красным победу? И красные, и белые сходятся в том, что поражение белых под Ином было чисто случайным. Случай, перемена боевого счастья, если быть фаталистом и не принимать в расчет промахов белого командования, помешали разыграться на Ине очередной катастрофе красных, а эта катастрофа была бы обязательна, если бы… Тут начинаются «если». Этих «если» оказывается немало, но из всех этих «если» только одно ставит результаты боя в зависимость от красных. Это – действия команды красного бронепоезда № 8. Но один бронепоезд не мог, не должен был решить судьбы всего боя, а потому не в красных центр тяжести, давшей им победу. Я. Покус своими словами достаточно ясно это подтверждает. Если не в красных дело, так, следовательно, в самих белых лежали причины, приведшие их к поражению. Что же именно привело их к тому? Где лежит ключ к правильному уразумению произошедшего?
Причины, из которых каждая в отдельности, а тем паче в той или иной комбинации друг с другом, могли привести белых к поражению под Ином, являются следующими: 1) неправильность действий белоповстанческих сил в период, предшествовавший бою 28 декабря, то есть за время с 23 по 28 декабря; 2) ошибки, допущенные белым командованием, в ведении боя 28 декабря: неправильная постановка заданий частям, неправильная организация наступления частей, те или иные, независевшие или непредвиденные, случайности в самом течении боя.
Как должны были протекать и как протекали действия белоповстанцев с 23 по 28 декабря? После решительной победы белых 23 декабря под Владимировкой – Покровкой, давшей, кроме значительной боевой материальной части и иного имущества, до 300 человек пленных, в том числе командира одного из полков красных (комполка 6-го – тов. Нельсон-Гирст), белые должны были использовать достигнутый успех путем энергичного преследования разбитого противника. Приказ генерала Молчанова от 16 часов 23 декабря № 0270/оп ставил 5-й колонне атаку ст. Волочаевка на заре 24-го и захват ст. Ин 26 или 27 декабря. Это задание есть задание энергичного преследования, оно требовало ночного марша из Покровки к Волочаевке. Полковник Ефимов считает, «что лучшим временем для захвата Волочаевки было время перед рассветом, то есть нападение на расстроенного и морально подавленного врага ночью. Темнота только содействует возможности бить такого врага. Для удара по Волочаевке в 6 часов (когда зимой еще темно) белые должны были выступить из Покровки за десять часов, то есть около 20 часов 23 декабря, а авангард для занятия д. Дежневка до подхода главных сил должен был выступить из Покровки за 2–3 часа до выступления главных сил, значит, около 17–18 часов 23 декабря. В таком случае части белых, остановившиеся на привал в Покровке около 13 часов 23 декабря, имели бы отдых в 5–7 часов и настигли бы красных еще в дезорганизованном, небоеспособном виде, а сами были бы отдохнувшими. Красный бронепоезд, после захвата белыми стольких орудий в Покровке, не становился опасным, а ночью, боясь быть отрезанным, невольно жался б назад». Однако генерал Сахаров пренебрег данными выгодами движения и боя и, ссылаясь на усталость частей, остался в Покровке до 8 часов 24 декабря. Между тем в первой книге «Белоповстанцы» автор высказал мысль, ставящую под вопрос «чрезмерную утомленность» белых частей, ввиду шестичасового шатания чинов белоповстанческих полков по станции и эшелонам. Автором также высказывалась мысль о возможном выдвижении белых частей из Покровки в Дежневку еще днем 23 декабря. Относительно последнего полковник Ефимов говорит: «В данном случае, мне кажется, автор высказывает свое личное мнение или мнение чинов своего дивизиона, основанное на том огромном подъеме, который царил у артиллеристов-глудкинцев после захвата пушек и чудесного превращения из пехоты в артиллерийскую часть, да еще с чудными, красивыми запряжками двух орудий. Всем им хотелось стрелять, разить, преследовать, они не чувствовали усталости. С размаху обстреляли у Покровки воткинцев. Понятно становится, отчего они все не раздевались и ждали приказа идти дальше за разбитым врагом. Но факт грабежа эшелонов остается фактом. Надо было привести части в порядок, дать небольшой отдых и в порядке направить их для преследования». Из всего приведенного выше, во всяком случае, явствует, что ночной марш из Покровки на Волочаевку не был преждевременным. Остановка белых в Покровке до утра 24 декабря лишила их всех преимуществ и позволила красным увести с Волочаевки все эшелоны и войска. Как же произошло дальнейшее? Генерал Сахаров не торопился. Поволжская бригада имела две полные дневки – 25 и 26 декабря в Волочаевке и тем не менее: «Полуказармы от раз. Ольгохта к ст. Ин были набиты обозниками и отсталыми. Особенно много порастерял своих чинов 1-й Волжский стрелковый полк, и, по некоторым сведениям, к будке 371-й версты подтянулось из этого полка всего около ста бойцов…» 1-я стрелковая бригада 26 декабря, не задерживаемая противником, в шесть часов (с 16 до 22 часов) прошла от Волочаевки до Ольгохты, покрыв 25 верст. Остаток ночи и день 27 декабря она простояла на месте, получив, таким образом, как бы вторую дневку (с 22 часов 26 до 17 часов 27 декабря). При дальнейшем движении ее, в ночь с 27 на 28 декабря, бригада встречает усиленное сопротивление бронепоезда, и двадцать верст – расстояние от Ольгохты до полуказармы 371-й версты – она проходит в 11 часов. Итак, за пять с лишним дней «неотступного» преследования противника белые прошли всего 90 верст. Преследование ли это? Конечно нет.
Подводя итоги преследования, следует отметить, что задержка в Волочаевке и плохая дисциплина (порядок) походного движения имели более важное значение для исхода преследования, нежели излишне продолжительный отдых в Покровке.
Теперь второй вопрос: как велся бой 28 декабря? Я. Покус говорит: «Белые потерпели поражение из-за несогласованности действий своих групп, результатом чего явилась полная разновременность атак и поражение по частям». Этого показания достаточно – руководство белыми частями под Ином 28 декабря было из рук вон плохо. Как же? Ведь во главе белых стоял доблестный и храбрый генерал? Да, но… Военная масса очень чутка к тому, как ею руководят. Излишние дерганья, непорядки, отмены приказов, колебания незаметно, но неизменно доходят до сознания и младших начальников, и рядовых бойцов. Части, которые должны победить и победят при одном начальнике, терпят поражение при тех же обстоятельствах, если ими командует другой начальник, которому не верят или которого мало знают. Под Ином произошло следующее: волжане верили генералу Сахарову и пошли на станцию и атаковали ее. 1-я бригада с ее начальниками, видимо, не совсем доверяла или относилась весьма осторожно к распоряжениям генерала Сахарова и стремилась затянуть исполнение
