Бетти лежала в своей кровати-манеже, сосала палец и беззаботно улыбалась.
— О, солнышко мое! — бросилась к ней Джул, осыпая ее поцелуями. — Ты уже проснулась! Вот умница! Знала бы ты, как я испугалась…
Та пролепетала что-то радостное на своем загадочном языке, который новоиспеченная мамаша далеко не всегда понимала.
Джул ни разу в жизни не испытывала столь острого прилива нежности. Она давно уже создала плотную броню вокруг своего сердца, не позволяя себе никаких сантиментов. Даже в общении с близкими по духу друзьями была сдержанной и никогда не раскрывалась полностью, зорко охраняя свой душевный покой. А вот Бетти удалось сломать этот барьер без всяких усилий. Малышка каким-то образом нашла к сердцу Джул дорожку, став неотъемлемой частью ее жизни и всколыхнув самые глубинные, тщательно запрятанные чувства.
Нагнувшись над кроваткой, Джул почувствовала острый характерный запах.
— О, кроха, да ты мокрая! Давай-ка переоденемся, негоже лежать так, иначе мы обе получим выговор от доктора.
Насчет выговора она, конечно, упомянула в шутку. На самом же деле ее тронуло, что Клифф заботливо дал ей возможность спокойно выспаться, и досадливо покраснела, вспомнив, сколь несправедлива была к нему вечером. Видно, Клифф покладистый и отходчивый, а она полная дуреха, да еще с фанаберией! Какой мужчина простит женщине спесь, снисходительное небрежение и прочие проявления такого рода, разве что святой?
Переодев девочку, Джул спохватилась: пора накормить ее завтраком. Спускаясь по лестнице с Бетти на руках, она лихорадочно соображала, дать ли ей творожок, сварить ли кашку или ограничиться молоком?
Войдя в кухню и увидев там Ардана, Джул от неожиданности так и застыла на пороге.
Оперевшись бедром о посудную мойку, тот с аппетитом ел тост с сыром, запивая его кофе и одновременно читая утреннюю газету. Он был поглощен спортивными новостями и не обратил внимания на вошедших, что дало Джул возможность хорошо его рассмотреть.
Белая сорочка, бордовый галстук, темные брюки — одежда удивительно ладно сидела на нем, подчеркивая чисто мужское в фигуре: широкие плечи, мощный торс и узкие бедра. Светлые волосы аккуратно причесаны, лицо тщательно выбрито. В кухне стоял запах туалетной воды, свежо отдававшей лимоном.
Как несправедливо, подумала она с раздражением уже не в первый раз, что природа наградила такого гордеца и зазнайку столь сногсшибательной внешностью! К красивым мужчинам Джул всегда относилась с подозрением, если честно — подспудно их побаивалась, поэтому и сторонилась. А тут вдруг осознала: как приятно, наверное, у всех на глазах пройтись под ручку с таким кавалером…
Она вся напряглась, когда Ардан поднял голову. На ее изучающий взгляд он ответил тем же: медленно окинул глазами женскую фигуру, но так, будто опалил.
Джул знала, что выглядит ужасно — непричесанная, в мятой, не свежей майке и шортах, в которых проспала ночь: неумытая замарашка и только…
— Доброе утро, — произнес наконец Клифф.
Зардевшись, как школьница, Джул поспешно ответила на приветствие и без паузы сказала:
— Спасибо тебе. Я не заметила, когда ты унес Бетти и дал нам обеим хорошо выспаться.
— Я рад, — ответил он и впервые за время их общения широко, искренне улыбнулся.
Ни у кого не было такой белозубой, добродушной и открытой улыбки, как бы озарявшей лицо. Ее поразил этот эффект еще в школе. Клифф учился уже в выпускном классе и явно проявлял знаки внимания к хорошенькой Мериел Сэвидж, подружке Джул. Они часто ходили на бейсбольные матчи старшеклассников, и после их окончания Мериел неизменно возвращалась с букетом, которым болельщики одаривали знаменитого Клиффа Ардана. Вот тогда-то Джул и отметила про себя, какая удивительная у этого юноши улыбка. Но тогда она предназначалась вовсе не ей, сейчас же… У нее даже зашумело в голове. В сущности Джул знала его не очень хорошо, скорее со слов острой на язык насмешницы Мериел, не щадившей своих поклонников и любившей награждать их разными кличками. За глаза она звала Клиффа не иначе как Зануда. За неизменную аккуратность, точность — тот никогда и никуда не опаздывал, не прогуливал уроков и не поощрял за это Мериел. Скорее всего, он просто раньше других повзрослел, чего никто еще не понимал.
И тут Джул сделала для себя ошеломляющее открытие: не может быть занудой мужчина, способный так юношески светло и ясно улыбаться!
Клифф не спеша свернул газету и тоном, вернувшим ее с небес на землю, спросил:
— Когда придет няня?
Джул взглянула на часы — было почти восемь.
— Где-то через час.
— Хорошо, — удовлетворенно кивнул он и посмотрел на малышку. — По-моему, Бетти уже лучше. В шесть я померил ей температуру — нормальная. Думаю, все обойдется, можешь не волноваться.
— Если что, я позвоню, можно?
— Конечно, позвони… В любом случае позвони, или я сделаю это сам, а то не пробьешься: у нас вечно занято.
— Ладно…
Теперь они молча стояли друг против друга. Джул машинально водила босыми пальцами по кафельному полу, чувствуя неловкость. Они уже пять минут в одной комнате и до сих пор не повздорили. Она не могла бы точно сформулировать, но поняла: в их отношениях с Арданом что-то определенно изменилось.
Клифф кашлянул, затем произнес почти с сожалением:
— Кажется, мне уже пора.
Он ополоснул свою чашку и поставил в сушилку. Остатки завтрака аккуратно выбросил в мусорное ведро, туда же полетела просмотренная газета. И все это он проделал привычно, легко, словно играючи. Джул наблюдала за ним широко раскрытыми глазами. Она была озадачена своим совершенно новым восприятием этого человека…
За годы юности практически не было случая, чтобы они не поцапались, оказавшись в одной компании, поэтому Джул старательно избегала бывать там, куда ее тащила за собой Мериел. Но все же в кино они чаще всего ходили втроем, только потом домой ей приходилось возвращаться одной, из-за чего было обидно и не очень весело… Вспомнив сейчас столь выразительную подробность, Джул усмехнулась: кто бы мог подумать, что через столько лет и всяких событий судьба наведет между ними мост, по которому, похоже, они оба теперь осторожно ступают. Скорее даже не мост, а всего лишь шаткий мосток…
Клифф взял пиджак, висевший на спинке стула, и направился к двери. Джул чуть отступила, давая ему дорогу, и сразу уловила запах мужского одеколона. Ей захотелось погладить его по гладко выбритой щеке, заглянуть ему в глаза. Еще мгновение, и Джул не удержалась бы. Но тут Клифф сам протянул к ней руку, заставив замереть, затаив дыхание. Однако в следующий момент ее постигло разочарование, смешанное, правда, с облегчением: Клифф ласково потрепал по головке не Джул, а маленькую Бетти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
