как этот варяг, стоит подумать: почему?
Но то был не единственный довод ярла:
– Твоя жена и оба твоих сына, Грейп. Они живы потому, что Вартислейв защитил их от людей Скельдума.
– Я тоже дрался, – буркнул хольд.
– Все дрались. Но наших близких защитил Вартислейв.
– Я ходил в вики, когда он титьку тискал. Почему я…
Сергей перевел взгляд с небесной синевы на строптивого хольда:
– Не можешь идти в бой с тем, кто недавно тискал титьку, Грейп? – Сергей ласково улыбнулся здоровяку. – Ярл, пусть он останется. Я ведь и этой ночью титьку тискал. И хирдманы мои, они тоже тискали. Ты хороший воин, Грейп, но раз уж у тебя такой гейс, что ж поделаешь. Пойдем убивать Скельдума без тебя.
– Ох! А я не знал, что у тебя такой гейс, Грейп! – воскликнул какой-то простодушный свей. – А как ты тогда…
– Заткнись!!! – рявнул хольд. – Нет у меня такого гейса! А ты… зять! Ты слушай!
– Я не зять, я Дерзкий! – на всякий случай уточнил Сергей, но хольд реплику проигнорировал.
– Клянусь! – заявил он свирепо. – Клянусь, что не коснусь женщины, пока жив Скельдум Щедрый! Боги слышат меня!
– Боги слышат, – очень торжественно подтвердил Сергей. – Мы все слышали. И я рад, что ты будешь с нами, Грейп, когда свершится твоя клятва!
Вот и поладили. Лесть, особенно грубая, поражает дурней прямо в… В общем, в то, что у них вместо мозга. Нет, у Торварда определенно кадровый голод, если вот такие, как этот Грейп, в хольдах ходят. Хотя так-то боец видный. Полтора Сергея как минимум. Если по весу считать.
Глава 10
Даже хорошие воины могут отправиться в Хель
Погода оставалась ясной, и проложенная свеями тропа блестела на солнышке. Даже не тропа – настоящая дорога, вдобавок накатанная санями, на которых, надо полагать, везли раненых и припасы. По такой трассе разогнаться до десяти километров в час – милое дело. Они и разогнались. Отмахали километров пятьдесят без остановки. Могли бы и больше, но из кустиков вынырнул Кари и сообщил, что недруги близко. Он даже назвал селение, в котором Скельдум решил остановиться. Селение, им же разоренное несколько дней назад. Однако ночевать под крышей, даже крышей землянки, лучше, чем в снегу. Опять-таки кушать хочется. А еда, как назло, сама в руки не придет. Ее добыть надо. Лося, например. Или пару-тройку кабанчиков. Добыть-то не проблема. Даже найти – не вопрос. Следов вокруг полно. Но выследить и догнать – не одно и то же. И куда побежит зверь, тоже неизвестно. Может и в сторону гарда нацелиться. И напорется отряд охотников на бойцов Торварда-ярла. Кому это надо?
– Вообще-то было бы неплохо, – возразил Сергей. – Стало быть, у Щедрого на одну охотничью команду меньше. Да и поговорить было бы с кем.
– О чем с ними говорить? Их убивать надо, – озвучил свою позицию Кари. А сколько у Скельдума здоровых и способных к бою людей, он, Кари, и так знает. Тридцать три. И еще с десяток подранных могут присоединиться. Но тут Кари не уверен, поскольку не знает, насколько сильно их подрали. Шли они сами. Но волочиться по проложенной лыжне – не сражаться.
Сергей оживился. Отличная новость: их столько же, сколько и врагов. А может, даже больше.
– Уверен, ты уже наметил для нас место, где можно дождаться вечера, – сказал он будущему родственнику.
И не ошибся.
Просторная полянка между поросших лесом сопок. Одна сопка повыше и лысая. Отличное место для наблюдателя.
Но Сергей наблюдателем не ограничился. Организовал три дозора из приданных свеев и отправил патрулировать окрестности.
И один из дозоров тут же обнаружил аборигенов: четыре качественно укрытые в чаще землянки. Их обитателями были в основном женщины и детишки. Ну и домашние животные. В частности, собачки. Они-то и выдали беженцев.
Оказалось, это жители деревеньки, которую облюбовали Скельдум со товарищи. Те, кому удалось сбежать во время прошлого визита хирдманов Щедрого.
Узнав, с какой целью прибыли Сергей с бойцами, местные особой радости не выказали. Но и не опечалились. Для них все нурманы – недруги. С той разницей, что одни грабят, насилуют и режут, а другие только грабят и насилуют. Взять у беженцев было нечего, к принудительному сексу без членовредительства здесь относятся равнодушно, убивать же собственных податных люди Торварда не стали бы и в отсутствие Сергея.
Так что ни радости, ни горя. И проводников, двух мелких подростков, местная старшая, седая тетка со светлыми до прозрачности глазами, выделила по первому требованию.
Кари местность предварительно изучил, но и проводники пригодились. Обнаружили вражеский секрет на подходе к селению. Грамотно, однако. Дозорный практически на виду, в просвете между деревьев, и еще парочка – в двадцати шагах, замаскированная по высшему разряду. Если бы не местные, их и не заметили бы. А лесовики вмиг углядели елочку, внезапно «выросшую» там, где ее раньше не было.
Брать секрет отправились Дерруд и Грейп, который, надо отметить, признав право Сергея командовать, вел себя безукоризненно. И сработали нурманские герои тоже безукоризненно. Взяли тех, кто в засаде, практически непокоцанных. А явного дозорного Сергей отправил в Валхаллу со стрелой в переносице. «Очковый» шлем дозорного висел у того на поясе, а голову украшала отличная меховая шапка. Впрочем, будь на дозорном шлем, конечный результат бы не изменился.
«Языков» отволокли подальше и провели форсированный допрос. Не давший ничего нового. Разве что информацию о том, в каком доме расположился сам ярл. Хотя и так понятно. Естественно, он занял самое большое строение аккурат посреди деревеньки.
Ну и еще о настроении вражеского воинства вызнали. Хреновое было настроение. Но на дисциплине оно пока не сказалось. Тоже ожидаемо. Сначала надо выжить, а уж потом высказывать претензии лидеру.
Деревенька размещалась на невысоком озерном берегу. Общей ограды у нее не было. Вокруг селения – заснеженные пашни, угадывавшиеся только по отсутствию деревьев.
Крыши строений, вернее, снежные шапки на них, равно как и черные колья оград, почти сливались с лесным ландшафтом. Особенно в сумерках. Над парой домов стояли светлые дымные столбики, ровно уходившие в небо. Ни ветра, ни снегопада. Отличная погода для любителей пострелять.
Но были в этом спокойствии и тишине и минусы. Например, на крыше центральной избушки находился отличный наблюдательный пункт, с которого просматривались все подходы к деревеньке. И занявший его дозорный запросто контролировал окрестности. А вот самого дозорного углядеть было непросто, поскольку сидел тот, закопавшись в снег, да еще и себя белым присыпал.
Высмотрел наблюдателя Машег. Да и то
