— Яснее ясного, — сказал Найдёнов. — К бою и походу приготовиться!
Глава 37
Ученые сравнили древний бассейн в кратере Гейла с огромным химическим реактором, в котором возникают всё новые комбинации элементов, а старые распадаются. На Земле такие реакции способствовали зарождению жизни.
Утром танкист Ча придирчиво осмотрел боевую машину. Проверил каждый трак, заглянул под днище, выдвинул и зафиксировал решетку антенны для связи с орбитальной станцией. Командир обживал кабину и проверял электронное оборудование танка. Наконец, экипаж занял свои места.
— Малый вперед! — дал команду Найденов.
Машина ответила низким гулом мотора и, подминая булыжники, плавно двинулась в сторону далекой горы. Ча Су Бок напряженно вглядывался в окружающий ландшафт и выбирал оптимальный маршрут, избегая редких песчаных наносов. Миновали «космодром» и стали подниматься на покатую кромку долины. Далее путь преградила гряда крупных слоистых камней, выветренных и обточенных летучим песком. Низкое солнце отбрасывало длинные тени. Ча затормозил машину и спросил:
— Куда прикажите?
— Прямо поедешь — коня потеряешь, направо пойдешь — головы не снесешь, — ответил Найденов. — Значит, едем налево. Правь на солнце. Лево на борт!
Танк послушно развернулся и стал огибать острые скалы. За скалами сразу увидели четкие очертания горы Шарпа и крохотную блестящую точку марсохода, застывшего у отвесной стены.
— Вот он! — сказал Найденов. — Стоп машина!
Танк замер. В мощном прицеле командир увеличил изображение.
— Нет никакого движения, — сообщил он через несколько минут.
— Это хорошо, — ответил Ча. — Когда он проснется, мы будем уже на месте. Эффект полной неожиданности.
Недавно специалисты НАСА перепрограммировали компьютер марсохода и он обрел больший интеллект. Теперь «Кьюриосити» мог совершать короткие переходы и самостоятельно выбирать объекты для поиска внеземной жизни.
— Сделаем быстрый рывок, — сказал командир. — Остановишься в двадцати метрах от этой консервной банки. Полный вперед!
Взревел двигатель и боевая машина, плавно разгоняясь, понеслась к намеченной цели. Найденов сделал несколько манипуляций на приборной доске и заряжающий автомат загнал в ствол тяжелый фугасный снаряд. Марсоход быстро приближался. Он оказался гораздо ближе, чем это казалось из люка танка. Экзотическая машина стояла у подножия горной стены и издали напоминала кусок смятой алюминиевой фольги. По мере приближения, стали различать ребристые колеса, угловатый корпус и длинную штангу с телекамерами, направленными в сторону солнца.
— Нет никакой реакции, — повторил командир. — Глуши мотор, займемся делом.
Найденов выбрался из танка и подошел к марсоходу. Припорошенная мелкой пылью машина застыла без движения. Ничто не говорило, что она жива. Металлические колеса были избиты камнями и местами продырявлены насквозь.
— На их месте, я бы переобул тележку — сказал Ча.
— Ближайшая шиномонтажка за углом — в миллионах километров отсюда.
С орбиты вышел на связь Плотников:
— Вижу вас отчетливо, — сказал навигатор. — Как жизнь, аборигены? Гоните сначала снимки. Панораму и детали. Кино — потом. Срочно перешлю на Землю.
— Сделаем фотографии, как только оформим сцену, — ответил Найденов. — За час, наверное, управимся. Не грусти и — до связи!
Ча Су Бок уже вынул из танка полосатый пограничный столб и приладил на нем эмалированную табличку с надписью на двух языках: «Российская Федерация» и «Russian Federation». Вершину балки венчал золотистый двуглавый орел. Столб закрепили на плоской скале, пристрелив его калеными дюпелями. Краем глаза Ча заметил движение за спиной:
— Смотри, Влад, кажется, марсоход оживает!
Марсианский вездеход пребывал в том же положении, но его телекамера развернулась и нацелилась на «Армату». Круглый стеклянный глаз камеры перемещался мелкими рывками, осматривая невиданный доселе предмет. Озадаченная машина сфотографировала объект и размышляла, как ей поступить дальше. В ее электронной памяти не было ничего похожего, с чем можно было бы идентифицировать эту приземистую обтекаемую глыбу.
— С добрым утром! — сказал Найденов и помахал рукой космической тележке. — Успели как раз вовремя. Улыбайтесь, нас фотографируют!
Марсоход развернул передние колеса и двинулся навстречу танку.
— Интересно, что у него на уме? — спросил Ча.
