А надо отбирать по человеческим способностям к творчеству, к неким наклонностям и будем их использовать, чтобы создавать нечто новое, что не было до нас. И тогда, если вы найдете себе жену с равными мозгами, у которой мозги будут примерно как у вас, то вы с ней хоть ругаться не будете.
Амиран Сардаров: Знаете ли вы кого-нибудь из ныне живущих небабуинов? Если не гениев, то близко к этому.
Сергей Савельев: У нас в той же музыке есть Артемьев, Ванжелис, Сильвестров.
Что касается не выражения эмоций, а пользе человечества, то это очень сложно. Надо думать на эту тему.
Амиран Сардаров: Насколько вы придаете значение внешним обстоятельствам? У многих (если не у всех) гениев жизнь была не сладкой. Что вынуждало их к некой борьбе, напряжению мозга и т. д. То есть в трудностях «закаляется сталь». Не получился ли так, что мы отберем гения, посадим его в некие стерильные условия, где у него не будет никакой мотивации напрягать мозг и к чему-то стремиться? Ну а искусственно создать эти «правильные сложности» тоже проблематично, т. к. обычно-то они создаются случайным образом, что приводит к неким непрогнозируемым интересным результатам у конкретных людей.
Сергей Савельев: Кроме того, что вы отобрали гения, вам еще нужно его заставить работать. Он же умный подлец. Вот, посмотрите ― умственный эксперимент. Мы поймали гения. И что, он у нас будет работать? Не надейтесь! Реальные творцы: художники, физики, философы, математики ― их уже признали гениями, а дальше они начинают гнать фальшак. Писать всякую фигню, которая также отлично продается. Зачем ему затрачиваться, если он уже продал все, что мог, и дальше он уже продает свое имя? Гений, даже если он придумал что-то гениальное, то второй раз заставить его будет очень сложно.
Амиран Сардаров: Это будет школа?
Сергей Савельев: Нет, не школа. Это будет среда. Так примитивно здесь не получится. Гении, они тем и «плохи», что могут придумать нечто такое, о чем ты никогда не догадаешься. Как в лучших американских фильмах, когда гениальный режиссер снимает фильм с закрученным концом.
Надо с ними будет работать. Пользуясь их биологическими особенностями создавать среду, в которой бы эта биологическая особенность была заложником среды, а с другой стороны, заставить работать. Это все непросто. Даже отобрав гения, нужно его заставить работать, чтобы он тебя тут же не обманул. Когда их отберут, они тут же сожрут тех, кто их отобрал.
Амиран Сардаров: Зачем гениям будут нужны негении? Грубо говоря, гении сделают себе роботов, и никакие таджикские дворники, да и вообще любой обслуживающий персонал им будет не нужен. Вообще, получится так, что массы будут только мешать, как лишние потребители ценных ресурсов. Гении ведь не обязательно будут гуманистами.
Сергей Савельев: Вы поймите, для биологии понятие гуманизма это вообще пустые слова. Вы что, видите вокруг себя гуманизм? Да ужас, вакханалию!
Здесь все намного хуже. У нас появится инструмент отбора людей по человеческим качествам. Контролировать их не получится. Начнется не биологическая, а человеческая эволюция. Я очень рассчитываю на то, что как только первую сотню гениев отберут, они начнут использовать своих создателей.
Амиран Сардаров: В том числе вас?
Сергей Савельев: Да, возможно, и меня. Но это будет интересно. Уже будет ясно, тренд будет понятен, и я буду утешен. Они настолько все изменят, что вообще государства перестанут существовать. Потому что это глупость, вкладывать деньги в оружие и истребление друг друга. Есть масса других способов. Нам сейчас все это непонятно, потому что для этого нужны другие мозги.
Самое главное, что они сделают ― это разрушат систему. Причем это будет возникать неоднократно. Эти гении возникнут в разных местах, их начнут по-тихому отбирать. Уже появляются предложения поучаствовать во всем этом. Для этого нужны небольшие деньги.
А как только церебральный сортинг выйдет из-под контроля, а это произойдет быстро, люди впервые начнут эволюционировать по человеческим законам, а не по обезьяньим.
Сначала рассудочные особи возникнут в одной стране, другой, пятой, десятой. И когда они доберутся до власти, а они доберутся очень быстро, то будут конфликтовать между собой. Будет нормальная биологическая потасовка. Возникнут несколько точек роста. Китайский гений не будет считать, что французский гений равен ему.
