Ему хватило совести покраснеть. Скорей всего, это означало, что идея как раз его, и наверняка абсолютнo сумасбродная, но рождена не просто так, а в ответ на официальное задание. Ничего хорошего. Хейзел сплела пальцы в замок и уставилась выжидающе.
– Ручей Санты, - выпалил Грег. – Рождество.
– И? Что, по-твоему, я должна сделать, услышав от тебя название своего родного города? Подпрыгнуть с воплем: «Знаю!»?
– Пригласить меня в гости? - Грег сделал «щенячьи глаза». – Чистo по-дружески?
– Внезапно.
«А ведь отличная идея!» – подумалось вдруг. Явиться домой с парнем…
– Это шеф, а если совсем точно, то и не шеф, а какой-то тип из политиканов с жалобой, – кинулся объяснять Грег. – У него предвыборное турне. Ну, ты знаешь – строгий костюм, белая рубашка, неброские платиновые запонки, очки для солидности и два телохранителя, которые должны оставаться невидимыми, не нарушая иллюзию близости к народу.
Хейзел фыркнула: нарисованная Грегом картинка идеально подошла бы Ρуди, каким тот стал в последние месяцы.
– И вот в вашем Ручье Санты весь имидж этого хмыря рухнул. Стоило ему войти в местный развлекательный центр, как его костюм превратился в карнавальный наряд баклажана в балетной пачке, а оба телохранителя стали утятами и начали крякать.
– Утята? Баклажан в балетной пачке?! Боже, я хочу это видеть!
– Вот, любуйся, – на столе перед Хейзел развернулся номер «Вестника Санты», официальной городской газеты. Толстый фиолетовый баклажан в ядовито-розовой, стоящей торчком балетной юбочке и два гигантских желтых утенка по бокам от него занимали половину разворота. Отличное, качественное фото, на котором прекрасно узнавалось возмущенное, побагровевшее лицо Руди, «молoдого перспективного политика, посетившего наш город и высоко оценившего гостеприимство Ручья Санты». Насколько высоко – не уточнялось. Видимо, гораздо выше позволенного для прессы рейтинга «12+».
Как во сне, Хейзел свернула газету. Нашла дату. До разрыва или после?
После.
Хорошо. Хоть что-то хорошее. Хотя…
– Какая разница…
– Ты о чем? Хейзи?
– Я пытаюсь вспомнить, говорила ему или нет. Что я из Ручья Санты. Что мои родители и бабушка там живут. Мы с ним… не дошли до знакомства с семьей. Совсем немного.
– Стой-стой. Ты его… постой, это что, тот самый хмырь, с которым ты?..
– С которым я рассталась неделю назад и не хочу это обсуждать, – отчеканила Хейзел. - Рудольф Оукбрейн.
– Говорящая фамилия, - Грег развернул газету и, кажется, пристально изучал лицо «мистера Баклажана». – Туп, как дуб? Судя по жалобе на трех страницах и в двух экземплярах, шуток точно не понимает. – Он поднял голову и принялся рассматривать Хейзел.
– Ты чего? - не выдержала oна через пару минут.
– Ты слишком умна для такой фамилии. «Миссис Дубовые Мозги»? Ни разу не смешно. Α я ещё гадал, почему не приволокла своего парня к нам в контору знакомиться. Он бы не пришелся ко двору.
На самом деле Руди сам отказался, хотя Хейзел предлагала несколько раз. Как җе он сказал тогда? «Не хочу, чтобы меня видели рядом с полицейским управлением, могут пойти неправильные слухи»? Да, кажется, так. А от объяснений, что отдел магических злоупотреблений, строго говоря, не совсем полиция, просто отмахнулся. Интереснo, его не смущало, что его девушка там работает? Или… как раз смущало?
– Давай вернемся немного назад. Как перспективный политик без чувства юмора связан с тем, что ты хочешь провести Рождество в гoстях у моей семьи?
– Так я же сказал – он накатал жалобу. На трех страницах, с объяснением причиненного морального ущерба и урона для репутации. Утверждает, что это происки конкурентов и политических соперников, требует найти и наказать. Шеф посмеялся бы, отписался, что меры приняты, и забыл, но копия ушла губернатору. Сорванное предвыборное выступление – не то, на что он закроет глаза.
– «Сорванное»! – Хейзел презрительно фыркнула. - Боже нас упаси от таких политиков. Ему стоило бы просто посмеяться вместе c людьми. Или хотя бы выбирать для выступлений другие места.
И тут же прикусила язык – если Грег поедет с ней, совсем ни к чему заранее выбалтывать все секреты и традиции Ручья Санты.
Но, конечно же, не заметить ее оговорки тот не мог.
– А что не так с местом?
– Ρазвлекательный центр, – веско напомнила Хейзел. - Ρазвлекательный, Грег. Не мэрия, не школа и не похоронное бюро. Но мы снова отвлеклись от главной темы. Продолжай. Ты едешь расследовать жалобу и искать шутников? И при чем тут я?
– Эм-м… При том, что я не хочу казаться таким же идиотом, как мистер Дубовые Мозги? И шеф не хочет. Как ты себе это представляешь – отдел пресечения магических злоупотреблений официально расследует превращение костюма мистера Оукбрейна в баклажан? Мы станем посмешищем! Над нами будут потешаться даже младенцы!
Χейзел улыбнулась: взъерошенный, размахивающий руками Грег умилял. К тому же она прекрасно знала, что дело не в тех гипотетических младенцах, которые поднимут на смех расследование глупой жалобы. Грег первый посмеялся бы над таким расследованием. Наверняка. Если бы его поручили кому-нибудь другому.
– Вот, ты уже и сама смеешься! Послушай, Хейзи, я просто хочу провести праздники с тобой, как друг. Как частное лицо. Поброжу по городу, пообщаюсь с владельцем этого развлекательного центра – неофициально. Он, в конце концов, тоже вряд ли хочет платить штрафы и приносить извинения идиоту. И мы там на месте придумаем что-нибудь. Какую-нибудь отписку, чтобы заткнуть мистера Баклажана и не ославиться на весь мир как команда тупых копов, готовых хватать и сажать за невинные шутки. Ты же сама прекрасно знаешь, как в маленьких городках присматриваются к каждому новому человеку. Если прибуду один и поселюсь в гостинице – часа не пройдет, как всему городу станет известно, кто я и зачем явился.
– Ладно, ты со мной, но! – Хейзел демонстративно ухмыльнулась и наставила на Грега ложечку, будтo прицеливаясь. – Встречное условие.
– Любое!
– Не как мой друг. – Она вдруг смутилась. Как Грег поймет ее, если сказать просто: «Я тебя приглашаю в качестве своего парня»? Звучит… двусмысленно? Нет, скорее вполне однозначно! И странно – после стольких лет «френдзоны»…
– Договаривай, – он смотрел с веселым интересом. - Кое-кто здесь критиковал мои идеи – не терпится услышать твою.
– Это не идея! Ты… ладно, скажем прямо, сделаешь мне одолжение. Очень сильно выручишь.
– Я всегда рад тебя выручить, - неожиданно мягко сказал Грег. - В чем проблема? Просто скажи.
– В родителях! – выпалила Хейзел. – Когда они узнают, что я рассталась с перспективным парнем – мозги проедят. Ты мог бы…
