Анализ современных подходов к проблеме самоисправления (и в теории, и в практике) позволяет констатировать, что большинство из них находится в русле двойной детерминации, поэтому подход двойной детерминации самоисправления мы определяем как традиционный. Но в некоторых работах традиционный подход к исправлению противопоставляется гуманистической парадигме[4] или же предлагается смена традиционного подхода. Так, профессор Э. В. Зауторова пишет, что действительность «…выдвигает новый взгляд на исправление осужденных, необходимы условия для самоопределения личности, активного включения ее в мир предметной, социальной и духовной культуры» [36, с. 153]. И. В. Никитенко в своем исследовании уже определенным образом противопоставляет традиционное исправительное воздействие и методику, основанную непосредственно на саморазвитии и самоисправлении личности [71, с. 27].
Интересно, что подобная тенденция отмечена нами и в исследованиях в области общей педагогики.
Таким образом, в научной литературе самоисправление признается значимым процессом. При этом в большинстве случаев осужденный определяется и объектом, и субъектом воспитательного или исправительного процесса. Провозглашаются субъект-субъектные отношения, но взаимодействие между сотрудниками и осужденными выстраивается (особенно в начале процесса) на субъект-объектной основе. Самоисправление называется заключительным этапом процесса исправления. Вопросы самодетерминизма осужденных не ставятся, хотя западными исследователями (L. Millward, S. Senker, K. Wright и др.) делаются попытки применить психологическую теорию самодетерминации к преступникам или осужденным (в основном несовершеннолетним).
В теоретических построениях переплетаются различные, часто противоположные подходы (эклектизм). Это вызывает теоретический хаос, в котором нивелируются педагогические основы процесса исправления – обучение и воспитание.
В целом существуют противоречия:
• между достижениями мировых и отечественных образовательно-воспитательных систем, культурных традиций, мировой практики и неразработанностью педагогической системы самоисправления личности осужденного;
• между требованиями современной действительности к каждому человеку быть активным, ответственным гражданином и тем типом личности, который формируется в исправительной системе;
• между сложившейся в обществе и принятой гуманитарной образовательной парадигмой[5] и неадекватным ее отражением в специфических условиях МЛС при построении процесса исправления осужденных;
• между традиционными требованиями ИУ к построению системы внешнего регламентированного воздействия на личность осужденного и отсутствием научного обеспечения процесса самодетерминированного самоисправления в образовательно-воспитательной среде ИУ;
• между актуальностью самодетерминированного процесса самоисправления и отсутствием целостной теории самоисправления взрослых осужденных с позиции самодетерминизма этого процесса;
• между декларированием необходимости повышения активности, ответственности осужденного за свое исправление и предлагаемыми исправительными подходами и технологиями организации учебно-воспитательной деятельности в ИУ (выстраивание теорий и практики исполнения наказаний в рамках подхода внешней детерминации либо двойной детерминации поведения).
Что касается законодательства, то в XXI в. обращается внимание на помощь осужденным в работе над собой, на создание условий и стимулов для позитивных изменений. Но ни в одном документе не записано требование к самим осужденным исправиться либо указание на повышение их активности в самоисправлении, что делает сам процесс самоисправления и активность осужденных в этом процессе только декларируемыми пожеланиями.
Выявленные противоречия, актуальность и недостаточная теоретическая разработанность определили проблему нашего исследования, которая заключается в разработке и научном обосновании гуманитарно-образовательной системы самоисправления осужденных, обеспечивающей становление самостоятельной, инициативной, ответственной личности осужденного на основе самодетерминизма, рефлексивного самоосмысления и выработки действенных механизмов активной жизненной и социальной позиции.
Исследование проводилось с учетом позиций гуманитарной парадигмы.
Центральным положением авторской теории самоисправления осужденных выступает связь поведения и понимания языка, точнее концептов слов, из которых язык состоит. Заметим: данное положение настолько очевидно, что в исправительных системах ему не уделяется должного внимания и оно не используется для достижения результатов.
