ступени.
Взмокший, он перевалил тяжеленный рюкзак через парапет крыши и, отсалютовав Бурцеву, исчез из виду.
— Птичка в гнезде, — доложил Бурцев в рацию. Подпрыгнул и зацепил трос за нижнюю ступень.
— Хорошо, Бур, возвращайся в корпус, — отозвался командир.
Т-134 развернулся и бесшумно направился к административному корпусу, вырвав кусок лестницы из стены.
Ася огляделся на крыше. Она была плоской, за исключением небольшой пристройки в середине. Парапет был невысоким, сантиметров двадцать, с небольшими окнами ливневки. Обзор и защищенность, хмыкнул Борис, укладываясь. Он выставил удлиненный ствол автомата и принялся осматривать окрестности…
Носов и Ключевский укрепляли стены в уцелевшем жилом корпусе, накидывая мешки с песком, обнаруженные во внутреннем дворе.
— Хорошо, что бандосы знают про современные методы обороны и используют передовые технологии, — сказал Ключевский. — А то нам с тобой самим бы еще и мешки набивать пришлось.
— Это точно, — согласился Носов. — Осталось эту комнату обустроить, и все. Тут один хрен серьезной обороны не получится. Пара выстрелов из танка, и домик сложится. Вряд ли этот корпус прочнее. А так две полноценные огневые точки мы собрали. Все, кто из «зеленки» повалит, считай, под перекрестным огнем.
— Внимание, — послышался голос Никулина. — Постоянное воздушное прикрытие переходит в режим периодического патрулирования в связи с ухудшением погодных условий и возросшей силой ветра. Потому будьте бдительны. Через пару минут прибудет специалист.
— Вот суки, — сказал Носов, набрасывая очередной мешок с песком. — Беспилотники они потерять боятся, а на нас по фигу.
— Да ладно, — не поддержал друга Фил. — Мы здесь и так нормально прикрыты. По нормативам периодическое патрулирование раз в пятнадцать минут. Значит, никто не успеет подлезть. Да и спец на вертушке не в окружении же добрых фей явится.
Они уселись на пару мешков друг напротив друга.
— Командир, мы закончили, — сказал Ключевский в усик рации.
Носов знаками показывал, мол, подожди, не докладывай.
— Хорошо, парни. Организуйте поочередное наблюдение. — Ухо показал Сергею кулак… — Можете пообедать, — услышали они окончание ответа.
Носов, не веря своим ушам, вскочил от радости и начал быстро потрошить содержимое рюкзака.
— Вот это охеренчик! — закричал он. — Давай, Серега, жрать.
Послышался стрекот винтов. Носов напрягся. Но Ключевский, спокойно достававший из рюкзака консервы, успокоил:
— Не боись, это спец летит. Нас теперь точно никто трогать не будет, можем не торопясь насладиться обедом.
Вертолет величественно завис над внутренним двором, разбрасывая нисходящими потоками мусор, и медленно сошел с неба, коснувшись земли. Из него вышли двое солдат, держащих наготове автоматы, офицер и человек в штатском.
Горы
— …Молчи, она ведь может услышать.
Эти слова, произнесенные шепотом, сквозь сон достигли сознания Виктории. Она открыла глаза. Долго пыталась понять, не сон ли это. Но потом вспомнила поступок, на который решилась, и ощущение страха, усиленное еще не слетевшим с глаз царством Морфея, вновь вернулось. У двери стояли Муртаз и Хамид.
— Ты проснулась? — Забота Муртаза показалась ей какой-то показной, ненастоящей, а может, и вправду так оно и есть. Понять довольно трудно. Она слегка потянулась и ответила:
— Даже не заметила, как уснула…
Муртаз подошел к ней.
— Надеюсь, хорошо спала, выспалась? — Ощущение, что Муртаз пытается выяснить, не слышала ли она, о чем они тут шептались. Он заглянул в глаза.
— Я, видно, так устала, что совсем отключилась. — Виктория выдавила улыбку. — Как будто провалилась в темную пещеру, в которой ничего не видно и не слышно…
Муртаз удовлетворенно кивнул.
— Хорошо. У нас немного изменились планы. Погода портится, потому нам надо поторопиться.
— Не понимаю, как это связано, — вскинула брови девушка.
— При ухудшении погодных условий беспилотники переходят на режим патрулирования, а не постоянного присутствия в заданных районах. В общем, можем сейчас пересечь границу оцепленной территории.
Виктория поднялась, старый стул оскорблено скрипнул, а девушка с удивлением обнаружила на себе старое одеяло, пропахшее сыростью, которое тут же упало на пол.
— То есть нам надо идти? — спросила она.
— Через три минуты над нами пройдет дрон, и мы быстро двинемся к границе, — ответил Муртаз.
Виктории чудился какой-то заговор. То, что говорил Муртаз, наверняка было военной тайной, в которую простые смертные не должны быть посвящены. Откуда он про это знает? Режим патрулирования, постоянное присутствие. И это ведь не про армейскую часть постоянного базирования. Речь о только созданной, секретной военной базе, являющейся плацдармом для самой масштабной за последние годы операции! Ведь понятно, что все, что говорится вслух, лишь легенда для массовых ушей, в которой правды кот наплакал. Чтобы обладать разведданными, нужно долгое наблюдение, а здесь о нем речи идти не могло. Стало быть, кто-то сливал информацию. Но кому, зачем и насколько достоверную? Из каких источников знает обо всем Муртаз? Ответов у Виктории не было. Все это явно отдавало гнилью, но уличать было некого и особо не в чем. Ведь, в конце концов, слова Муртаза могли оказаться плодом его собственного воображения. Хотя журналистское чутье девушки подсказывало обратное. Она поднялась и прошла к маленькому умывальнику с закопченным зеркалом. Протерла зеркало и посмотрела на себя. Смазанная тушь, бледные губы и заспанное лицо.
— Ну и красавица, — прошептала Виктория самой себе. — Кому такая нужна?
— Вика, — окликнул ее Муртаз, — пора.
Хамид открыл дверь, и они вышли в потемневший от набежавших туч лес. В кронах запевал ветер, а с неба прилетали редкие капельки влаги.
— Неужели мы просто перейдем границу оцепления, и все? — спросила Виктория.
— Здесь довольно символическое оцепление, — ответил Муртаз. — Этот клочок леса имеет природную ограду в виде горной цепи, к подножию которой мы подойдем, как только минуем границу. Русские справедливо считают, что спуститься оттуда нельзя. Разве что упасть…
— А нам что, взлетать придется?
— Все немного проще. И в то же время сложней. В этих горах довольно развитая сеть подземных тоннелей. И один ведет как раз наверх…
— А почему тогда бандиты не воспользуются им и не сбегут оттуда?
Муртаз нахмурился, а в разговор неожиданно вклинился Хамид.
— Потому что трусов там нет, — сказал он. — Они готовы принять бой.
