остановились.
- Ставим растяжки, - приказал Чёрт Станов. - Но не перестарайтесь. У нас боезапас не вечен, поэтому пяток гранат достаточно. Главная задача: не уничтожить врага, а замедлить его погоню за нами. Потом ещё пару раз повторим этот трюк, чтобы харкам жизнь мёдом не казалась.
Как только мы поставили смертоносные ловушки, лейтенант выдала в прямой эфир всю необходимую информацию о группировке тварей. После этого пришлось бежать. Несмотря на тяжесть боеприпасов, особой усталости не ощущаю. Видимо, адреналин подстёгивает организм, да и наумб, наверное, не остался в стороне. О! Про него совсем забыл!
- Чах, ты можешь отследить территорию?
- Давно отслеживаю.
- А чего молчишь?
- Далеко ещё гоблины. Но много. Почти половину отряда послали вдогонку. Нервничают сильно, не зная, сколько бойцов в ваших гипотетических основных силах. - А к железной дороге не рыпнулись?
- Не. Хотят всех разом накрыть, поэтому неподалёку от подбитого паровозика ждать будут.
- Откуда знаешь?
- Наумб я или не наумб? Жалким харкам с моими возможностями не сравниться!
Командиры гоблинов оказались не дураками, и вскоре наша группа медленно стала идти в ловушку. Тем более, что мы особо и не маскировались, оставляя за собой следы, которые увидит даже слепой.
Чах постоянно отслеживал перемещение врага, а я, ссылаясь на озарение, докладывал обстановку инструкторам. Так что мы спокойно дали почти окружить себя, а потом тихонечко улизнули. Подобное повторилось ещё несколько раз. Единственный минус в этой лесной прогулке, что стали уставать. Уже четыре с половиной часа под тяжестью боеприпасов топаем, а то и бежим.
На шестом часе пришлось сделать привал, так как языки уже у всех на плечах. Даже прапор с лейтенантом тяжело дышат. Быстро перекусив и поставив ещё несколько растяжек, с оханьем поднялись, продолжив игру в “кошки-мышки”. Делать это становится всё труднее с каждым часом. Даже впотьмах не останавливаемся. А харки обкладывают по полной программе. Всё меньше коридоров для выхода из окружения, даже при помощи Чаха.
Утром стало понятно, что вскоре придётся принять бой. Усталость зашкаливает и нет возможности маневрировать так же быстро, как и раньше. Короткое, но громкое слово “Чёрт” прозвучало в наушниках, как глас Божий.
- К эшелону! - прохрипел Станов. - Скоро всё закончится! Терпите, бойцы!
Окрылённые ломанулись по лесу бешеными лосями. Через час были около перевёрнутых вагонов и без сил повалились на землю.
- Где этот грёбаный бронепоезд? - почти простонала Зоя. - Я уже готова сдохнуть и без гоблинского участия.
- Будет через двадцать минут примерно, - пояснил я, прислушиваясь к докладу наумба.- А зелёные явятся через десять минут.
- Нормально, - довольно произнесла лейтенант. - Занимаем оборону в вагонах.
- А не разнесут их из пушек? - спросил Лёха Старостин.
- Потреплют, но не сильно. Не думаю, что харки с тяжёлой артиллерией за нами по лесу носились. Но всё равно не расслабляйтесь. Гранатки у них хоть и хиленькие, но осколок в башке никому здоровья не прибавит. Хватит болтать. По вагонам. Мальчики окучивают правую сторону, а девочки левую. И последнее… Кого убьют на глаза мне лучше не показывайтесь! Убью ещё раз!
Под это весёлое напутствие мы все полезли в эшелон.
Глава 7
Харки не заставили себя долго ждать, явившись строго по расписанию. Вот первые из них осторожно выползли из-под защиты деревьев. Постояли на полусогнутых, опасливо водя стволами из стороны в сторону. Потом дали отмашку, и плотная цепь гоблинов появилась из леса.
Через оптический прицел выискиваю офицеров в смешных треуголках. Таких аж пятеро. Замедляю время и быстро разношу их головы тяжёлыми винтовочными пулями. Потом начинаю стрелять по самым бойким, пытающимся добежать первыми до эшелона. Практически одновременно со мной стали палить все наши. Неся серьёзные потери, противник отступил.
Правда, успокаиваться на этом не стал. В стены вагона роем рассерженных ос начали впиваться пули, пытаясь пробить железо и разнося в мелкие осколки остатки стёкол. Упав на пол, прикрыл голову руками, прислушиваясь к происходящему. Стрельба стихает, значит, стоит ждать новой атаки.
Быстро перебираюсь к другому окну и, высовываясь, разряжаю винтовку по движущимся целям. Опять перебежка к новому окну. Снова, как в тире, убираю гоблинов и возвращаюсь на первую свою позицию. Курсанты и оба инструктора тоже не сидят сложа руки. Быстрый мониторинг обстановки показал, что ребята покрошили зелёных основательно, так и не дав им шанса добраться до вагонов, которые опять подверглись серьёзному обстрелу.
Понятно. Твари перегруппировываются, заменяя потрёпанных нами бойцов на свеженьких. Пусть. Сейчас каждая секунда играет в пользу людей.
- Там с торца поезда отряд харков прошёл, - ожил Чах. - Хотят закрепиться и подтянуть к себе основные силы.
- Напугай их, - приказал я. - А ещё лучше порви на куски.
- Я тогда опять стану слабым. Может, сам сделаешь? Мои возможности стоит приберечь до критического момента.
Разочарованно плюнув, включил ускорение и стал пробираться в хвост эшелона, предупредив о своей смене позиции по рации. Мониторящий происходящее Чах объявил, что двадцать гоблинов уже прошли раздолбанный товарный вагон с консервами. Плохо дело. Скоро всем нашим придётся отвлечься на внутреннюю угрозу, значительно ослабив внешнюю оборону.
Всё! В следующем вагоне должны быть зелёные, если наумб не ошибся. Серпом срезаю петли заклинившей двери, отодвигаю её полотно немного в сторону и кидаю три гранаты одну за другой. Взрывы резко бьют по барабанным перепонкам. Хорошо, что предусмотрительно открыл рот, а то бы в замкнутом пространстве и шлем не спас от лёгкой контузии.
Но и харкам должно было достаться не хило. Врываюсь