В построении теории самоисправления на основе самодетерминизма автор исходит из нескольких базовых позиций.
1. Исправить взрослого человека нельзя, если он сам не решит исправиться. Следовательно, исправление взрослых людей является их самоисправлением.
2. Центральный вопрос подготовки к самоисправлению – развитие мотивации самого осужденного к собственному исправлению.
3. Развитие мотивации возможно, когда человек осознает ценность процесса самоисправления и предлагаемых данных в своей жизни, понимает и принимает предлагаемую цель деятельности и материалы.
4. Основная задача сотрудников ИУ, волонтеров, иных лиц – обеспечить необходимые социально-педагогические условия и для расширения самодетерминизма, и для успешности самоисправления.
5. Основная проблема сотрудников ИУ, волонтеров, иных лиц, принимающих участие в исправительном процессе, – повысить собственную компетентность в области педагогических основ самоисправления и личную этичность.
Описать разрабатываемый нами подход самоисправления на основе самодетерминизма можно следующим образом. Самоисправление предпринимается в результате осознания осужденным значимости этого процесса в своей жизни. Самоисправление имеет ценностно-смысловую направленность, учитывает возможную реализацию позитивных жизненных целей и смыслов, рефлексивность как осмысление усваиваемого в ходе самоисправления материала и результатов его применения. Опора делается на развитии собственной мотивации осужденных. Расширение мотивации возможно вследствие субъективных детерминант, в качестве которых мы выделяем позитивный личностный ресурс и желание улучшения жизненной перспективы, свойственное большинству осужденных. Суть самоисправления состоит в развитии позитивных качеств личности. В процессе самоисправления у осужденного должны повышаться уровень причинности («самости»), осознание себя в большей мере нравственной личностью, убежденность в целесообразности нравственного способа действий и чувство собственного достоинства (приложения 1, 2, 3). Самоисправление взрослых осужденных является сутью всей исправительной работы и должно пропагандироваться с первого дня пребывания осужденного в ИУ [114].
Учитывая вышесказанное и исходя из того, что современная научная парадигма предполагает субъектность человека во всех проявлениях/действиях и его самодетерминизм, традиционное исправительное воздействие противопоставляется методике, основанной на самоисправлении, можно заключить, что одной из основ новой исправительной парадигмы вполне мог бы стать подход самоисправления на основе самодетерминизма.
Более того, становление осужденного просоциальным су-бъектом соответствует требованиям времени и в значительной мере готовит его к реинтеграции в современное общество, в котором могут успешно жить, не потеряв нравственной целостности, стойкие, способные восстанавливать свою этику, компетентные, инициативные и нравственно зрелые люди.
Глава 1. Самоисправление осужденных: теоретико-методологический контекст
1.1. Парадигмальный подход к моделированию системы самоисправления взрослых осужденных
Целью данного раздела является изложение парадигмальных оснований самоисправления взрослых осужденных. Обосновываются также уровни самоисправления и их взаимозависимость.
1.1.1. Характеристика субъектов самоисправления
Моделирование любого процесса должно учитывать характеристики субъектов, принимающих участие в этом процессе. В предлагаемом разделе рассматриваются характеристики основных субъектов самоисправления: осужденных, сотрудников ИУ, волонтеров.
По состоянию на 1 января 2015 г. в учреждениях отечественной уголовно-исполнительной системы содержались 671,7 тыс. человек [53], в подавляющем большинстве – взрослые трудоспособные люди. Штатная численность персонала УИС составляла 306,9 тыс. человек [53].
Наибольшее количество лиц, лишенных свободы, было осуждено на срок от 5 до 10 лет, практически в два раза меньше было осуждено на срок свыше 3 до 5 лет [128]. Наибольшую долю составляли осужденные за тяжкие и особо тяжкие преступления.
