— Когда я смогу забрать ее?
— Через несколько минут. Она оденется и выйдет. Но ночью надо контролировать ее сон — из-за ушиба, — доктор с участием похлопала его по руке. — Сейчас вы получите их обоих — и маму и ребенка.
— Спасибо, доктор Коэн. Я очень ценю, что вы сразу же приехали в больницу.
Здешний доктор утверждал, что они вполне справятся с травмой Марианны своими силами. Но перепуганный Себастьян настоял, чтобы вызвали доктора Коэн.
Дверь за доктором Коэн закрылась, Себастьян повернулся — и увидел, что вся его семья смотрит на него изумленно распахнутыми глазами. Даже генерал подоспел как раз вовремя, чтобы услышать все до последнего слова. Вот черт! Он так нервничал из-за состояния Марианны, что совсем забыл о родственниках.
— Ребенок? — прошептала Джинджер и улыбнулась сквозь слезы.
Он так долго не мог ни с кем поделиться этой радостью. В конце концов, Марианна не сможет упрекнуть его!
Мэтью потряс головой, набрал полную грудь воздуха и с шумом выдохнул.
— Это полностью снимает все вопросы о вашем поведении. Было такое впечатление, что вы оба внезапно немного рехнулись.
Себастьян решил дать комментарий:
— В тот день, когда Марианна упала в суде, врач осмотрел ее и сказал нам о беременности. Тогда мы об этом и узнали.
Себастьян счел, что никого из его родственников не заинтересует тот факт, что Марианна узнала об этом несколько раньше.
— Мы хотели пока не говорить об этом, выждать какое-то время, чтобы была уверенность. Мы один раз уже ждали малыша, как вам известно.
Мэтью пожал ему руку:
— Поздравляю, брат.
Джинджер снова поцеловала Себастьяна в щеку.
— Я так рада за вас обоих. Бог посылает детей для счастья!
Несмотря на искренность всех пожеланий, Себастьян места себе не находил от тревоги. Он хотел как можно скорее увидеть Марианну, и проклятая опасность, нависшая над его братом, не давала ему покоя. Он ни на секунду не переставал думать о брате.
— Как только я заберу Марианну, мы приедем к вам — ждать известий о Кайле.
Джинджер протестующе подняла руку.
— Марианне надо отдохнуть. И ты должен быть рядом с ней. Как только станет что-нибудь известно, мы тебе немедленно сообщим.
Себастьян колебался. Он изнывал в ожидании информации о брате, но забота о Марианне — его важное неотложное дело.
— Ты уверена?
— Мы никак не можем повлиять на ситуацию. Остается только ждать. Поэтому иди к Марианне.
Джинджер кивнула на дверь кабинета. Себастьян принял решение. Брату он помочь не может, а Марианне может.
— Я приеду завтра.
Завтра, когда его мать не будет так взволнована, он постарается объяснить ей, что Марианна опять вернется в семью. Рано или поздно, но это неизбежно.
Он уже потерял Софи. Он не позволит, чтобы у него отобрали еще одного ребенка. Никому не позволит, даже собственной бывшей жене.
Марианна прислонилась лбом к оконному стеклу. Она смотрела на дома их соседей. Ее соседей, раз Себастьян здесь больше не живет.
Неужели всего пару часов назад они так же подъезжали к дому, сбежав с приема ради «дружеского секса»? Сейчас их мучит неизвестность — жив Кайл или нет, да и сами они едва не погибли по милости какого-то пьяницы.
Жизнь смешивала карты с такой скоростью, что Марианна едва успевала понять, на каком она свете. Может, и для них с Себастьяном все также стремительно обернется к лучшему, если они постараются побольше узнать друг друга, а не тупо возобновить прерванный брак.
Себастьян подъехал к дому. Марианна обняла живот руками и посмотрела на бывшего мужа. Два самых важных человека на свете были рядом с ней. Но как много вопросов осталось неразрешенными…
Нынешнее возвращение домой очень отличалось от их безумного веселья два часа назад, когда они просто взлетели на крыльцо. Тогда Себастьян внес ее в дом как пушинку. Сейчас он тоже подхватил ее, и она снова оценила надежную силу его рук.
Марианна вошла, перехватив Бадди, чтобы он не выскочил наружу. Себастьян затворил дверь. Она посмотрела на него.
— Боюсь, мы не сможем заняться сексом сегодня.
Он спрятал ключи в карман и ответил ей непроницаемым взглядом.
— Тебе надо отдохнуть. Я буду будить тебя каждые два-три часа. Так надо после травмы.
Он сказал об этом так уверенно и просто, что она не знала, как реагировать — благодарить или обижаться.
— Мне неприятно, что из-за меня ты сейчас не с семьей. Ты, должно быть, страшно беспокоишься. И я ни о чем больше думать не могу.
Он склонился к Бадди, почесал его за ухом и что-то шепнул ему, успокаивая пса.
— Я сейчас ничем не способен помочь Кайлу. И Мэтью обещал сразу же позвонить, как только появится информация.
Бадди еще немного покрутился около них и отправился по своим делам. Его когти застучали по деревянному полу.
— Я здесь потому, что считаю это правильным. Ты и ребенок — моя семья.
Искренность его слов подействовала на нее как легкий бриз, разгоняющий туман над морем.
— С ребенком все будет хорошо. Тебе не стоит так сильно беспокоиться.
Он вздернул подбородок. Его мускулы напряглись.
— Я не должен был допустить, чтобы дурное известие о моем брате поставило под угрозу твое здоровье.
Он винил себя? Это было несправедливо, но переубедить его будет трудно.
— Господи, Себастьян, но ты тут ни при чем! Этот тип был просто пьян!
Он взял ее за плечи, его лицо исказила неподдельная боль.
— Я испугался. Я думал, ты можешь погибнуть.
Те же слова он сказал ей девять лет назад, после того как она очнулась после операции. Внезапно она поняла, как он казнил себя все это время. Эхо прошлого мучило его вдвойне. Затянется ли эта рана хоть когда-нибудь? Или он так и будет считать себя виноватым? К черту дистанцию.
Она обняла его за шею, провела большим пальцем по подбородку.
— Себастьян…
Она не знала, что говорить дальше. Но слова и не понадобились. Себастьян наклонился и прильнул к ее губам. Его порыв растрогал ее. Она обнимала его, чтобы растворить всю горечь прошлого, и страсть постепенно охватывала ее тело. Но на этот раз ее взволновало то, как он испугался за ее жизнь. Его тревога возбуждала Марианну сильнее, чем нежное прикосновение его языка.
Он сжал ее затылок, затем его рука скользнула по шее. Другой рукой он обнял ее за спину, и его горячие пальцы воспользовались наконец особенностями ее вечернего платья — он гладил ее по обнаженной коже. Марианна распахнула его пиджак и занялась рубашкой, чтобы поскорее добраться до его груди. Он не отрывался от ее губ. Марианна отвечала не менее горячо — ей был нужен контакт с ним. Хотя бы на физическом уровне, если не получается на другом. Ей ничего не оставалось, как принять их всплеск страсти как неизбежность.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
