Горячая схватка с мороженым закономерно оборачивается убедительной победой через полчаса. Всухую. Мороженое уничтожено в ноль, в наших рядах пострадавших нет. Может и сляжет кто завтра с горлом, но это будет завтра. Скорее, не будет, потому что Зина уже выносит вскипевший чайник с заварником.
— А что, мадемуазель Зинаида? Почему бы нам у тебя не организовать салон по моде старого русского дворянства? По-французски говорим, — кидаю сомневающийся взгляд на Настеньку, — ну, почти все…
— Мэ уи, — важно подтверждает Кир, истекающий соком груши.
— Сверчок на скрипке что-нибудь сбацает, мы будем вежливо аплодировать, делать вид, что нам нравится, и говорить: шарман(г), шарман(г)…
Потом учу дворянскому языку: «Не соблаговолите ли», «Не будете ли так любезны», «Мадемуазель, вы сегодня чудо, как хороши», «Сударь, вы сегодня в ударе»…
— Сударь, я вас сегодня ударю, — вдруг говорит Зина и вытирает мордаху Кира полотенцем.
На секунду все замирают, затем срубаются от смеха. И начинается вербальная оргия. Со всех сторон слышится: «сударь», «сударыня», «не соблаговолите ли пойти в жопу»… вот только дай им волю. Даже Настенька пытается что-то вякнуть, и вроде нечто получается. Потому что услышавшая её Катя падает от хохота на пол. После спрашивал у Кира, что такого Настенька выдала, не помнит подлец. А Катюша неприличное и под угрозой расстрела вряд ли скажет. Так и остаются некоторые тайны неразгаданными. Навсегда.
Через четверть часа силы на исходе. Самые выносливые ещё сидят, послабее — валяются. Все стонут, некоторые слабо, на излёте сил, хихикают.
Славно время проводим. Впереди ещё побегушки с Обормотом, нашим неутомимым тренером. Хотел о серьёзном поговорить, на что натолкнула претензия Кати по поводу утра. Утро у меня теперь всегда будет занято. На ближайшие годы точно. Кое-что понял про Всероссийские олимпиады. Чувствуются уже на областном уровне сильные затруднения, в принципе, преодолимые при относительно небольших усилиях и относительно больших способностях. На заключительном этапе никакие способности не вывезут. Уровень профессионалов. Чтобы победить на нём, подход должен быть, как в большом спорте. Вся жизнь посвящается будущим победам.
Чтобы расколоть задачи такого уровня требуется методика. По выработке таковой, по технологии решения задач есть сдвиг. Предлагаемые задачи носят отчётливо формальный характер. Логические цепочки на пути к решению неуловимо абстрактны. Мне не по шерсти, потому и геометрия больше нравится, там всё наглядно. Логика иллюстрируется рисунком.
Сдвиг, мой личный, в следующем. Для сложных задач требуется нулевой этап решения — исследование. Один из элементарных, даже детских способов — рассмотрение общих условий на конкретных данных. Если говорится о некоей последовательности натуральных чисел, надо выстроить последовательность конкретных чисел, удовлетворяющих условиям задачи.
На уровне инстинктов пользовался этим раньше, но не системно, эпизодически. Так что могу себя поздравить: при первой же пробе на зуб выработал первое тактическое правило.
Второе соображение. Требуется умение формализовать условия задачи. Физики в таких случаях говорят: построить модель процесса. Подозреваю, посмотрев некоторые готовые решения, что всего лишь удачная формализация задачи если не приводит сразу к успеху, то показывает ясную перспективу решения. Когда-то в начальной школе нас учили, что когда говорят: a больше b на три, то надо записывать: a = b + 3. Элементарный пример формализации, перевода обычного языка на язык математики.
Плохо, что в дальнейшем эта линия теряется. Проявляется в задачах с иксом, затем снова исчезает. Проблеме формализации внимания не уделяется. Страдает связность предмета от первого класса до выпускного.
