все плыть от перенапряжения, я замечаю, как мужчина теряет ко мне интерес. Он отводит от меня взгляд и начинает рассматривать что-то за моей спиной.
Выдыхаю. Настолько громко, что люди, стоявшие рядом, начинают на меня поглядывать. А мне хочется послать их всех к черту! Вот только они не поймут ни слова.
Это и к лучшему. Снимаю стресс тем, что громко ругаюсь, а Ян только улыбается, понимая это по-своему.
Дрожащей рукой достаю из сумочки телефон и смотрю на время.
Запоминаю дату и время, как будто такое можно забыть. Потому что именно сейчас начинается отсчет моего счастливого самостоятельного будущего.
— Где будем праздновать, красавица? А, главное, как? — Ян не оставляет попыток уложить меня в койку. Готов пойти ради этого на все, даже на брак… такой нужны мне. Но вот ложиться с ним в постель не входило и не входит в мои планы.
У меня был есть и будет только один мужчина. Точнее, его образ, который я создала у себя в голове и сердце, потому что на самом дела такого человека в природе не существует. На этой Земле обитает только его прогнившая копия с тухлым нутром.
— Хочу домой. Устала.
— Что-то ты слишком часто устаешь в последнее время. Как-то это подозрительно.
— Это и в самом деле подозрительно. И как часто? — раздаётся голос сзади, при звуке которого я замираю словно вкопанная. Молю всех богов, чтобы это был глюк. Плод моего воображения… да все что угодно будет безопаснее для моей психики чем реальность.
Чем Глеб Чернов, состоящий из плоти и крови, который в этот момент стоял передо мной. Человек из моих кошмаров. Монстр, который преследовал меня в последнее время.
Мой опекун…, от которого я думала, что навсегда избавилась еще минуту назад.
— Мистер Ян, — какие-то гориллы в костюмах обращаются к моему мужу, — просим вас проследовать за нами. Мы из эмиграционной полиции. У нас выписан орден на вашу депортацию. Вы нелегально находитесь в стране последние два дня. Срок действия вашей визы приостановлен.
— Что это значит? — в такт звучат наши слова. Что у меня, что у него с истеричными нотками.
— К вам у нас вопросов нет, — сказал один из мужиков, когда я в растерянности смотрела как Яна запихивали в какой-то тонированный автомобиль.
— Зато у меня есть. Куча даже, — теперь и меня уже потащили в другую сторону и пока я вяло сопротивлялась, пытаясь прийти в себя, Глеб усадил меня в салон своего авто, заблокировав двери сигнализацией, — и когда ты собиралась мне рассказать? Не собиралась же… да? И что бы было, если бы я не помешал? Ты хоть понимаешь, что творишь, идиотка?
Он не сдержался… все, кроме последнего предложения, было сказано так спокойно, словно Чернов издевался. Но последние слова показывали истинную его сущность.
И я понимала, что ничего хорошего от него мне ждать не придется.
Если он приехал за мной сейчас, то он много чего знал. Оставалось выяснить… что именно?!
Сжав подрагивающие от ужаса пальцы в кулаки, я попыталась взять себя в руки.
— И куда ты меня везешь? — спросила холодно, глядя прямо перед собой.
— Поговорить, — сказал так, словно это само собой разумеется.
И конечно же моего мнения никто не собирался спрашивать. Ему нужно было поговорить и его не волновало — хотела этого я или нет. Впрочем, как и всегда.
— Мог бы просто позвонить, — не выдерживаю и перевожу взгляд на мужчину, — не было необходимости в твоем эффектном появлении. Я не оценила.
— Ты бы не взяла трубку…, - и правда бы не взяла. Я бы даже наоборот, если бы знала его номера — все бы заблокировала, к чертовой матери.
— Я и так не взяла трубку, — улыбаюсь снисходительно, — думаешь, что я не знаю кто мне звонил несколько дней назад?! Но, Чернов, откуда такая уверенность в том, что, если я с тобой по телефону не захотела разговаривать, я буду разговаривать с тобой в живую?!
Мысленно, про себя добавила “после всего, что сказал мне ты при нашей последней встрече”.
— Ты, как и два месяца назад, так и сейчас будешь делать все то, что я тебе скажу! — Меня просто поражает та уверенность, с которой он это все говорит.
— Как послушный кролик? — наигранно наивно похлопала глазами, изображая дуру.
— Как послушный кролик, — кивнул он мне в ответ. Просто для того, чтобы не спорить.
— Нет, не буду, — я собираю всю волю в кулак, чтобы ему противостоять. У меня осталось не так много храбрости и мужества, но ради маленькой жизни внутри меня постараться стоит.
— Это еще почему? — кажется, Чернов не воспринимает мои слова всерьез. Его вопрос звучит с издёвкой. Он просто издевается. Показывает этим, что ему плевать на то, что я скажу. Но если мне хочется, то он дает мне возможность выговориться.
Скотина! Сволочь! Подонок!
— Потому что теперь я живу в другой стране…, - я делаю театральную паузу для того, чтобы продолжить перечислять дальше, — там, куда отослал меня ты. Потому что я только что вышла замуж…
— Брак признают недействительным, — всегда сдержанный Глеб вдруг перебивает мой монолог, но я все равно продолжаю. Не ведусь на провокации. Не обращаю внимание на его слова. Вернее, делаю вид, что не обращаю. Потому что на самом деле это человек просто так слов на ветер не бросает.
Даже не хочу думать почему он примчался. Зачем прервал свадьбу.
