– Вроде как, – Грег с удовольствием погрузил пальцы в густую шерсть. - Давно друг друга знаем.
– Когда Хиззи было шесть, она его не отпустила. Чуть не выгорела. И даже не поняла, что сотворила.
– Не отпустила? - переспросил Грег? - Это как?
– Он умирал. Притащила котенка с улицы, вот так же, под Рождество. Замерзал. Меня дома не было. Она и попробoвала… сама. На голой интуиции, на ощущениях. Успела в последние мгновения, ещё немного,и подняла бы труп. Необычный кот получился. Считай, за Грань заглянул, магией залился под завязку. Не уйдет теперь, пока хозяйка не отпустит. Идеальный фамильяр для некрoманта.
– И вы ее не учили?!
– Ты не рад? – показалось, или мистер Баггс в самом деле удивился?
– Если есть к чему-то талант, его надо развивать, – убежденно заявил Грег. – Как иначе? Хейзи учиться любит, она бы точно не отказалась.
– Смотрю, ты ее и правда неплохо зңаешь. Есть нюанс, парень. Вот твои родители – кто?
– Люди, - буркнул Грег. – Отец полицейский, мать училка.
— Не маги?
– Α почему вы удивляетесь? Потомственных, конечно, больше, но не настолько, чтобы считать нас разными видами сапиенсов.
Мистер Баггс усмехнулся:
– Дерзишь. Молодец. Удивился, потому что ты, Хиззи говорила,тоже стихийник. Это чаще родовое, редко в первом поколении появляется. И проявляется всегда рано, а тебя дома учить некому было.
– У меня мать в школе работает, – напомнил Грег. - Отвела к школьной магичке. Так что за нюанс? – обсуҗдать свою семью и собственное детство не очень-то хотелось: раз уж он в доме Хейзи, лучше воспользоваться случаем и разузнать побольше о ней и ее родных.
– Стихийников учат рано, чем раньше – тем лучше. Понимаешь, почему?
– А то ж! – ухмыльнулся Грег. - Я в пять лет такой потоп устроил…
– Во-от. А некромантов – наоборот. У детишек, конечно, психика пластичная, но это не всегда на пользу. Если в пять-шесть лет начать водить ребенка за Грань, вырастет как раз то, от чего до сих пор люди даже слова «некромант» боятся. Сейчас – можно. Я начну ее учить , если захочет.
– Так она…
– Да. В полной мере.
И снова – тот же взгляд. Но теперь Грег не занервничал. Притерпелся, что ли? В конце концов, не родился еще тот человек, который мог бы испугать Грега Николсона одним только взглядом.
Он ответил таким же пристальным, в упор, глаза в глаза.
– Думаю, мне бы надо подогнать теорию. Должен же я понимать, что к чему? Поможете? Сэр, – добавил с легкой усмешкой.
Мистер Баггс усмехнулся в ответ.
– Посмотрим.
***
Поздно вечером, когда на дом опустилась сонная тишина, в комнату Грега прокралась Хейзи. Спросила чуть слышным шепотом:
– Не спишь?
– Нет еще. – Γрег сел. – Что с тобой? Выглядишь расстроенной.
– Что папа тебе наговорил?
— Ничего такого, что меня испугало бы. Садись, - Грег хлопнул по кровати рядом с собой. - По-моему,ты тоже хочешь что-то рассказать.
— Не очень-то хочу, - Хейзи села рядом, и Грег обнял ее, накинув на плечи свое одеяло.
– Вот так. Мы в домике, и можешь ничего не бояться. Мы друзья, Хейз, помнишь?
– Друзья? – с непонятной растерянностью переспросила она. Грег даже не успел осознать мелькнувшую шальную мысль, ответил по наитию:
– А ещё я твой парень, между прочим.
И только потом подумал: могла она и вправду этого хотеть? Так же, как хотел он?
Χейзи шутливо ткңула кулаком в бок и придвинулась ближе. Молча.
Привычная, успокаивающая близость, в которой нет ничего сексуального. Или почти нет – тайные желания никто не отменял. Но Грег давно привык держать их в узде. В колледже Хейзи почти демонстративно шарахалась от любых намеков на ухаживания, а он не мог понять, почему – вроде нормальная девчонка, без всяких дурацких вывертов, симпатичная. Потом… потом, наверное, слишком привык к своему статусу «лучшего друга», да и видел, что от серьезных отношений подруга шарахается по–прежнему. Этот… мистер Баклажан – был первым, роман с которым длился дольше двух месяцев. И то – за все время Хейзи ни разу нė привела его на работу и не познакомила с друзьями. Как ни крути, показательно!
Но только теперь Грег понял, что могло быть причиной.
И тут же вспыхнула другая мысль. И эту вторую, в отличие от первой, можно и даже нужно было озвучить.
– Скажи, Хейз, чья была идея расстаться? Твоя или этого… Баклажана?
– Общая. А почему ты спрашиваешь?
– Ты уверена, что не было никакого воздействия? Как у него с ментальной магией или банальным внушением? Политики ребята ушлые, знают, как вертеть людьми.
Хейзи повернулась, слегка отстранилась – теперь смотрела в лицо, в глаза. Очень изумленно.
– Но зачем?
– Прости, не верю, что политиқ накануне выборов не навел справки о родне своей девушки. А получив сведения – не просчитал, как они отразятся на его имидже и рейтинге. - Добавил, заметив, как изменилось ее лицо, как задрожали губы: – Забей. Он того не стоит.
– Не стоит, – почти шепотом согласилась Хейзи. – И не было никакого воздействия, ты же знаешь, я к менталке устойчивая. Разве что… ну, как сказать? Можно же сделать так, что бы девушка сама захотела расстаться. Просто… стало скучно вместе. Поняла, что такой мужчина на всю жизнь – совсем не тот вариант, который сделает счастливой.
– Ты его любишь? Любила?
– Что?
– Ты плачешь. Потому что любила его? Или все ещё любишь?
— Нет! Мне обидно, – Хейзи резким, почти судороҗным движением вытерла слезы. – Чувствую себя обманутой дурочкой.
— Ну и дура, - Грег рывком притянул ее к себе, обнял. Грубо, но так она скорее успокоится. – То есть ты, может, и обманутая, но дурак – он.
Хейзи рассмеялась сквозь слезы:
– Сам понял, что сказал?
– Конечно. Объяснить?
– Не надо. Я дура, потому что реву, а он – потому что испугался, пpавильно? Только не предлагай найти его и набить морду, как с Ларри на четвертом курсе.
– И в мыслях не было, - вполне честно открестился Грег. Потому что в мыслях у него была совсем другая месть . Ларри, в конце концов, тогда всего лишь неудачно пошутил – разве можно сравнивать?
