Получается так, что работают 150 миллиардов компьютеров. Вдруг пришли мужики и 2 миллиарда из них соединили случайным образом. Информация объединилась, и в этот момент появилось нечто новое. Проблема заключается в том, что наше мышление морфогенетично. То есть оно требует морфологической перестройки нервной системы. И если такая перестройка не будет происходить, то и не будет творческого мышления.
Амиран Сардаров: Интуиция ― это инстинкты?
Сергей Савельев: Да, но есть одна тонкость. У нас огромное количество органов чувств. Хотя у журналистов обычно их пять и еще одно шестое, астральное чувство. А вообще их основных только 18. Которых мы не понимаем, и наше обезьянье прошлое позволяет нам различить многие вещи, которых мы не видим.
Кроме того, сам рассудочный мозг, которым мы думаем, эта вся система нужна для того, чтобы эту интуицию поддерживать. Это на самом деле хранилище для переработки информации. Вспомогательная система инстинктивно-гормональных форм поведения. И если бы мы не вступали в противоречие, в результате устройства социальной системы вокруг себя, то мы бы и жили как ловкие и умелые обезьяны, и было бы все хорошо. Но за счет того, что эта рассудочная часть оказалась очень большой и смогла, в конце концов, справиться с инстинктивно-гормональными системами, или хотя бы их уравновесить, то произошло то, что имеем.
Амиран Сардаров: Можно ли при жизни определить, какие у человека мозги без томографа высокого разрешения? А также свой потенциал и область деятельности.
Сергей Савельев: Нет. Очень много помех, особенно в молодом возрасте. И то нравится, и это, и тут что-то получается, и здесь его поддержали и сказали, что тут получается. Он затыркается и не найдет себе применения. Это практически невозможно. Был же миллион попыток. И американцы, и европейцы, и наши, кто только талантливыми людьми не занимался, кто только их не отбирал. Эта псевдопсихологическая система выдохлась и закончилась полным провалом. То есть человек имитирует так хорошо, что очень сложно отличить умного от дурака, который тебя обманывает. Достаточно включить телевизор, чтобы убедиться.
Нельзя по внешним признакам определить способности человека. Тем более, с женщиной. Все заточено на размножение, мозги еще более изощренны в имитации форм поведения, потому что цель получить детеныша и его выкормить. Это вообще цель жизни, биологическая. Других нет. И поэтому биологическая цель подчиняет мозг этой задаче, и никогда не докопаешься.
Амиран Сардаров: А тест IQ?
Сергей Савельев: Он отправил всех умных в США на бензоколонки и в тюрьмы. Там запрещено сортировать детей по этому принципу. Этот тест идиоты создали для идиотов, чтобы отбирать посредственностей, которые будут удобны. Не для гениев это создано. Почитайте самого автора ― Ганса Юргена Айзенка. Он категорически был против использования этой схемы для сортинга. Это отбор посредственностей, социализированных и удобных. IQ ― еще один способ искусственного отбора людей, чтобы отсечь самых асоциальных и самых умных, а отобрать самых посредственных. И дать им возможность размножаться. Чтобы человечество интенсивно глупело и легко управлялось.
Амиран Сардаров: Насколько в принципе изучен сегодня мозг человека, не анатомически, а именно принцип его работы? И можете ли вы сегодня с уверенностью сказать, что то, что вы уже знаете о мозге человека это на 100 % истина, и через 10 лет не будет открытий опровергающих ваши утверждения?
Сергей Савельев: Я занимаюсь только тем, что можно взвесить, измерить и проверить. Я не занимаюсь словесами. Я даже не занимаюсь молекулярной биологией мозга. Хотя ничего сложного нет, когда нужно решить эту задачу, то решаем. Проблема в том, что, сколько вы в электронный микроскоп не смотрите, вы лишь изучите кирпич в деталях, но вы никогда не поймете по каким принципам устроен и работает город. А здания там из разных кирпичей. То же самое и с мозгом. Можно бесконечно углубляться в отдельный нейрон, отдельную связь, отдельный синапс, который передает сигнал, но вы не поймете, как это работает, потому что нейроны одинаковы и у пиявок, и у человека. Разницы по нейронам нет. Их можно объединить, они будут вместе работать, им плевать. Только их количество является критичным. Имеется ввиду, при соответствующей массе тела. У кита мозг 6 — 9 кг, но это не значит, что он хорошо думает, его мозгам надо управлять гигантской тушей. Там на думалку остается очень мало. А у человека такая система как раз сложилась эволюционно (кому надо, тот может почитать мою книгу «Возникновение мозга человека»), что он думать может.
