и в ту же секунду пожалела об этом, его глаза сверкнули молнией в грозовом небе, и коридор вокруг сразу стерся, смолкли все звуки, я будто наедине с ним оказалась в черной глухой ночи.
— За мной пошла, — сухо, отрывисто приказал Шварц после долгой паузы и двинулся по коридору, уверенный, что я его команду выполню.
Растерянно оглянулась на дверь, где он запер Максима. И мысленно чертыхнулась.
Ну вот в чем я опять виновата? Я снова не права? Да пусть что хотят делают, цари.
Бросила букет у дверей и развернулась в другую сторону, за углом шагнула на лестницу и уверенно спустилась в холл.
Вниз ведут две лестницы. Первая — главная, там ступени выложены мрамором, по стенам развешаны картины и цветы.
А эта вторая. Здесь на стенах облупилась краска и старые деревянные перила усеяны занозами. Ремонт сделать не успели, но собираются на летних каникулах, ведь дорогой Макар Матвеевич снова проявил щедрость и выделил средства.
Шла и плевалась себе под нос, вполголоса ерничала и потеряла бдительность, не услышала быстрых шагов позади.
А когда меня вдруг схватили за пиджак и теплая ладонь накрыла рот, не давая сорваться пугливому крику — было уже поздно. Мужская рука крепко перехватила меня за талию и легко оторвала от пола, меня почти швырнули в темноту под лестницу. Спиной ударилась в стену.
— Ты импотентом меня обозвала, Эмма? — горячие губы обожгли щеку. Меня рывком развернули и вжали грудью в стену. Мужские руки задрали юбку.
И не чтобы просто отшлепать цветами, как тогда, в машине — поняла это, когда Макар резким движением сдернул с меня трусики.
— Не надо, — пискнула, уверившись — этот мужчина способен на что угодно. Даже отыметь меня здесь, в универе, под лестницей.
— Не надо болтать о том, чего не знаешь, Эмма.
Широкая ладонь накрыла промежность и сжала. Меня с ног до головы током прошило. Складки стали влажными, ему на руку, как из спелого персика, брызнул сок.
Удивленная, всхлипнула.
Что происходит. Я не хочу этого мужчину, нет.
— Хочешь меня, — его слова разбили вдребезги мысли. Удар мужских бедер в меня и твердая выпуклость даже через брюки почувствовалась так остро, словно нет между нами преград. — Эмма, не надо играть со мной, — выдохнул он на ухо. — Вчера я тебе почти поверил. А сегодня увидел, какая ты развратная училка. Уезжай из города. Завтра же. Или я не поведусь больше на слезливые речи. Клянусь, я тебя оттрахаю. И не один.
глава 29
Артур
несколько лет назад
— За именинника, — поднял стакан, и Макар навстречу потянул свой.
— Радуешься поди, — он сделал глоток коньяка. — Что я старею, а ты нет.
— И мне будет тридцать три, — усмехнулся. — Молодость не вечна, Шварц.
Он откинулся в кресле. Посмотрел на огни двухэтажного домика, на деревянный шезлонг, в котором развалилась Жанна. Та еще домашняя пилочка, я бы долго с ней не выдержал.
А Макар не разводится.
Не из-за любви точно.
— Вы отстали от жизни, дорогие, — Жанна спустила длинные ноги в траву, нам на обозрение. — Иногда молодость вечна. Достаточно следить за собой. И меньше пить. Чтобы очередной день Рождения не стал последним.
Переглянулись с Макаром. Одновременно хмыкнули, и он разлил коньяк.
— На свежем воздухе, Жанна, оно само как-то.
На праздники друг традиционно снимал ресторан, а тут захотел турбазу.
Для лета — вариант отличный. Я бы, вообще, из воды не вылезал, если бы не работа. Здесь красивейшая природа.
Чистейший карьер.
Гости уже разошлись, остались лишь мы, как всегда, лучшие друзья.
Дверь дома распахнулась, и на пороге показалась Арина. Сестра спустилась к нам и удобнее перевязала на груди полотенце.
— Идете купаться? — она оглядела стол, заставленный стаканами. И сморщилась. — Ну хватит пить. Не скучно вам? Пошли поплаваем.
— В этой луже? — снова вклинилась Жанна. — Ариша, милая. Давно пора найти себе хорошего мужчину. Который будет возить тебя на нормальные курорты. Только смотри, не промахнись. А то попадется на пути такой же, как Макар. И пределом твоих мечтаний станет турбаза в области.
— А чем тут плохо? — не согласилась сестра. — Ты была на карьере, Жанна? Вид — потрясный.
Шварц лениво допил коньяк и поставил стакан на стол. Поднялся из-за стола и поймал за руку Арину.
— Пошли, Ариш. Поплаваем. Артур?
— По работе еще пару звонков сделать надо, — отказался и тоже встал.
В доме сполоснулся под холодным душем, приводя мысли в порядок. С телефоном завалился на кровать и набрал помощника. Выслушал отчет.
С кофе вышел на крыльцо, и опять наткнулся на Жанну.
— Освободился уже? — она поднялась по ступенькам и поправила бретельку купальника. Подошла вплотную и запрокинула голову, уставилась мне в лицо. — Мы с Макаром в разных комнатах ночуем.
— Спокойной ночи тогда.
— Не делай вид, что не понимаешь намеков, Артур, — ее грудь в тонком купальнике коснулась моей. Потерлась. — Ты ведь тоже один приехал.
— Я с сестрой, Жанна.
— Ну спать же ты с ней не будешь.
— Давай я этого не слышал.
Она изогнула губы в улыбке, медленно отодвинулась. Обошла меня, задев бедром.
— Ты же сам знаешь, что у нас семейная жизнь не ладится, — сказала у меня за спиной. — Так почему я должна делать вид. Что мне не нравится друг моего мужа. И сдерживать свои желания. Скажи мне, дорогой. Ты ведь меня тоже хочешь?
— Иди отсюда, дорогая.
Она фыркнула, я спустился с крыльца и свернул на тропинку в сторону карьера. Жанна не впеврые дешево подкатывает, но первый раз так внаглую.
В лоб.
Сейчас скажу Шварцу.
С этими мыслями спускаюсь по камням вниз, к воде. Щурюсь в темноте, пытаюсь разглядеть друга и сестру.
Луна освещает две фигуры на берегу.
У меня под ногами полотенце, в котором была сестра. Дальше валяется рубашка Макара. Сам Шварц в брюках, стоит по щиколотку в воде и смотрит вперед.
Тоже перевел взгляд туда — и остановился.
Сестра без купальника. Вообще без ничего. Она вышла на берег, двинулась к Шварцу, на ходу отжимая волосы.
Он тоже сделал шаг навстречу, приблизился.
В свете луны увидел его руки на ней.
И у меня в глазах сверкнула красная вспышка.
— Ты совсем