— Ясно что — робот ищет внеземную органику. Нам лучше не сдавать ему анализы. Костюмчик может испортить. Всем — срочное погружение!
Космонавты поспешили укрыться в танке, под защиту брони из уральской легированной стали.
«Кьюриосити» двигался медленно и осторожно. Наконец, он приблизился вплотную и мягко ткнулся в лобовую броню напротив командирского люка. Найденов успел нажать кнопку и закрыть люк тяжелым композитным стеклом. В этот момент робот обрушил на броню короткий алмазный бур. Послышалось тихое жужжание бор-машины.
— Э-э! — возмутился танкист. — Командир, это уже вооруженное нападение!
— Малый назад! — дал команду Найденов.
Саша запустил двигатель и задним ходом выписал изящную петлю. После этого пируэта колченогая тележка оказалась в тридцати метрах от танка. Ее манипулятор совершал беспорядочные рывки.
— Противолодочный маневр! — пояснил танкист. — Обычно, это сбивает с толку вражеских наводчиков.
— Рули правее, к черной скале, — сказал Командир. — Приступаем ко второму акту.
Боевая машина тронулась и на малой скорости покатила к одинокой скале у подножия горы.
— Мы на боевой позиции, — сказал Ча. — За вами выбор цели.
Найденов внимательно осматривал крутой бугристый склон.
— Стреляем вон по тому балкону, — сказал он, указывая на плоский выступ на серых скалах.
— Согласен, — коротко ответил танкист. — Ближе нельзя.
— Пли!
Орудие рявкнуло, танк резко вздрогнул и в кабине поплыл голубоватый дым. Стреляная гильза со звоном упала под днище танка. Тут же на склоне горы взметнулось рыжее облако фугасного разрыва. Спустя мгновение по броне застучали мелкие каменные брызги. На склоне образовалась большая круглая воронка. Из ее глубины струился легкий дымок.
— Мы пришли сюда с миром! — сказал Найденов.
— Пли!
Второй снаряд вздыбил землю чуть ниже.
— Заряжаем болванку. Пли!
— Тупая болванка из обеденного урана пробила далекую скалу. Осколков не было.
— Смотри, супостат приближается, — крикнул танкист. — До чего ж настырный агрегат!
К танку, обходя высокие глыбы камня, неспешно катил марсоход.
— Выжимай на пригорок! — скомандовал Найденов. — Этот овраг самоходке не взять.
Ча Су Бок дал газу и тяжелая машина вздыбилась, преодолевая крутой склон оврага.
— Стоп! — сказал Найденов. — Здесь будем пробы добывать назло надменному соседу.
Ча Су Бок заглушил двигатель и наступила тишина. «Кьюриосити» застыл у края оврага, не решаясь штурмовать глубокую впадину. Космонавты выбрались из танка и, взяв с собой пробоотбрники, направились к темному провалу воронки. Дорога была крутой, из под ног выскальзывали острые камни. Над глубокой ямой колыхался прозрачный воздух. Пологий откос широкой воронки спускался на двухметровую глубину. Ча приземлился на край ямы и скатился вниз на собственном заду. Найденов передал ему оранжевый контейнер с пробоотборниками.
— Смотри, Влад, тут какая-то штуковина! — удивленно воскликнул танкист.
На самом дне ямы выделялось серое бесформенное пятно размером с тарелку. Ноздреватая поверхность напоминала талый мартовский снег. Командир присел на корточки и посмотрел вниз.
— Там что-то черненькое белеется, — сказал он.
— Нет, там что-то беленькое чернеется, — шутя ответил Саша. — Вероятно, это соль или снег. Отщипни кусочек от этого пирога.
Ча Су Бок вынул из контейнера круглый пенал отборника и погрузил его в серую податливую массу. Никелированная трубка легко вошла в зернистую поверхность. На нужной глубине сработала автоматическая защелка, герметизирующая взятый образец. Ча аккуратно уложил пенал в контейнер и, обернувшись к объекту, удивленно присвистнул.
— Влад, эта штука исчезла! Совсем… В никуда! Словно испарилась.
Там, где только что беленькое чернелось, не было ничего. Ни следа на камнях, ни мокрого пятна, ни облачка испарений.
— Мистика! — сказал Найденов.
— Чертовщина, — подтвердил Ча.
Металлической лопаткой Саша разгреб мелкий щебень на дне воронки. Не было никаких следов исчезнувшей «булочки».
— Бог с ней, с этой коврижкой, — сказал командир. — Проба у нас есть, потом разберемся. Из пенала она никуда не денется. Пора выдвигаться домой.
