Читаем без скачивания Костры на алтарях - Вадим Панов

– Майор, вы представляете, что будет твориться на дорогах?

– Я догадываюсь, господин генерал. К сожалению, у меня нет выхода. Операция под угрозой.

Возможно, окажись на директиве 1224 только подпись Аль-Кади, Амин бы потянул время, вызвал бы шефа, уточнил, следует ли выполнять странный приказ майора, но печать султана сделала свое дело.

– От десяти до двадцати минут, – коротко произнес генерал. – Некоторые дороги раньше, некоторые позже. Запрет на полеты начнет действовать немедленно.

– Спасибо, господин генерал.

Но Амин уже отключился.

Хамад прекрасно понимал, что будет твориться на дорогах. Если события пойдут по самому плохому сценарию, то Северные Альпы скуют многокилометровые пробки. Недовольные граждане, возмущенные профсоюзы, воющие предприниматели – и вся ответственность ляжет на него, на майора Аль-Гамби. Но третий пост до сих пор не вышел на связь! А за книгу Хамад отвечал перед самим султаном. Так что граждане могут потерпеть.

Майор открыл канал связи с полицейскими:

– Внимание всем! Приказываю начать движение в сторону дома! Повторяю: немедленно выйти к ограде дома! Во двор не входить! Занять позиции по периметру!

Чтобы добраться до цели, Дорадо потребовалось шесть минут. Вилла находилась всего в нескольких километрах от деревушки, и мощный «Ауди» шутя преодолел детское расстояние.

Действуя точно по плану Кодацци, Вим оставил машину на узкой лесной дороге и последние четыреста метров прошел пешком, легко находя указанные посредником ориентиры: большой, покрытый мхом камень, сломанное дерево, три дуба… Никаких препятствий. Никаких неожиданностей.

Открытый участок между опушкой и оградой дома Вим предпочел перебежать одним рывком. К забору вышел точно в указанном месте – у западного угла. Дополнительные приметы: старый колодец прямо по курсу и черешня чуть левее.

«Необходимо пройти по дорожке, что идет между колодцем и деревом. Во время проникновения внутрь агент обязан пройти по ней…»

И тогда, и сейчас этот приказ показался Дорадо чушью. Дорожка действительно присутствовала – аккуратная прямая, кратчайшим путем ведущая к дому. С одной стороны – колодец, с другой – черешня. И никаких других укрытий.

«Почему я должен идти по ней? На самом виду! Безопаснее пройти правее, вдоль сарая!»

Но инструкция требовала – только по дорожке! Этот приказ повторялся целых пять раз. Больше – семь раз – повторялось только распоряжение надеть «предмет А».

«Ладно, сделаю!»

Вим огляделся – никого, перепрыгнул через невысокую ограду, и… И сразу же почувствовал, что висящий на груди амулет нагрелся. Не раскалился, но стал ощутимо теплым, почти горячим.

– Что за черт?

– Что случилось? – немедленно отозвался Сорок Два.

– Амулет Кодацци нагрелся, – прошептал удивленный Дорадо.

– Сильно?

– Да! – «Предмет А» начал обжигать кожу. – Снять его?

– Другие варианты есть?

«Необходимо пройти по дорожке, что идет между колодцем и деревом…» – вспомнил сидящий у ограды Вим.

Он не видел амулет, но ощущение было таким, словно камень раскалился докрасна.

– Я иду вперед.

И понял, что сделать это не так-то просто. Руки, ноги… все тело вдруг стало легким, невесомым и непослушным. Дорадо превратился в воздушный шарик. Он не чувствовал тяжести, ограничения свободы, но едва-едва владел собой. Каждое движение требовало неимоверных усилий. Попробуйте схватить пушинку, попробуйте бросить ее, попробуйте ею стать.

Но была боль от обжигающе горячего амулета. И эта боль заставляла Вима бороться.

Короткий шаг. Еще один, чуть длиннее. Затем еще… Дорадо не оглядывался по сторонам, не следил за обстановкой вокруг – для этого у него попросту не было сил. Он полностью сосредоточился на том, чтобы достичь дорожки. Еще шаг. Еще! Вим рухнул на теплый бетон, с наслаждением почувствовав, что тело вернуло привычную тяжесть.

– Ни хрена себе!

– Что у тебя? Почему молчал?

– Потом расскажу!

– Амулет выбросил?

– Нет.

«Предмет А» остыл мгновенно. Стоило Дорадо оказаться на дорожке, как камень молниеносно стал холодным, и лишь саднил нанесенный им ожог.

«Пройти мимо дерева и колодца? Ну-ну…»

Вим вскочил на ноги.

– Я иду к дому.

– Ты отстал от графика, – предупредил Сорок Два. – И у нас появилась проблема.

– Какая?

