можно открывать, забрав с собой ноутбук, вернулся на веранду, где вся наша компания приготовилась меня выслушивать. Я добросовестно рассказал все, что поведал мне пакистанский любитель чужих гаджетов и привел доводы о том что в полиции может быть у заказчика свой человек. Сначала все погрузились в молчание, минут на пять-семь, прерываемое только постукиванием кофейных чашек о стол, потом дедушка предложил высказывать свои мысли, начав с себя.
— Я согласен с внуком, — неожиданно для меня заявил он, — нельзя передавать налетчиков в полицию Кадиса, сто процентов, что это сразу станет известно заказчику. Надо поступить по-другому, — он сделал паузу на несколько секунд, потом продолжил, — задержанных нужно «подвести» к тому, что лучшее для них — это рвать отсюда во все лопатки, спасая свою жизнь. Тем более, что они получили задаток, который придется возвращать, а часть, полученных денег они уже потратили.
«Интересная информация, выходит Abuelo Vlad, успел допросить кого-то из бандитов, — задумался я, — причем результативно допросить». Вслух я ничего озвучивать не стал если надо дедушка сам все расскажет.
— Давайте обобщим то, что мы имеем «на сейчас», — продолжил дедушка, — есть Полтавский, он сейчас в больнице, без сознания. В его смартфоне нашлась интересная информация, за которой охотятся его побратимы, причем информация наводит на мысль, что поиски связаны с немалыми ценностями. Есть координаты острова в Карибском море, и слова майора об Аргентине. Фото тех мест, кстати, можно попробовать проверить на геолокацию. Дальше, мы имеем «засланца», вещи которого до сих пор в номере, я имею в виду постояльца, ранившего Полтавского. Как его зовут Марк?
— Владимир Мерзкий, — вспомнил я данные «побратима», — фамилия ему очень подходит, он такой и есть — мерзкий.
— Блин, что-то знакомое. Ладно, покопаемся в интернете, может и найдем его, — дедушка пожал плечами, — есть «Одноглазый», которого боится Полтавский, о нем нам ничего не известно, только то, что он общается с Мерзким. И есть «товарищ» из правительства, который тоже на фото вместе с этим шустрым побратимом. Мы, также имеем «Заказчика», его описание надо «вытряхнуть» из пакистанцев, не исключено, что это «Одноглазый» или «Член правительства».
— Согласен, бандюки должны «исчезнуть», — неожиданно жестко выразился Липский, — совсем или на время — не важно, главное, чтобы о них ничего не было известно нашему таинственному «Заказчику». Они должны «свалить в туман» и надолго, точнее — навсегда. Правильно я думаю, Саныч?
— Абсолютно, — подтвердил Владимир Александрович, — какие мысли у кого, compañeros?
Никто из нашей компании не успел отреагировать на слова дедушки, потому что из моего кармана снова раздались крики чаек, звонили с того же неопознанного номера, который меня «домогался» с самого утра.
— Ну что дружище, как ночь прошла? — чуть слышный голос показался мне знакомым, — у вас все нормально?
Глава 7
— Нормально, — я не мог понять, кто мне позвонил, поэтому ответил как мог более нейтрально, — Кто это?
— Это Сергей… — говоривший смолк на несколько секунд, потом продолжил, — Иванчук. Узнал?
— А-а-а, да, конечно, — я прижал трубку и сказал для всех, — это Иванчук, которого «акула покусала».
— Ты не один? — забеспокоился Иванчук, — тебе неудобно говорить?
— Как раз удобно, — заверил я собеседника, — здесь все мои товарищи собрались, вы не возражаете, если я сейчас включу громкую связь, чтобы всем было понятно?
— Кто там? — голос Иванчука стал тише, — ты всем доверяешь?
— Дедушка и наши оперативники, мы вместе этой ночью отбивались от бандитов, — ответил я уверенно, — спасибо, что предупредили.
— Хорошо. Можешь включить на «громкую», только чтобы на улице слышно не было, — Иванчук закашлялся, — и еще, я долго говорить не буду, не очень удобно. Вашим отелем заинтересовались «большие люди» из бывших верхов окраины. Не доверяйте никому из пришлых, не обращайтесь в полицию. Если можете, заберите меня из больницы, я буду полезен. Поинтересуйтесь «Золотом окраины», поднимите всю информацию, что сможете найти, вплоть до разных баек. Это может быть очень интересно. Я в пятьсот третьей палате хирургии в Кадисе… — он запнулся, — все, закругляюсь, ко мне идут.
— Так, становится еще веселее, — Липский, глядя на меня, достал свой телефон, — я так понял, что это еще один ваш постоялец, который предупредил насчет нападения?
— Да, — подтвердил дедушка, — это мужик, которого на пляже кто-то пытался убить.
— Мне нужна машина, Липский поднялся и глянул на меня, — Можно взять вашу?
— Ты хочешь его забрать сюда? — дедушка тоже поднялся со своего места, — может немного позже, когда с «Заказчиком» разберемся?
— Я сейчас еду в Кадис, — Липский ответил уже в дверях, — думаю, что забрать раненого надо как можно быстрее. Мигель, ты остаешься здесь. Кстати, посмотрите, как там наши «паки».
— Хорошо, возьми ключи под стойкой ресепшн, — дедушка кивнул Михалычу и пошел в подвал.
Липский нашел ключи и пошел открывать ворота, заодно набрал чей-то номер. Разговор был короткий, собровец попросил подогнать его джип к больнице, сказал, что сам сейчас подъедет. Анечка ушла к девочкам, пообщаться с Машуней, как она называла мою сестру. Нам с Мигелем ничего не оставалось делать, как пойти в подвал следом за дедушкой. Когда мы спустились, тот уже был кладовой, и разматывал скотч на лысой голове связанного автоматчика.
— Ассаламу алейкум Мирза, — заговорил дедушка, — Кья хаал хей? [1]
— Ва алейкум ассалам Владимир джан, — уважительно ответил автоматчик, — шукрия, ача, [2]
— Маф, пани дедо, — с просьбой в голосе добавил он. [3]
[1] Добрый день Мирза. Как дела? (урду).
[2] Добрый день уважаемый Владимир. Спасибо, хорошо (урду).
[3] Извините, дайте воды (урду).
Я ничего не понимал о чем они говорили, но мне стало очевидно, что мой дедушка не просто интересный, а весьма и весьма интересный человек.
— Дай ему попить, — попросил меня дедушка.
Пакистанец жадно приник к кружке с водой, которую я принес и напившись, о чем-то еще спросил Владимира Александровича, тот нахмурился и отрывисто кинул пленнику: — Бас! [4]
Пакистанец быстро проговорил несколько фраз, судя по интонации, он не просил, а что-то рассказывал. Дедушка задал налетчику пару вопросов, а потом внимательно слушал, иногда переспрашивая: «Най самаджта?» [5] Мирза повторял сказанное, добавляя испанские или английские слова, дедушка кивал головой: «Ме самадж гия». [6] Так они общались минут десять-пятнадцать.
— Хараб, — [7] нахмурясь, закончил разговор дедушка.
[4] Хватит! (урду).
[5] Не понимаю? (урду).
[6] Я тебя понял (урду).
[7] Плохо (урду).
— Мигель, — обратился он к испанцу, — упакуй ему рот заново, чтобы не болтал ничего лишнего.
Помощник Липского остался с этим пакистанцем, а мы пошли в следующую «камеру», там дедушка продолжился допрос. Но, похоже, ничего нового не услышал и снова завязал пленнику
