подруга меня спрашивает
— Что бы ты сделала, если бы узнала, что твой муж или жена тебе изменяет?
Я удивилась от этого вопроса, и насторожилась, подумав о том, что Джефри изменяет Мари.
— Тебе изменил Джефри?
— Нет, нет, всё в порядке. Просто мне интересно, как поступать в такой ситуации. Недавно в садике у Алекса у одной мамочки изменил муж, и представляешь она его простила, хотя скандал был на весь город. Но она взяла и простила, и я не понимаю. Не уже ли возможно простит человеку измену.
Я задумываюсь.
— Честно я никогда не была замужем и не могу дать точный ответ. Ведь брак это не просто отношения, эта тот уровень любви, когда вы считаетесь единым организмом, который всё так или иначе создает вместе. И когда что-то подобное происходит, нужно понимать, что дальше вы либо рушите то, что до этого вы так усердно выстраивали, либо продолжаете быть вместе. Но я себе это слабо представляю. Скорее нужно быть достаточно сильным чтобы, быть готовым все менять в своей жизни, и быть достаточно сильным, чтобы пережить предательство. Наверно так.
Мари какое-то время молчит, задумавшись над моими словами.
— А чтобы выбрала ты?
— Со момента нашего расставания с Чейзом мало, что поменялось. Я не смогу простить, зачем. Человек либо только твой, либо его недолжно быть в твоей жизни.
Говорю я, а потом осознаю, что каким-то образом один человек все-таки вернулся в мою жизнь, и это нужно исправлять.
***
Мы прекрасно провели несколько часов в спа, расслабились, и готовы идти к нашим семьям, чтобы уже все вместе пойти на обед, и вместе провести достаточное количество времени.
Когда мы зашли на виллу, то увидели очень неординарную картину. Как Алекс и Камилла делают маникюр и макияж Джефри.
— Что тут происходит? — разинув от удивления рот говорю я.
— Мамочка у нас тоже свой салон, и мы решили, что должны сделать дядю Джефа красивым.
Джефри мотает головой в знак согласия.
— Папа, не двигайся, а то получится некрасиво, — и в этот момент Алекс стрижет Джефа детскими ножницами.
Мари просто надрывает живот от смеха.
— Просто не двигайтесь ребята, я должна запечатлеть этот момент на память, — и делает пару фотокарточек на айфон.
— И чья это была идея? — спрашиваю я.
— Вообще моя, — на удивление говорит Джеф, — мне показалось несправедливым, что вы ушли наводить красоту, а нас не взяли. Поэтому устроили свой.
Меня это заставляет усмехнуться. Потому как, моя дочь пытается ровно накрасить красной помадой мужчине губы, Алекс кромсает идеальную прическу своего отца. А потом я вижу, что это моя помада от Диор.
— Камиллы, это моя помада? Диор? Доченька, ты не могла выбрать другую помаду? — спрашиваю, думая что в моей косметичке было четыре помады. Но дочь выбрала самую лучшую.
— Нет, она самая красивая, плюс она подходит к глазам дяди Джефа.
И от этой фразы мы все смеемся.
— Я куплю новую, — шепчет Джефри.
Постепенно я прихожу в себя и понимаю, что нигде нет Чарльза.
— А где Чарльз?
— Он сказал, что ему нужно сделать пару рабочих звонков, и ушел буквально спустя минут тридцать после того, как вы ушли, — пожав плечами сказал Джефри.
— Странно, пойду поищу его.
Я вышла на улицу, и прошла сначала к океану, его там не оказалось, я начала переживать, пошла в главный холл отеля к которому была прикреплена наша вилла, чтобы спросить о том не видели ли они его. Но сама смогла его увидеть в лобби с женщиной на коленях, с которой у них были слишком личные переговоры.
24
Мария
Спустя около двадцати минут, Амелия вернулась обратно на виллу. Но она вернулась до такой степени потерянная, что она в буквальном смысле не видела и не слышала нас. Она сразу же пошла наверх и резко закрыла за собой дверь.
Я смотрю на Джефри, чтобы узнать может он что-то знает. Но в какой-то степени мы оба догадываемся, что могло произойти. Мы решаем пока не трогать подругу, а просто поиграть с детьми, чтобы они не обращали внимания на возможные изменения. Спустя еще где-то минут двадцать, Амелия спускается вниз с чемоданом. Увидев, как Амелия безжалостно его тянет на себе. Джеф быстро поднялся к ней на помощь.
— Спасибо, — кратко ответила она. Когда Джефри спустил чемодан вниз, Амелия подкатила его к двери, и пнула со всей сил, что аж вскрикнула. Но потом у самой же вызвало смех. Она надела на себя роскошное красное платье сарафан, поэтому выглядела сейчас шикарно, как никогда. Поправила волосы, и сказала.
— Ну что идем на обед? — улыбнувшись, хотя я видела, что ей это очень сложно дается.
— Сейчас я только подправлю свой мейкап, — говорит Джефри, и идёт в ванну, чтобы смыть творения, которая создала Камилла.
— Ты в порядке, — спрашиваю я подруг, хотят сама понимаю, что задала самый нелепый вопрос.
— Да, все просто замечательно, я просто ужасно голодна, — говорит натянуто Ами.
— Этот Чарльз уезжает? — нахмурено спрашивает Камила, понимая что дело ту т не чисто. Что она не совсем все может понять, в силу своего возраста, но прекрасно чувствует любые изменения.
— Да, дочь, он уезжает. Ты была права, он не очень хороший человек.
Камила, улыбается, и обнимает маму.
— Я знала, мамочка, только ты не расстраивайся, мы найдем тебе принца.
Амелия улыбается, и говорит: «Да, милая».
***
Мы сидим в ресторане, в этот раз мы все поедали бургеры и пиццу, и запивали все это колой. Чтобы снять весь стресс, что обитает вокруг нас.
На середине приема наше трапезы к нам подходит разъярённый Чарльз с чемоданом, и буквально начинает кричать.
— И что это значит?
Амелия престаёт жевать, медленно протирает губы салфеткой, убирает её, и абсолютно спокойно произносит
— Мне кажется ты абсолютно прекрасно всё знаешь. Как переговоры? Не слишком сильно тебя утомили?
