плодов, кои я по праву заслужил”. Тут упрямо спорить они начали, грозились и ругались, но никто не желал уступать, каждый мнил себя царем.
Мимоходом старец ветхий спешился с жеребенка, и братья обратились к нему с вопросом разрешить спор их лукавственный. Величаво старик ответил – “Свое ли вы делите между собой? Кто сотворил сей землю, и воду, солнце и ветер, кто сотворил сей семя?” Обернулись братья, а древа нет, лишь голая земля, а семя в деснице старца – “Всё это великолепие создал Бог, лишь Он один созидает и разрушает, по Его воле милостивой мы живем, творим и умножаем. Вот древо возросло, и вы видели в том лишь свою заслугу. Но помните – Богу гордецы противны. И не делите ничего, ибо мирозданье даровано каждому человеку в полную меру”. Исчез старец в тот же миг. Обернулись во второй раз братья, а древо вновь на том самом месте источает дивный аромат плодов. Тогда уразумев истину простую, собрали они плоды и поровну поделили их, и людям раздали по нужде каждого просителя. Воздали они Богу славу, и более друг друга не обижали.
Нерадивый работник
Трудились три работника. Строили они дом услужливо, заливали бетоном фундамент, обтесывали бревна и брусья, вот только различны они были в служении своем. Первый труженик был велик и благочинен, работал усердно непрестанно. Второй ленивым был, лежал на перине из древесных стружек и мечтательно посапывал. А третий работник стремился уподобиться первому работнику, чтобы хозяин увидел его труд добрый, дабы наградил и похвалил его. Не отдыхая, работал он до самого вечера. И вот уж стемнело. А господина с проверкой всё нет. Должно быть, не явится сегодня прораб наш – подумал третий работник. Взглянул на ленивого второго и решил на минутку вздремнуть, лишь на миг оставить работу свою, дабы отдохнуть чуток. Уперся подбородком на черенок лопаты, и тут же в сон неспокойный провалился.
Внезапно и нежданно пришел хозяин сей стройки, дабы посмотреть, как трудятся слуги его. И вот что узрел он – первый работник невозмутим и кроток, с надеждой переносит слабости и невзгоды, а второй работник в последнюю минуту взялся за работу, и также похвалу заслужил от господина, а третьего работника в лености он застал. Подозвал грозно к себе третьего и молвил – “Ты различал два пути, один большую славу заслужит всею жизнью, другой малую заслужит в конце жизни по глупости своей, но избрать ты должен только верный путь, нельзя служить двум господам, нельзя дарить и тут же отнимать,
