сказал он. — Хотя можно провести в ведомости, как профилактическую работу с населением. Ты только своим не говори, что я мусор. Во избежание, так сказать, лишних вопросов.
— Дурацкая идея, как по мне, — сказал я. Я бы и сам не ходил, но пацаны не поймут.
— Ну пожалуйста, — сказал он и сделал такие глаза, что художник, нарисовавший кота из «Шрэка», удалил бы свое творение и снова взялся бы за кисть. — Ну Чапай, ну чего тебе стоит… Я страсть как подраться люблю, а у нас в ОБХСС с этим напряги. Я, главное, начальству говорю, переведите меня в ОМОН, пусть даже и с понижением, а оно отвечает, что я по габаритам, к хренам, не прохожу. И вообще, на своем месте нужнее, а меня уже задрало в бумажках ковыряться. Я, между прочим, в школе милиции чемпионом по боксу в своем весе был.
Если он тогда весил столько же, сколько и сейчас, то конкуренция была небольшой. Может, он даже победил в виду неявки соперника, а соперник не явился, потому что второго такого просто не нашли…
— А если ты меня с собой не возьмешь, то я тебя затоплю, — сказал он. — К хренам.
— Так я выше тебя живу.
— Это не имеет никакого значения. Я что-нибудь придумаю. Мехом наружу вывернусь, но придумаю.
Конечно, тащить мента на пацанские терки было не по понятиям. Но если он не при исполнении, и никто об это не узнает… А так-то вид у него страшенный, если оппоненты Тимура не отморозки последние, они трижды подумают, прежде чем на такого прыгнуть, и нам это только на руку.
Такого, наверное, и я с двух ударов не завалю.
— ОБХСС уличной шпаной не занимается, если что, — сказал Сашка. — И никакого профессионального интереса у меня тут нету. Просто развлечься хочется, расслабиться немного… Устал штаны в кабинете просиживать… Дядя Чапай, ну возьми меня с плохими мальчиками пободаться…
— Слушай, я всех раскладов не знаю, и плохими мальчиками вполне можем оказаться и мы. Есть, по крайней мере, такая вероятность.
— Хочу, хочу, хочу, хочу….
Ездит на мотоцикле, носит с собой ствол… Так и не скажешь, что жизнь у него скучная, что отвлечься ему надо. С другой стороны, каждый расслабляется, как может, а если пацаны спросят, так я скажу, что это сосед. А что он еще и мент, так он мне удостоверения не показывал.
— Ладно, черт с тобой, — сказал я. — Но если тебе там башку проломят, не говори, что я тебя не предупреждал.
— Не скажу, — просиял он, радуясь, как ребенок новой игрушке. — А что сейчас на такие рандеву принято с собой брать?
Я с сомнением посмотрел на его кулаки, каждый из которых размером был почти с мою голову. Что он может прихватить, чтобы выглядеть еще более устрашающим? Титановый лом? Пожарный топор?
— Вот ты чего с собой возьмешь?
— Клаву, — машинально сказал я. — В смысле, биту бейсбольную.
— Где взял? У нас в спорттоварах такие не продаются.
— Коллеги на работе подогнали, — сказал я. — Давно уже. Вожу с собой в качестве забавного сувенира.
— Может, мне скалку взять? — спросил Сашка. — У меня такая здоровенная скалка есть, я ей тесто на пельмени раскатываю. Или могу на дачу сгонять, у меня там рессора от трактора «Беларусь».
— А рельса у тебя там нет? — спросил я. — Небольшого, метра два с половиной?
— Рельса нет, — вздохнул он. — Можно без рельса?
— Можно, — сказал я. — Главное, ствол с собой не бери.
— Да нам и не выдают, — сказал он и даже глазом не моргнул. — Главное наше оружие — это острый отточенный ум. Работа в ОБХСС — это битва интеллектов, и это, сука, скучно, потому что девяносто процентов расхитителей умом не блещет, а тех, кто блещет, ловить нельзя, чтобы на кого-нибудь из партийного начальства случайно не выйти. Вот ты думаешь, я до сих пор майор, потому что плохо ищу? Наоборот, слишком хорошо.
— Сложно у вас там все, — посочувствовал я.
— Да, сука, не говори, — сказал он. — Потому и хочется иногда чего-нибудь, простых человеческих радостей. Водочки после баньки попить, на мотоцикле прокатиться, в рыло кому-нибудь сунуть. Необязательно в такой, сука, последовательности.
— Ладно, подходи сюда завтра часиков в девять, если не передумаешь. Вместе поедем.
— Отлично, Чапай, — сказал он. — Не боись, я не передумаю.
— А лучше бы передумал.
Попрощавшись с Сашкой, я поднялся к себе и плюхнулся на диван.
Эпоха понемногу затягивала меня в свою трясину, век-волкодав все сильнее давил на плечи. Работа, завуч, Ирина, эти вот пацанские дела, странный сосед из ОБХСС…
Хорошо хоть, что я попал сюда уже после того, как предыдущий Василий в отставку ушел и в школу работать устроился. А то заниматься тем, за что потом наградные пистолеты выдают, мне и в своем времени не нравилось.
Не хотелось бы мне этот опыт и здесь повторять.
С улицы донеслось довольное рычание отлаженного мотоциклетного двигателя. Похоже, что майор ОБХСС разобрался с проблемой и отправился вкушать простых человеческих радостей.
Глава 8
В означенный час Сашка вышел из подъезда одетым в длинный черный дождевик, отчего в вечерних люберецких сумерках стал похож на милое доброе приведение в стиле «нетфликс».
Или на кровавого маньяка из дешевых молодежных ужастиков.
— Ну что, Чапай, — сказал он, подходя к машине. — Поехали, окропим асфальт красненьким.
— На фига тебе дождевик? — спросил я. — Вроде, на неделе без осадков обещали.
— А чтоб кровищу легче смывать было, — жизнерадостно сказал он.
Я вздохнул. Веселый он был парень, но его настрой мне
