обычно, и, глядя на это чудо техники, в душе появлялись сомнения, что он вообще может летать. В такие дни проблески жизни на планете наблюдались только в те часы, когда выдавали еду. В остальное время жизнь замирала.
Когда же осадки прекращались, и Звезда светила и грела, все выползали из своих жилищ, чистили свои звездолёты, натирали до блеска шлемы, шумели, галдели и суетились. А вечером мы своей небольшой компанией землян шли в местное кафе. Оно не отличалось отменным сервисом, и цены там «кусались», но выбора у нас не было. Так уж получилось, это сложно объяснить, но поверьте мне на слово, идти туда было надо. По дороге мы заходили в местный бар и брали по стакану разливного пива, так как в кафе спиртное не продавали, зато в цене была посуда, за пустой пластиковый стакан полагался комплимент от шеф-повара.
Внутри было просторно, интерьер кафе напоминал морское побережье на Земле. Шум моря, доносившийся из динамиков, песок под ногами. На большом экране нам каждый вечер демонстрировали запись красивого заката. Надо отдать должное владельцам этого заведения, закат каждый вечер был разный, удивительно, но за эти месяцы не было ни одного повторения. Подготовились ребята. Сразу видно, что профессионалы. Такие мелочи всегда подкупают.
И вот мы в кафе. Тут же подбегает официантка и с жадностью смотрит на наши стаканы с пивом:
— Что будете заказывать? И пейте ваше пиво побыстрее. Пожалуйста!
— Ну… даже не знаю, салат, наверное, — мне нравится эта официантка, но пить быстро пиво я не люблю, поэтому стараюсь делать вид, что не слышу ее просьбу, — и еще, наверное, котлеты с картофельным пюре.
Она тут же убегает на кухню. Я улыбаюсь, потому что знаю, что это любимые блюда шеф-повара.
Мы с друзьями вспоминаем, что снова забыли наличные деньги, а карточки здесь не принимают. Нехотя встаем и направляемся к денежному дереву. Собрав достаточно местной валюты и покурив, пока все заняты приготовлением пищи для нас, мы возвращаемся. Курить в этом районе не рекомендовано. Не запрещено, но не рекомендовано. Лучше не нарываться. Себе дороже выйдет.
Впереди самое сложное. Официантка, шеф-повар и повар уже выстроились в ряд перед нашим столиком, заставленным стаканами, тарелками и мисочками с едой. Мы, наконец-то, допили пиво, и протягиваем шеф-повару пустые стаканы. Он в восторге.
— Спасибо, сейчас съедите всё, что мы приготовили, и ещё в бар пойдете, посуды совсем мало.
— Пробуйте давайте, эй, это же котлеты. Сначала съешьте салат, — официантка явно не довольна, руки в боки и гневный взгляд тому подтверждение.
— А, извините, перепутала. Очень вкусно. Давно я не ела такого замечательного салата. И соли в нём столько, сколько надо и масла тоже.
— Он с майонезом!
Черт, опять опростоволосилась…
— Конечно, с майонезом. Так в майонезе что есть?
— Что?
— Масло!
Уф… выкрутилась.
Потом приходит очередь котлет с пюре. Их тоже надо нахваливать. Ещё компот и десерт. Сложно.
Наконец-то расплатились, это тоже было непросто, цены скачут, «мама, не горюй», еле-еле денег хватило. Мы заказали ещё по чашечке кофе с пирожным и пошли в бар за пивом. Надо, так надо.
*****
— Юль, может их чем-нибудь другим занять? Я не могу так много есть. И пить. Я уже не знаю, что заказывать… Давай им купим воздушного змея, а?
— Купить, конечно, можно, только он им через полчаса надоест.
— Девочки, заказывать надо котлеты с пюре, вы же знаете, беспроигрышный вариант. И готовят они их долго, минут десять точно. Хозяюшки у нас растут, — Игорь улыбается, — и протягивает нам по стакану пива, — Тару не задерживаем! А змея купить отличная идея, если они не будут запускать, то мы уж точно запустим!
Духи
На берегу озера на поваленном дереве сидела маленькая девочка. Она что-то рисовала тоненькой веточкой на песке. Глаза у неё были красными. Было заметно, что ещё совсем недавно она долго плакала.
— Ну, и зачем ты пришёл? — спросила она кузнечика, который прыгнул на дерево и уселся рядом с ней. Это был очень странный кузнечик. Размером почти с девочку. И ещё он умел разговаривать:
— Поговорить пришёл. Что случилось? Расскажи.
— Не хочу, и вообще тебя не существует. Так мама сказала.
— Но я ведь есть. Можешь даже потрогать меня.
— Тебя нет. И этого озера нет, и даже этого дерева нет.
— А что же тогда есть?
— Не знаю. А почему люди обманывают?
— Бояться сказать правду.
— Почему?
— По разным причинам. Их много. Бояться, что их будут ругать или накажут, засмеют, бросят одних.
— Понятно. Я никогда не буду врать.
— Не получится. Даже одного дня не выдержишь.
Девочка внимательно посмотрела на кузнечика, помолчала немного, а потом улыбнулась:
— Представляешь, я сегодня сказала правду, и меня наказали. Отправили в мою комнату и сказали не выходить из неё, пока я не осознаю своей вины. Сначала я плакала, а потом мне стало скучно, и я пошла к озеру, а тут ты.
— Так что же ты всё-таки натворила?
— Разлила мамины новые духи.
— Нечаянно?
— Специально.
— Играла во что-то что ли? Надо было, чтобы на поляне вкусно пахло цветами, да?
— Я похожа на дурочку? Нет, просто мама разговаривала по телефону с тетей Тамарой, и я услышала, как она сказала, что хоть что-то нормальное ей, наконец, мой папа подарил, а то вечно всякую ерунду из командировок привозит.
— И что?
— Она это плохо сказала. Мне обидно за папу стало. Он ей хорошие подарки дарил. И мне тоже. Всегда. А еще на лодке катал, в парк водил, где были аттракционы и много вкусного мороженого, мы на море ездили. Он хороший, и с ним весело. А мама скучная. И получается, что без духов ей папа как бы и не нужен. Я разозлилась, достала из шкафа флакон с духами и вылила их в раковину. Мама так кричала, когда увидела. Я даже думала, что она меня ударит.
— Хм… ты плохо поступила.
— Нет. Это взрослые плохо поступают, они любят не людей, а подарки.
— А ты разве не любишь подарки? Кукол своих, книжки с картинками, маленькую посуду, почти как настоящую, чашечки с блюдечками, кофейник?
— Это которая белая с красными цветочками? Нет. Я маму и папу люблю. И тебя. Мне хорошо здесь с тобой, лучше, чем дома.
— Извинись, а? И скажи маме, что больше так не будешь?
— Соврать?
— ….
Девочка подошла на цыпочках к двери и приоткрыла её, в коридоре было темно, все уже спали. Она вернулась в кровать и тоже вскоре
