ее за ладонь и сжал. Но уже видел, как она далека от меня. Закрылась.
— Ты мне не доверился, когда оказался по горло в проблемах. Для тебя я была красивой куклой, выполняющей все твои прихоти, но так и не ставшей близкой и любимой. Ты ни во что меня не ставил, раз помчался к Марго. И теперь мне плевать, спал ты с ней или нет. После этой ночи ты стал мне безразличен. Я добьюсь полной опеки над сыном и на метр тебя к нему не подпущу.
Ее глаза наполнились слезами. Она будто себя убеждала в своих словах, а не меня. Но ранило это обоих.
Наташа выдернула свою руку из моей ладони и отвернулась к двери, из которой мы ожидали доктора. Ее спина была напряжена, а плечи расправлены в сторону. Идеальная осанка, словно, если даст себе слабину, то тут же развалится. Раскрошиться на мелкие кусочки и все из-за моей тупости!
Мне невыносимо было терять жену. Я хотел сбежать из этого места. Залить свое горе высоким градусом и забыться. Уплыть на волне жалости к себе. Но сейчас было не время. Пусть Наташа и отказалась от меня, я до сих пор ей был нужен. У нашего сына высокая температура и она, как и я, волновалась за его здоровье. Я останусь с ней рядом, как поддержка, пока она не прогонит.
Наклоняюсь корпусом вперед и вдыхаю аромат ее волос. На секунду жмурю сильно глаза, чтобы не позволить себе слабости. Оказывается, я совершенно не знаю Наташу. Использовал ее в прошлом. Любовался ей, как красивой статуэткой. А что давал взамен на ее любовь? Деньгами откупался. Задаривал дорогими побрякушками и не стремился что-либо о ней узнать. Мне было столько дано времени, а я все просрал из-за своего эго. Хотел кому-то доказать, что крут только потому, что владел такой красавицей. И не замечал, насколько Наташа умная и искренняя в своих чувствах девушка. Я полный кретин!
А сейчас могу только на расстоянии вытянутой руки находиться рядом с ней, но не касаться. Теперь она не подпустит меня к себе.
Мое тайное разглядывание за женой прервал вышедший к нам педиатр.
Глава 24
Наташа Гордеева
Я просто не могла поверить в услышанное. Смотрела на него широко раскрытыми глазами. Мужчина, в которого я была по уши влюблена, оказался пустышкой. Стекляшкой. Я его ни сколько не интересовала. И мои волнения только могли ему докучать.
Как я позволила себе быть рядом с ним? И почему слова Игоря меня все-таки сильно ранили? Я ведь должна ненавидеть его. Но внутри меня растянулась ледяная пустота. Градус ниже нуля. Все покрыто ледяной корочкой, даже все чувства к Игорю.
Мне с трудом верится, что он оказался по чистой случайности в ту ночь с Марго. Но мне не узнать, его ли рук дело или все подстроила мачеха. Да и какая разница? Он не помнит, спал с ней или нет. Для него это было без каких-либо чувств. Просто справил нужду. Только вот я так не могла. Я абсолютно не понимала, как Игорь легко поддался искушению. Отрекся от своих обещаний в любви и верности мне. Я не могла принять это. Все во мне противилось подобному.
Нам нужно разойтись. Мне дышать с ним трудно. Я цеплялась когтями за край скамьи, на которой сидела и пыталась восстановить нормальный ритм сердцебиения. Мы с Мишей справимся. Мне удастся окончательно вырвать прямо с корнем все воспоминания о Игоре. Без жалости и сожаления!
И почему я продолжаю прислушиваться к рваному дыханию мужа? Он причинил этой ночью вред мне и моему ребенку! Я не позволю ему хоть один вопрос решать, касающийся Миши. После суда он и на сто метров не приблизится к нам! Не могу простить ему ту боль. Она была оглушительной. Это не сравнится ни с чем в этом мире. Пульс колошматил, как при выворачивании всех конечностей. До сих пор трясло крупной дрожью, а внутренности стягивало плотным жгутом. Я не могла дотянуться до своего ребенка и прикоснуться. Меня лишили его запаха. Его присутствия. Право на него. Я не позволю никому подвергнуть меня подобной участи. Не позволю никому отнять моего сына.
К нам вышел педиатр. Его спокойный тембр голоса убеждал меня, что моему сыну ничего не угрожает. Медицина так широко шагнула вперед, что от вирусной инфекции дети не умирают. Температуру врачи сбили и предложили остаться до утра, чтобы окончательно убедиться в стабильном состоянии малыша.
— Кто останется с Мишей на эту ночь? — интересуется врач и смотрит в мою сторону.
— Конечно же, я! — срываюсь в громком визге и вскакиваю на ноги, боясь, что мне могут отказать. Он лишь коротко кивнул и подозвал медсестру, чтобы та помогла нам расположиться в палате.
Я последовала за женщиной средних лет в разноцветном медицинском костюме с разными рисунками на нем. Мы шли недолго по коридору, пока не остановились около закрытой палаты.
— У вас есть какие-то вещи для малыша?
Я застыла перед дверями, потому что поняла, что нахожусь без вещей Миши. Даже самых обычных, первой необходимости, не было.
— В багажнике есть собранная сумка Миши. Могу и в магазин сходить, что-то для тебя купить. — Игорь так неожиданно оказался за моей спиной, что я отшатнулась в сторону и подняла на него растерянный взгляд. Он не ушел? Понятно же, что нам больше не о чем разговаривать, к тому же рядом с Мишей может остаться кто-то один из родителей. И это буду я!
— Да, хорошо. Возьми мне воду и сухари. Думаю, завтра нас уже выпишут и мы с Мишей вернемся домой! — с нажимом говорила последнюю фразу. Подняла на него свой взгляд. Наблюдала за реакцией Игоря. Спокойный. Соглашающийся со мной. Миша папочке устроил незабываемую ночь да так, что тот не стремился больше отнять у меня права на сына. Хотя, я могла ошибаться.
В моих руках оказался сынок. Весь заплаканный, но спокойно уже сопел. Я лежала с ним на кровати и напряженно поглядывала на пакет с фруктами и шоколадками от Игоря. Он купил все, что я просила и проявил глупую