– Из Мюнхена вылетел вертолет. Держит курс прямо на нас. Возможно, это совпадение…

– Сколько ему лететь? – оборвал напарника Вим.

– Не меньше двадцати минут.

– Успею!

Как и обещала инструкция, дорожка вывела Дорадо к задней двери дома.

– Входи!

– Она открыта!

– Упс!

Прервать задание? Инструкция Кодацци ничего не говорила об открытых или закрытых дверях, но при чем здесь инструкция? Элементарная логика: если хозяин уединенно расположенной виллы надолго уехал, он наверняка закроет все двери. Почему приоткрыта задняя?

Пистолеты сами скользнули в руки.

«Входить или нет?»

– Девятка, вертолет… – напомнил Сорок Два.

– А что вокруг?

– Не знаю, – не часто услышишь такой ответ от Сорок Два. – Охранная система дома не имеет выхода в сеть, я не могу к ней подключиться.

– Похоже, нас опередили.

– Отступаем?

Но Вим уже вошел в дом.

– Докладывает поисковая группа! Мы обнаружили «Пост Три»! Все офицеры убиты! Повторяю: все офицеры убиты выстрелами в голову!

В голосе полицейского проскользнули панические нотки.

Да уж, не спецназовец. Испугался обычной нештатной ситуации. Впрочем, это Хамад может назвать происходящее «обычным», а сообщивший о смерти друзей парень, вполне возможно, еще вчера пил с погибшими чай или играл в нарды.

– Общая тревога! – быстро произнес Аль-Гамби и посмотрел на пилота.

– Двадцать минут. – Летчик и так делал все, что мог, выжимая из машины максимум скорости. – Быстрее не успеем.

– Спецназ – двадцать минут. Убиты трое полицейских. Открывать огонь без предупреждения.

– Мы готовы, Хамад.

Переключение на Мюнхен, на центр оперативного управления Европола.

– Говорит майор Аль-Гамби, директива 1224, мне срочно необходима поддержка! – Времени на любезности не было. – Три вертолета для поиска с воздуха и не меньше пятидесяти человек для прочесывания местности! Пришлите сюда весь спецназ, что у вас есть!

Хамад сжал кулаки:

«Ты меня опередил, гаденыш, но уйти тебе я не дам!»

Вышедший на опушку человек казался образцом спокойствия и деловитости. Комбинезон армейского образца делал его фигуру расплывчатой, мешал ее с красками осеннего леса, не поймешь – мужчина или женщина? Лицо скрывает наномаска, на руках – тонкие кожаные перчатки. Маленький ранец на спине, длинный сверток в левой руке, движения аккуратны и точны.

Оказавшись на опушке, человек присел у толстого дуба, размотал сверток, освободив от камуфляжной ткани дальнобойную «узала», по мнению многих – лучшую снайперскую винтовку в мире, – расправил сошки, залег, привычным движением слившись с оружием, и внимательно посмотрел в прицел.

Перед ним как на ладони лежала западная сторона поместья Банума.

Один «браунинг» смотрит в глубь дома, второй – на дверь, через которую только что прошел dd. Картинка перед глазами слегка размыта, ибо все внимание Вима переключилось на звуки. В подобных ситуациях, ожидая нападения в незнакомом помещении или полной темноте, Дорадо предпочитал ориентироваться на слух. На свой абсолютный музыкальный слух. Он сосредоточивался, иногда даже полностью закрывал глаза и рисовал окружающую картину ушами: едва уловимый стук шагов, шуршание одежды, шорох прижавшегося к стене тела… Уловив подозрительный звук, немедленно разворачивал тело в нужную сторону и открывал огонь. Во время тренировок в полной темноте Дорадо выбивал восемь из десяти – вполне приемлемо. Однако сейчас он предпочел закрыть глаза не полностью, а потому какая-то картинка была. Размытая, но тем не менее.

Кухня, площадью метров сорок. В центре сложена плита. Интересно, ею пользуются? Судя по ящику для угля – пользуются. Странный хозяин у этого дома. На полках глиняная посуда: кувшины, тяжелые кружки, тарелки… Между полками висят медные кастрюли и чугунные сковороды, пучки трав, связки овощей. Элемент интерьера? Нет. Травы, лук и чеснок создают в помещении своеобразный аромат. Современная посуда отсутствует.

Забавный дом…

– Девятка, мы сумели пробиться в закрытый полицейский канал. В районе начинается серьезная операция! Стягиваются огромные силы…

Вим не ответил. Приоткрыл следующую дверь и увидел холл, из которого шла лестница на второй этаж. Проверил план дома – другой лестницы нет.

– Девятка! Им приказали перекрыть дороги! Поднимаются еще вертолеты.

«Не сейчас!»

– Девятка, ты где?!

Дорадо отрубил канал связи. Продолжил стоять и через пару мгновений уловил едва заметный шорох наверху. На втором этаже. Там, где лежит книга!