полюбляю.
Прямо у нас над головой на ветке исполинского дерева сидел маленький сухонький дедуля, весь какой-то взъерошенный, встопорщенный, как еловая шишка.
– Из сладенького – только фрукты сушёные, – подойдёт? – спросила я.
– А чаво ж не подойдёт – давай, – без сантиментов скомандовал дед.
Я щедро отсыпала из мешочка на пенёк.
– Слыхивал я про тебя, да и про подружку твою тоже, – Гора сказывал. Сперва сильно гневался, когда она там поселилась, ненашенская же, (Фета хмыкнула, видимо оживляя в памяти воспоминания о трениях с хозяином гор) а потом присмотрелся – вроде ничо девка, не пакостливая, да и успокоился. Чего звала-то?
– Да, нам бы разузнать, что там нынче в столице происходит, какая обстановка.
– Я много не знаю, только то, что господин ваш лютует. Совсем из ума выжил. Натащил себе советников из-за гор, того и гляди, всё, что веками строилось ломать начнёт. Поспешать надо, а то вконец себя потерять может. Ещё, вроде как , сговорились они с забугорной прынцессой жаниться. А ващще, я за вас одрадскому хозяину шепну, он на границе встретит и всё подробнее обскажет. Винца, токма, ему оставьте – уважает он винцо-то. – Дед нетерпеливо заёрзал на своём насесте, – Ну это, спасибо за угощение, – топайте.
Мы в темпе поскидали манатки, и, ещё раз поблагодарив дедка, пошли дальше, радуясь тому, что потихоньку начинаем обрастать союзниками.
На следующий день к обеду вышли к реке. Надо было искать место для переправы. Усадив Фету дожидаться полезной информации, я, сняв для удобства сапоги, полезла на дерево, чтобы с высоты рассмотреть преграду. Основная сложность состояла в том, что, кроме нас, попасть на тот берег предстояло и Рысе, так что "вброд" отпадает – не дай бог не справится с течением. Это мы можем, например, перемещаться на четвереньках, лицом к набегающему потоку, упираясь носками в неровности на дне, или помогая шестом. И то, с трудом представляю, как это делать в сапогах. А кошке в этом случае – вообще тупо вплавь. Опасно.
–Та-ак, – я внимательно обозревала реку и ворошила в памяти информацию, полученную из своего туристического опыта, – Самые мелкие места находятся в самых широких местах реки, и наоборот – наибольшие глубины и скорости течения встречаются в сужениях русла.
Ниже по течению, чуть левее нашей стоянки, я разглядела место, где река разделялась островками на несколько рукавов. Там же, мне показалось, бликовали выступающие над водой камни. Похоже, это то, что нам нужно, – в идеальном раскладе и самим не придётся мокнуть. Надо спускаться и внимательно рассмотреть.
– Ну что, орлы мои, точнее орлицы, – спрыгивая с дерева, обратилась я к своим спутницам, – идём ещё немного вниз по течению. Скорее всего, там самое удачное место для предстоящих манёвров, если мы желаем избежать некомфортных водных процедур.
Добравшись до нужного участка, внимательно обследовали берег. Камни, как и предполагалось, оказались на месте. Фета, кажется, вообще прямо сейчас готова была приступить к переправе.
– Нет, подружка, придётся подождать. Сейчас слишком много воды. – пришлось охладить её энтузиазм.
Если я ничего не путаю, сейчас самое неудачное время. Меньше всего воды в реке должно быть в 4-8 часов утра, больше в 13-17 часов.
– Так что – завершила я свою лекцию по экстремальному туризму, – ждём. Лучше день потерять, чем потом отлавливать друг друга в холодной воде. Я за хворостом.
– А мне что тогда сейчас делать? – вопросила ведьмочка.
– Копай.
– В смысле?
Рысь с понимающим видом устремилась в лес.
К моменту возвращения нашей кормилицы, мы, высунув языки, в четыре руки всё ещё колупали дёрн, изрядно запыхавшись. Охотница, положив добытую птичку на землю, скептически наблюдала за нашими потугами. Потом вздохнув, и разве только не покачав головой и не прикрыв глаза лапой, моя язва с видом "ну как всегда, всё приходится делать самой" подошла и доработала ямку нужного размера. Слава всевышнему, листья в этот раз искать не пришлось. Всё-таки они давали специфический привкус. Но теперь у нас уже была альтернатива.
Мы сидели у костра, лопая ужин и, смеясь, вспоминали, как я озадачила ведьмочку на создание так называемой "фольги".
В один из дней после обеда гуляли втроём по лесу и прикидывали детали нашего будущего похода. Воспоминания о нашем с кошкой пути сюда и мысли о предстоящей переправе через реку натолкнули меня на две идеи сразу.
– Фет, а ещё нам нужны будут тонкая, но очень прочная верёвка, чтобы места мало занимала и весила не много, а человека удержать могла, и такая специальная бумага, чтобы с одной стороны не промокала, а с другой – не горела.
– Ты сама-то поняла, что сейчас сказала? – Фета встала, как вкопаная.
– Абсолютно, – тоже остановилась я, – нам нужна фольга.
– У меня от твоих идей голова кругом идёт. Это то есть, говоришь, совместить заклинания несгораемости с непромокаемостью… м-м-м, нереально… м-м-м, а если это вот сюда, а потом вот так… нет… да… – забыв про наше существование, моя гениальная подружка углубилась в решение очередной "невыполнимой" задачки и металась по поляне хаотично, как броуновская частица, пожёвывая губы и натыкаясь на деревья.
– И тут Остапа понесло, – констатировала я Рысе, и потащила вяло сопротивляющуюся подругу в дом.
Так что теперь процесс приготовления дичи значительно упростился, а конечный продукт "усочнился". К тому же, нахимиченная Фетой приличного размера портянка со свойствами фольги была многоразовой и прочной, – das ist fantastisch . Надо будет потом ещё покумекать над палаткой и, чёрт возьми, пластырем, – всё-таки мы обе порастёрли ноги. Понятно, что первые дни пути всегда так, но надо с этим что-то делать. Всё, отбой, – завтра очень ранний подъём и не менее напряжённый день. Я поёжилась при мысле о переправе и полезла под тёплое пузо кошки.
К утру вода спала, камни хорошо оголились, но всё равно было страшно. Пошарив по округе, нашли две двухметровых, относительно ровных палки и проверили на прочность, – будут либо опорой, либо шестом для балансировки. Я шла первой. Достали тонкую, укреплённую Фетой до прочности каната верёвку, обмотали ею меня вокруг пояса. Другой конец, страхуя меня, потихоньку будет "травить" ведьма, для надёжности перехлестнув её вокруг дерева, растущего возле воды.
Еще раз внимательно всё осмотрев и наметив свой будущий путь, я ступила на первый камень. Выдохнула, успокаивая нервы и двинула вперёд. Перед каждым прыжком тыкала следующий камень шестом, проверяя, насколько прочно он лежит на дне, и давала отмашку Фете, чтобы она не забыла стравить верёвку. Где-то на трети пройденного пути, намеченный мною камень, вроде казавшийся надёжным, закачался у меня под ногами,