Амиран Сардаров: То есть, как работает мозг, на сегодняшний день понятно довольно хорошо?
Сергей Савельев: Очень хорошо известно и понятно. Просто большому количеству людей это не нравится.
Гениальность
Амиран Сардаров: Почему при наличии гениальности очень часто присутствует какая-либо психическая патология?
Сергей Савельев: Кратко и сжато это описано в книге «Изменчивость и гениальность». Но поясню для людей неподготовленных, которым лень, трудно и терминологически неприемлемо читать мои книги.
Вообще, это не всегда так. Не всегда человек, имеющий гениальный мозг, имеет нарушения в психики. Не все гении идиоты, сексуальные маньяки и асоциальные типы.
Амиран Сардаров: Вангог отрезал ухо, Лермонтов шизик был…
Сергей Савельев: Гениальность таких людей, как Лермонтов и Вангог вызывает некие сомнения. Как, впрочем, и Эйнштейна. Там не все так чисто было. Не хочу наводить критику.
Есть такая замечательная работа, как архив Сигалина «Одаренность и гениальность». Книги редкие, журнал изъят, ликвидирован. Там он много говорил о личностях таких людей, патологическом состоянии. Есть книга Освальда, где говорится, что действительно, в некоторых случаях гениальность сочтена с патологией и отклонением мозга. Такую же патологию искал Ломброзо, целенаправленно этим занимался. Но проблема в том, что это есть не у всех. Процентов 10–20 из гениальных и одаренных людей, проверенных временем, не имели никаких патологий.
Амиран Сардаров: То есть, это миф?
Сергей Савельев: Это миф, но под ним есть и кое какие основания. Какие основания есть, и в каких ситуациях это возникает? Возникает в той ситуации, когда у человека реализуется его гениальность, выраженная, яркая, связанная с тем, что существует структурная предрасположенность мозга, таким образом, что это вызывает внешние проявления. То есть человек ведет себя как-то нехорошо, без штанов приходит на работу. Это не значит, что все, кто пришел на работу без штанов ― гении. Скорее всего, это идиоты. Но, тем не менее, в одном случае на миллион это может случиться.
В чем же дело? Надо обратиться к первоисточникам. Человеческое поведение формируется из двух составляющих. Одна из них ― то, что нам досталось от животных. Инстинктивно-гормональные формы организации поведения. Это три простых принципы: еда, размножение и доминантность. Они спрятаны за счет социализации за всякими условностями, законами. Нехорошо, увидев красивую девушку, тут же на нее бросаться, спустив штаны. Хотя это было нашим недавним прошлым. А во многих регионах это до сих пор происходит запросто. Чисто обезьянья форма поведения. И винить в этом людей нельзя. Потому что это и есть смысл жизни человека. Стремление к колбасе, размножению и золоченому Роллс-Ройсу. Это нормально для обезьян. А вот для человека, для гомо сапиенса это плохо.
Но почему такое отклонение происходит и у гениальных? Один компонент, который сильно влияет, особенно на молодых людей ― это инстинктивно-гормональная форма поведения, доставшаяся нам от приматов. Это одна форма, то, что у нас прячется в мозгах, и мы это называем словом «хочу». Это тот оголтелый эгоизм, который как раз питает наше самодвижение, мы хотим стать самыми лучшими, самыми умными, самыми сексуальными, найти себе длинноногую жену и прочее, и прочее. Это обезьяний компонент. Который, чем умнее человек, тем лучше его скрывает. А чем глупее, тем больше хвалится своим обезьяньим началом. Эта неприглядная форма поведения, доставшаяся от обезьян, нами тщательно скрывается. Для этого приспособлено все. Этим страдают все, поэтому государство устроено так, чтобы это скрыть, или заставить вести себя хоть чуть-чуть прилично какое-то время.
Вторая же часть, с которой борется инстинктивно-гормональная часть от обезьян ― это уже социально выработанная форма поведения, за которую отвечает уже другая часть мозга. Это кора с бороздами и извилинами, которая предопределяет нашу рассудочную деятельность. Например, мама говорит «не надо жениться сразу на четырех девушках, это плохо кончится». Или «не надо воровать, а то сядешь в тюрьму, и из тебя там сделают черт знает что». И прочие разные фокусы. То есть рациональное и разумное социальное поведение, которое позволяет нам не резать друг друга на улицу впрямую, не отнимать, а зарабатывать деньги и на них покупать. То есть вся та социальная цивилизационная часть, которая построена на работе коры головного мозга.
