– Си Си, ты протрешь ковер.
Вождь остановился.
– Бад, я слишком долго не появлялся перед публикой.
Подобрав края смокинга, он сел на стул и рассеянно погладил родинку в форме звезды на левой щеке.
– Похоже, я до сих пор остался пугливым ребенком из «поселений» западного Далласа.
* * *
В воскресенье, 16 февраля 1936 года, в два часа пять минут ночи в городе Комеси, штат Техас, у Эрнеста и Гресси Маккарти родился мальчик. Семнадцатилетняя мама, красивая, темноволосая, на четверть индианка команчи по отцовской линии, годом раньше потеряла ребенка при родах. Двадцатидвухлетний отец, высокий, светловолосый, тихий и застенчивый, получал скудное жалованье уборщика в педагогическом колледже восточного Техаса и винил себя за то, что его молодая жена не смогла сохранить ребенка. У него просто не было таких денег, которые могли бы обеспечить тонкой, хрупкой девушке в период беременности хороший отдых и присмотр врача.
Гресси продолжала работать в прачечной, возле обжигающих гладильных досок, ежедневно в течение десяти часов. Это был непосильный для нее труд. Девочка родилась преждевременно и прожила всего несколько часов. Еще не прошло и трех месяцев, как Гресси обнаружила, что снова беременна. Эрнест Маккарти настоял, чтобы она ничего не делала, берегла свое здоровье и спокойно дожидалась рождения ребенка.
Он устроился на вторую работу – контролером в ночном кинотеатре на городской площади. Дополнительные деньги позволили Гресси оставить прачечную.
Измученная, но очень счастливая, Гресси в изумлении смотрела на новорожденного сына. Он был красив: блестящие черные волосики, круглое симпатичное личико, нос кнопочкой и изогнутые, как у Купидона, губы. На его левой щечке была маленькая темная родинка в форме правильной звезды с пятью лучами.
Эрнест Маккарти, всегда понимавший чувства жены, на этот раз неправильно истолковал ее интерес к небольшому изъяну у ребенка.
– Гресси, да это чепуха! Просто родинка, наверное, она посветлеет с возрастом. – Он ободряюще улыбнулся и похлопал жену по плечу.
Гресси не отрывала глаз от младенца. Лучистая улыбка освещала ее лицо, когда она касалась маленьким указательным пальцем мягкой щеки ребенка.
– Клиффорд Клайд Маккарти, – обращалась она к спящему сыну, – ангелы поцеловали тебя, сладкий мой. Поцеловали прямо в щечку, потому что ты – необыкновенный мальчик. Я знаю, что ты необыкновенный, твой папа тоже знает, что ты необыкновенный. Ты совершенно необыкновенный!
Гресси Маккарти ни на минуту не усомнилась, что ее единственный сын обладает особым даром. Не было ребенка красивее и милее Клиффорда Клайда – неиссякаемого источника радости для его бедных, но гордых родителей. Радости, которая скрашивала их нелегкую жизнь. Скромного жалованья Эрнеста Маккарти хватало только на самое необходимое, они не могли позволить себе никакого излишества.
Семья жила в маленьком, ветхом домике под железной дорогой, обшитом досками и ютившемся в одном из беднейших районов Комеси, прозванном «Дуплами». Расположенные в низине, «Дупла» были местом скопления комаров и прочих паразитов. Жарким летом после дождя здесь возникала непролазная грязь и стояла прогорклая вода. Зимой ветры свистели вдоль пустых, загаженных дворов и улиц, проникая в жилище через щели в стенах и разбитые стекла окон.
Гресси обладала слишком мягким характером, чтобы пожаловаться мужу на это мрачное место, где жили черные и самые убогие белые, но ее душа воспротивилась «Дуплам» после того, как родился Клиффорд Клайд. Ее прелестный сынок был необыкновенным ребенком и заслуживал лучшей участи.
Будучи таким же покладистым, как и его юная мать, маленький Клиффорд Клайд даже не задумывался над тем, что можно жить в каком-то другом месте. Он был здоровым мальчиком, который жил в доме, наполненном любовью и смехом. Клиффорд был способным ребенком: слушая радио, он в три года пел вместе с Бингом Кросби, к огромному изумлению и восхищению своей матери.
Едва Клиффорду исполнилось шесть лет, японцы разбомбили Перл-Харбор. Гресси была в ужасе от мысли, что ее мужа призовут на войну. Но Эрнест не стал ждать, пока его призовут, – он тут же бросился записываться в добровольцы, испытывая странное чувство возбуждения. Это был шанс изменить свою жизнь. Может, он попадет в военно-воздушные силы, выучится на летчика-истребителя, увидит мир и сможет пересылать деньги домой, своей прекрасной жене, чтобы она покупала вещи, которые он раньше не мог купить ей.
Однако Эрнест Маккарти оказался непригодным к действительной военной службе.
Его удел – работа уборщика, в то время как остальные молодые мужчины страны способны стяжать славу героев. Эрнест скрыл разочарование и улыбнулся, когда Гресси со слезами бросилась в его объятия, не переставая твердить, как она рада, ну просто несказанно рада, что он не покинул ее и Клиффорда Клайда.
Первый школьный день был испытанием как для мальчика, так и для Гресси; ее сердце просто разрывалось. Впервые с минуты его рождения она разлучилась с сыном. Короткие часы разлуки показались ей мучительно долгими. Каждый день она ходила пешком через весь город в школу провожать и встречать Клиффорда Клайда, неохотно оставляя его на площадке для игр вместе с другими мальчиками и девочками, одетыми заметно лучше, чем ее сыночек.
Гресси боролась с разочарованием, грозившим всецело поработить ее. Всю свою жизнь она только и делала, что считала центы, «ждала до следующего года» и не обращала на все это никакого внимания. Но сейчас она была возмущена тем, что ее необыкновенный сын, ее божество, вынужден обходиться без хороших вещей. Красивых вещей. Дорогих вещей. Так дальше продолжаться не может. Клиффорду Клайду нужны лучшие вещи. Они должны у него быть.
Восприимчивый Си Си чувствовал настроение матери. Хотя она по-прежнему была веселой, ласковой и смешливой, на душе у нее лежала печаль. Мальчик крепко обнимал Гресси, показывал звездную родинку на своей левой щеке и повторял то, что слышал от нее в младенчестве:
– Мама, ангелы поцеловали меня, потому что я необыкновенный. Когда-нибудь я стану богатым и куплю тебе новый дом, красивые платья и все, что ты пожелаешь.
Клиффорду Клайду было девять, когда закончилась война. Соединенные Штаты победили, и страна встала на путь процветания. Гресси была уверена, что фортуна наконец улыбнулась ее маленькой семье: Эрнесту предложили более высокооплачиваемую работу в Далласе, в шестидесяти пяти милях к западу от Комеси. Двоюродный брат, более десяти лет трудившийся в автобусной компании, сообщил об открывшейся там вакансии. На новом месте Эрнесту предстояло убирать автобусы, но платили здесь наполовину больше, чем в колледже.
