Для чего ему это все было нужно. Мне плевать. Мне должно быть плевать!
Делаю глубокий вдох и продолжаю.
— Я выйду за него замуж еще раз. — Глеб глубоко вздыхает, и я вижу, с какой силой он сжимает руль, и все равно продолжаю, — потому что я не собираюсь возвращаться назад. Потому что между нами все кончено, — пытаясь справиться с эмоциями, я не замечаю, как мой голос начинает предательски дрожать, а темп речи ускоряется. Выдает на сколько я нервничаю. Но все же я выдаю свой решающий аргумент. То, ради чего я терпела Глеба изначально, — и мне не нужны отцовская фирма и деньги…
Кажется, это его изумляет. Чернов не может, хоть и старается, скрыть удивление. Маскирует это ухмылкой, но я научилась подмечать детали.
Нас больше ничего не будет связывать. Никогда.
И моя рука машинально прикасается к животу. Как будто напоминает о том, что у меня уже есть то, что всегда меня будет связывать с этим мужчиной.
Убираю руку и встряхиваю головой, чтобы прогнать эти мысли. Этот ребенок всегда будет только моим. Моим и больше ничьим.
— И на что же ты будешь жить?
— Тебе то какая разница? Вообще не пойму почему тебя вдруг стала волновать моя жизнь на столько, что ты подорвался и прилетел ко мне на свадьбу. Знаешь ведь, я таким гостям не рада, — я отвернулась к окну и закусила палец. Это помогало мне справиться с нервами.
— Ты научишься мне радоваться…, - прозвучало как-то странно и непонятно, — как когда-то…
— Это вряд ли, — усмехнулась, видя свое отражение в окне, значит и он тоже видел, если смотрел в мою сторону, — это вряд ли… Да и зачем это тебе? А вообще, давай оставим эту скучную тему и поговорим о тебе… Как дела у Светочки? Когда ждете пополнение?
— Что? — рык мужчины проносится по машине.
— Высади меня где-нибудь здесь, — проговорила как можно спокойнее, хотя уже примерно представляла куда именно мы едем.
Лучше так, чем брать грех на душу. Потому что мне, если честно, сейчас больше всего хотелось потянуться в сторону мужчины и из его кармана на груди достать Паркер и всадить ему куда-то в область шеи.
Я был беременна. Мне было можно. Меня бы даже в суде оправдали, если бы я сослалась на состояние аффекта.
Все это время ответом на мою просьбу была тишина. И только когда я начала дергать ручку двери, когда машина все еще ехала, Чернов подал признаки жизни.
— Мы возвращаемся, Алиса…, - он словно приговор мне огласил.
А ведь так оно и было. Новости хуже за последние несколько месяцев я и не слышала. Вообще, кстати, только Глеб Чернов приносил в мою жизнь новости одну хуже другой.
— Я никуда с тобой не поеду, — хотела звучать как можно решительнее, потому как именно так себя и чувствовала, но в итоге вышло менее уверено, чем я представляла это в мыслях. А все потому, что мне стало плохо.
Тошнота все больше и больше накрывала меня, пока не достигла своего пика. Того момента, когда я поняла, что отменить или отложить неизбежное не получится. Не в этот раз.
— Останови машину, — истерично взвизгнула, сдерживая легкие позывы.
— Как только мы приедем в аэропорт, — безразлично кинул Чернов, — так что не трать время и силы на это шоу.
— Мне сейчас станет плохо прямо в машине. И в этот шикарный момент я повернусь в твою сторону… хочешь?
Словно сдерживая свое слово, я обернулась к мужчине, и он пробежался по мне быстрым взглядом, но потом снова вернулся и пристально взглянул на моё лицо.
— Почему ты такая бледная? — для умного мужика это был крайне глупый вопрос.
— Почему до тебя так трудно доходит?! — не сдержалась от язвительного ответа. После чего сразу прикрыла рот ладонью. Рвотные позывы стали еще сильнее.
Чернов все же остановил машину, и я тут же выскочила наружу и побежала за ближайшее дерево. Постояла там несколько минут, оперевшись о дерево, прикрыв глаза.
Вроде все проходило, но чувствовала я себя все равно паршиво.
Токсикоз меня не мучал давно, но именно сейчас решил напомнить о себе.
— С тобой все в порядке? — я даже не заметила, как подошел Глеб. Пыталась нормализировать дыхание, поэтому не обращала внимание на то, что происходило вокруг.
— Нет, не все. Как видишь. Меня тошнит, — я слышала, что мужикам нужно было все разжёвывать, но не до такой же степени.
— Почему? — сегодня Чернов был капитаном команды по тупым вопросам.
— Потому что меня иногда подташнивает, когда я сижу на заднем сидении автомобиля, — сказала первое правдоподобное, что пришло мне на ум.
— Раньше такого не было, — как-то слишком настороженно проговорил мужчина. Наблюдательный же, блин, козел оказался.
— Ты знаешь, есть и другая причина, — мне вдруг стало легче после глотка свежего воздуха и захотелось дерзить.
— Какая? — мне показалось или он заволновался?
— Я тебя увидела. От одной твоей рожи хочется наизнанку вывернуться, — кажется, мой ответ его только разозлил.
— И… как долго? — от его тона меня передернуло, а от его взгляда кинуло в жар.
Нет… бред… он же не мог догадаться? Не мог же?!
— Да, последние пару часов, — попыталась отшутиться, — а, вообще, ты не удивляйся. Так будет часто происходить. Твоё лицо — синоним моему побегу к ближайшему кусту.