Биологические механизмы все равно будут работать. Все равно будут конфликты. Но появится хоть маленькая надежда на то, что возникший инструмент приведет к тому, что начнется эволюция по человеческим качествам. Которые мы с таким трудом иногда заставляем себя исполнять.
Пока тренд общий такой, что мозги уменьшаются. Потому что без мозгов жить проще и легче, удобней адаптироваться. И этот процесс нельзя остановить. Мы все выродимся и превратимся в убогих эректусов.
Очень развита имитационная среда. Становится все удобней и удобней ничего не делать. Поэтому нужно изменить общую тенденцию. Она будет изменяться болезненно, будут конфликты и черт знает что, будет непросто. Не то, что кто-то будет обиженным и обойденным. Просто люди разные, и способности у них разные. Естественно, это уже новый уровень отношений между людьми. Это все приведет к положительным результатам, но в отдаленном будущем.
Конечно, если сейчас в ООН договориться, что все, мы начинаем заниматься ЦС, всем стоять, молчать, деньги не прятать ― тогда человечество в целом дружно и весело начнет расселяться по планетам солнечной системы. Если извлечь гениев из семи миллиардов полуобезьян, то они, естественно, решат большинство проблем на этой планете, и позволят нам достигнуть других. И тогда начнется новообезьянье торжество нашего вида. Мы начнем расселяться по вселенной и загадим все.
Амиран Сардаров: Какие вы видите глобальные риски у ЦС?
Сергей Савельев: Остановить существующее безобразие ― это самое большое преимущество. Все остальные риски ничтожны.
Если мы договоримся между собой, то у нас будет шанс с церебральным сортингом. А если не договоримся, то пройдем через очередные жернова биологических конфликтов, только на новом, более высоком уровне. И естественно, к этому будут подключены совсем другие инструменты.
Вы поймите, вот сейчас добывают топливо. У нас проблема с утилизацией отходов, того, сего. Все это решается. Но для этого нужно, чтобы это решалось совершенно иначе. Новыми людьми с новыми подходами. Это гуманистическая задача. Но она будет выполнена только в том случае, если мы найдем людей, которые смогут с ней справиться быстро и легко.
Мы не можем заставить человечество вести себя по-человечески. Потому что оно не хочет этого делать. Оно живет по биологическим законам. Откажемся от биологических законов, отберем гениев, которые придумают, как делать нормально ― тогда да. Не отберем ― будет продолжаться то, что и последние 150 тысяч лет, в той или иной форме.
Амиран Сардаров: Какое будущее без ЦС?
Сергей Савельев: Не очень хорошее. Если возобладает европейский вариант, то будут такие здоровые крепкие люди с малым мозгом.
Амиран Сардаров: Почему даже умным и богатым это не нравится, это же выход!
Сергей Савельев: В самой мутной воде всегда водится самая толстая рыба. Представьте, что будет так, как в рамках предлагаемого церебрального сортинга.
Амиран Сардаров: Может ли вернуться фашизм?
Сергей Савельев: Он и так существует. Попробуйте себя повести как-то не так в США. Тут же придут ребята с револьверами.
Чтобы въехать в Англию к родственникам, надо сдать ДНК и провести генную дактилоскопию, чтобы доказать, что твои родственники там живут. Геббельс об этом даже мечтать не мог.
По-тихому все уже произошло. А не в оголтелом виде, как раньше. И это все надо как-то ломать. Тот фашизм, который сегодня существует в Европе и США. Скрытый фашизм, который никогда не покажут, его не увидишь. Та система стратификации, когда тебя загоняют в щель, ты в ней будешь жить и не дернешься, это надо прекращать. Это тот чудовищный социальный фашизм, который разрушает и человечество, и молодых людей. Он обрекает человечество на бесконечные внутренние конфликты. Связанные с непониманием, с недовольством системой. Это так и будет продолжаться.
Амиран Сардаров: В случае церебрального сортинга люди начнут действовать по человеческим признакам?
Сергей Савельев: Нет, конечно, они тут же начнут использовать свои преимущества, чтобы всех обобрать и ободрать. Поскольку таких точек роста будет много, то начнется конкуренция на новом уровне. Главное, что впервые источником отбора будет индивидуальная рассудочная деятельность, а не способ оплодотворить 150 самок.