Профессиональный уровень он такой. Пресловутая и пятнадцатилетняя Валиева занимается фигурным катанием с трёх лет. Только оставив за спиной тяжёлую и длинную дорогу, получила основание претендовать на олимпийское золото. Так что мне намного легче, не двенадцать лет по семь-восемь часов тренировок в день, а всего лишь два года по два-три часа в сутки. Ну, в выходные можно и по пять.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
На улицу выходим обессиленные интенсивным дружеским общением. Возмущённым лаем (где вы ходите?) нас встречает Обормот. И вот тут мы даём оторваться. Мужички, незаконно занявшие наше место, чувствуют себя неуютно. Вокруг них носится шумная толпа. Отогнать невозможно, с нами Обормот, который может быть не только весёлым, но и грозным.
— Скажите спасибо, что Обормот по столу не скачет, — отбриваю претензии взрослых. — Он тоже считает это место своим.
Страшной на вид псине ничего не объяснишь, и мужички, ворча, удаляются. И сразу, как на фотографии, опущенной в проявитель (существовала когда-то такая технология), проявляется Димон. Ну, правильно, зачем ему лишние подзатыльники зарабатывать.
5 мая, школа.
— Колчин, ты опять… — Лидия Михайловна вздыхает. Про себя заканчиваю предложение: «…умничаешь?».
— Право такое имею?
— Имеешь, имеешь… — классуха забирает моё заявление, где прошу допуск на экзамены по английскому языку за весь курс средней школы. И второе, с просьбой о переводе меня на обучение немецкому.
— Как у тебя только голова не трескается?
Демонстративно щупаю голову со всех сторон.
— Вроде цела…
Несколько одноклассников поодаль, — остальные уходят в другой кабинет, — смеются. Давно их приметил. Всё время рядом вьются и ржут. Не глумливо, а так, от полноты жизни. Вокруг меня всё время какая-то движуха, вот им и интересно.
Наступает теплынь, вдоль ограды школы начинает цвести сирень. Запах… м-м-м! Отопление то включат, то отключат. Днём бывает по-летнему тепло, а ночью иней запросто выпадет. Вот и приходится реагировать. Школьный народ явно расслабляется. Выпускным классам тоскливо, у них серьёзные экзамены, а остальные с вожделением смотрят на улицу. Там футбол и прочие побегушки, через какое-то время купание, там — жизнь цветёт и буйствует. Вчера в открытое окно майский жук залетел, десять минут урока — в аут. Весна.
Умничаю, х-ха! Чтоб ты сказала, если б я за один раз языков пять сдал? Включая японский. О, какие большие глаза у тебя после этого стали бы!
21 июня, вечер.
Квартира Колчиных.
— Смотри, Колчин, если не угадал с размером… — почти угрожает мне мачеха, крутя в руках симпатичные коричневые ботики на среднем каблуке. Что-то прикидывает, сравнивая со своей обувью 38-го размера. Она-то утверждает, что 37,5, но у меня глаза есть и читать я умею. И вообще, мачеха дама рослая. Полсантиметра до метра семидесяти не достаёт.
Завожу глаза к потолку. Женщины бывают нудны до невозможности. И взяла моду в последнее время меня по фамилии иногда называть. Это что, признание моей самости? Папахена иногда тоже по фамилии кличет…
Вероника Пална решительно взяла в свои руки вопрос с подарками для сельской родни. Пытливо интересовалась параметрами Алиски. А я что? Мне не жалко. Алиса чуть крупнее своих ровесниц, ступня у неё среднего размера, не большая и не маленькая. Так что для четырнадцатилетней девочки тридцать шестой размер в самый раз. Осторожная мачеха взяла тридцать шесть с половиной. Под температуру тела.
С колготками и прочим тряпьём управились по фотографии, которую сама Алиса прислала. Она выросла только немножко. В смысле общего роста. Вроде я её догнал или даже перегнал. Я-то за год сантиметров пять прибавил.
Ещё пара сарафанов… но это ерунда. Пришлось сильно помочь подарками для Басимы.
— Тоже обувь купите. Зимнюю. Летом она всё равно в калошах по навозу и земле ходит. Зимой хоть принарядится. И какой-нибудь халат после баньки.
— Халат ей вроде покупали… — вспоминает папахен.
Так что Басиме тоже мягкие полусапожки купили. И мобильник. У неё до сих пор нет, прямо коченею с этой бабки. Советую купить простенький кнопочный и побольше размером. Хотя где их, большие, найдёшь?
