уродливый. У них по крайней мере один ребенок, а может, и больше.
— Мамчик, ты чудо. Ты все про всех знаешь.
— Это большое подспорье. Просто надо слушать, что говорят вокруг, только и всего.
Миссис Бивер выкурила сигарету и отбыла в лавку. Какая-то американка купила два стеганых лоскутных одеяла, по тридцать гиней каждое. Леди Метроленд справилась относительно потолка в ванной, незнакомый молодой человек заплатил наличными за подушку; в перерыве между этими делами миссис Бивер успела спуститься в подвал, где две павшие духом девицы упаковывали абажуры. В подвале стоял холод, стены его отсырели, несмотря на то что он обогревался печуркой. Девицы управляются хоть куда, с удовлетворением отметила миссис Бивер, особенно та, что покоренастей, она ворочает ящики — мужчине впору.
— Так держать, Джойс, — сказала она, — у тебя неплохо получается. Я тебя скоро переведу на работу поинтереснее.
— Спасибо, миссис Бивер.
Будут торчать в упаковочной, покуда не взбунтуются, решила миссис Бивер. С такой внешностью делать наверху нечего. Обе девицы выложили немалые деньги за право обучаться у миссис Бивер.
А Бивер все торчал у телефона. Раздался звонок.
— Мистер Бивер? — услышал он. — Подождите, пожалуйста, у телефона, сэр. С вами хочет говорить леди Типпинг.
Наступившую паузу Бивер провел в приятном ожидании. Леди Типпинг давала сегодня обед, это он знал; вчера вечером они долго разговаривали, он был в ударе. Значит, в последнюю минуту кто-то подвел…
— Мистер Бивер, мне так неприятно вас беспокоить. Вы не могли бы сказать, как зовут молодого человека, вы его представили мне вчера вечером у мадам де Тромме? Того, с рыжеватыми усиками. Он, кажется, член парламента.
— Вы, очевидно, имеете в виду Джока Грант-Мензиса.
— Да-да, вы угадали. Вы, случайно, не знаете, где его можно найти?
— Его адрес есть в справочнике. Но вряд ли он сейчас дома. Его можно застать у Брэтта около часа. Он почти всегда там.
— Джок Грант-Мензис, Брэтт-клуб. Большое вам спасибо. Вы очень любезны. Надеюсь, вы как-нибудь заглянете ко мне. Всего, всего вам хорошего.
Телефон замолчал.
В час Бивер отчаялся. Надел пальто, перчатки, котелок, взял аккуратно свернутый зонтик и отбыл в клуб, подъехав за пенни на автобусе до угла Бонд-стрит.
Впечатление старины, которое Брэтт-клуб производил благодаря изысканному георгианскому фасаду и прекрасной панельной обшивке комнат, было чистейшей воды подделкой, ибо клуб этот — вполне недавнего происхождения — возник вследствие эпидемии общительности, разразившейся сразу после войны. Предполагалось, что это будет клуб для молодых людей, где они могли бы греться, раскорячившись, у камина и колобродить в ломберной, не рискуя навлечь недовольство старших членов. Теперь основатели сами подошли к среднему возрасту, со времени демобилизации лица их побагровели, они обрюзгли, полысели, но жизнерадостности не утеряли и теперь приводили в трепет своих преемников, порицая их за отсутствие насущных для мужчины и джентльмена качеств.
Бар загораживали шесть широких спин. Бивер расположился в соседней комнате на кресле и стал перелистывать «Нью-Йоркер» в ожидании — не подвернется ли кто из знакомых.
Наверх поднялся Джок Грант-Мензис. Мужчины у стойки приветствовали его: «Джок, старик, что будешь пить?» — или попросту: «Так как, старик?» По молодости лет он не мог участвовать в войне, но мужчины у стойки его признавали; они относились к нему куда лучше, чем к Биверу, которого, по их мнению, и вовсе не следовало принимать в клуб. Однако Джок остановился поболтать с Бивером.
— Привет, старик, — сказал он. — Что пьешь?
— Пока ничего. — Бивер посмотрел на часы. — Но, пожалуй, пора пропустить рюмочку. Бренди с лимонадом.
Джок подозвал бармена и сказал:
— Что за старушенцию ты подсунул мне вчера вечером?
— Ее зовут миссис Типпинг.
— Так я и думал. Все понятно. Мне внизу передали, что дама с такой фамилией приглашает меня на обед.
— Пойдешь?
— Нет, званые обеды не по моей части. И потом я еще утром решил поесть устриц здесь.
Бармен принес заказ:
— Мистер Бивер, сэр, по книге за вами числится за последний месяц должок в десять шиллингов.
— Спасибо, Макдугал, не забудьте при случае напомнить, идет?
— Слушаюсь, сэр.
Бивер сказал:
— Я завтра еду в Хеттон.
— Вот как? Передай привет Тони и Бренде.
— Какие там порядки?
— У них тихо и вполне славно.
— Интеллектуальными играми не увлекаются?
— Нет-нет, ничего подобного. Бридж, триктрак и покер по маленькой с соседями.
— А как насчет комфорта?
— Не так уж плохо. Выпивки полно. Ванных маловато. К завтраку вставать не обязательно.
— Я не знаком с Брендой.
— Бренда тебе понравится, она молодчина. Я часто думаю: какой счастливчик Тони. Денег ему хватает, он любит Хеттон, у него один сын, которого он обожает, преданная жена — и никаких забот.
— Можно только позавидовать. Не знаешь, кто еще к ним едет, а? Я вот думаю, кто бы меня туда подбросил.
— Да нет, не знаю. Туда можно добраться поездом.
— Да, но на машине приятнее.
— И дешевле.
— Да, надо думать, и дешевле… Что ж, пойду пообедаю. Не хочешь еще по одной?
Бивер уже встал.
— Пожалуй, не откажусь.
— Вот как, прекрасно. Макдугал! Еще по одной, пожалуйста.
Макдугал сказал:
— Записать за вами, сэр?
— Да, сделайте одолжение.
Позже Джок рассказывал в баре:
— А я выставил Бивера на рюмку коньяку.
— Вот уж, наверное, расстроился.
— Чуть не лопнул с досады. В чушках что-нибудь понимаете?
— Нет. А вам зачем?
— Да вот, округ мой засыпал запросами.
Бивер спустился вниз, но перед тем как пойти в столовую, велел швейцару позвонить домой и узнать, что нового.
— Несколько минут назад звонила леди Типпинг, спрашивала, не можете ли вы отобедать у нее сегодня.
— Позвоните, пожалуйста, леди Типпинг и передайте, что я почту за честь отобедать у нее, но, возможно, на несколько минут опоздаю.
Когда Бивер покинул Брэтт-клуб и быстрым шагом направился к Хилл-стрит, была уже половина второго.
2. Английская готика I
I
Между деревнями Хеттон и Комптон-Ласт раскинулся обширный парк Хеттонского аббатства. В прошлом одно из самых замечательных зданий графства, аббатство было полностью перестроено в 1864 году в готическом стиле и в настоящее время никакого интереса не представляет. Парк открыт для посетителей ежедневно до заката солнца, для осмотра дома требуется предварительно обратиться за разрешением в письменной форме. Имеются несколько хороших картин, мебель. Прекрасный вид с террасы.
Этот отрывок из местного путеводителя не слишком огорчал Тони Ласта. Ему доводилось слышать отзывы еще менее лестные. Его тетка Фрэнсис, озлобленная неукоснительной строгости воспитанием, заметила когда-то, что план дома не иначе как создан мистером Пексниффом
