Начинается служба, и во время проповеди возглашается: «И получил Лева, сволочь такая, по балде ледорубом!!!»
– Так ему и надо!!! — вопит дьякон, агрессивно размахивая кадилом. — Миром по башке ему дадим!!!
– Бей Троцкого! Дай ему! Ледорубом его! — надрываются прихожане кто во что горазд.
Орут старики и юные красавицы, супружеские пары и детишки, приличного вида старушки и скинхедного вида подростки. Все стреляют в воздух, визжат, колотят колотушками в миски и крышки кастрюль, завывают и подпрыгивают.
Да простят меня люди впечатлительные за описание этого гнусного шабаша в Церкви. Но ведь в синагоге именно это и происходит. А что? Если евреям можно, то почему нам нельзя?
Но представляете, какой шум и хай поднялся бы во всей мировой прессе, проведи православные хотя бы одну такую службу? А иудаисты проводят век за веком, поколение за поколением. История показала — им можно.
Итак, вот ЧЕТВЕРТОЕ ОТЛИЧИЕ: резкое, не имеющее прямых аналогий усиление этноцентризма. При том, что многие персы, «убоявшись иудеев», стали переходить в иудаизм. Это опять к вопросу о расе.
И наконец ПЯТОЕ ОТЛИЧИЕ: изменяется разговорный язык.
Во время Вавилонского плена иврит оставался языком богослужения. Но арамейский — язык базара, улицы, торговых рядов, язык покупки, продажи, любого повседневного общения. Этот язык вообще становился все в большей степени общим языком для всего Переднего Востока. И в Ассирии, и в Вавилонии, и даже в Персии он был государственным языком наряду с родственным ему ассирийским и совершенно чужим персидским.
Для иврита же это язык очень близкий: арамеи пришли в Сирию во время того же нашествия семитов на Передний Восток, что и иудеи в Ханаан — в XII–XI веках до Р.Х. Они ассимилировали более ранних перселенцев — аморреев, или амурру. Вскоре даже Ассирия и Вавилон заговорили на арамейском языке-объединителе.
Вернувшиеся из Вавилона иудеи разговаривали на арамейском языке. Думаю, что сам по себе переход не был сложен… Так русские легко переходят на украинский, живя на Украине, и украинцы — на русский в России. Но во всяком случае переход произошел. На арамейском языке написаны пророчества Эзры, Даниила, Талмуд. На арамейском языке (а вовсе не на иврите!) проповедовал Христос и апостолы.
Приходится признать — до вавилонского плена и после него существуют какие-то совсем разные иудейские народы. На Древнем Востоке это в общем-то нередкое явление; историки превосходно понимают, что в эпоху Нового Царства в Египте жил совсем другой народ, чем в эпоху строительства пирамид: изменился и язык, и нравы, и образ жизни.
Есть устойчивая традиция различать «старовавилонское» царство и «нововалилонское», «староассирийское» и «новоассирийское».
Так и в Иудее. С 1067 до 586 года до Р.Х. мы наблюдаем некий «староиудейский», или, если хотите, «старобиблейский» народ. После 537-го на арене истории появляется другой народ — если угодно, «новобиблейский».
По каковому поводу можно задать некий ехидный вопрос… Например, потомками какого из этих народов должны быть современные евреи? А можно действовать более конструктивно: просто принять к сведению, что жизнь народов и стран Древнего Востока вовсе не так «застойна», не так монотонна, как кажется. Происходило множество событий, возникали и распадались империи, брались штурмом и возводились города, возникали и исчезали народы (прямо как и в наше время, право же).
Впрочем, и дальнейшая история иудеев не отличалась монотонностью и скукой.
Могло ли быть?!
Читатель, воспитанный на представлениях об эволюции, вправе усомниться — неужели за каких-то пятьдесят-шестьдесят лет мог бы возникнуть новый этнос?! Как же так — ведь для рождения народов надо гораздо больше времени!
Но в том-то и дело, что для рождения народа, для появления нового «стереотипа поведения», как выражался Лев Гумилев, очень часто необходим совсем небольшой срок. Самое главное здесь — это осознать себя чем-то отдельным от остальных, противопоставить себя остальным.
Есть очень серьезные основания полагать, что славяне и осознали себя особым народом во время нашествия готов. Всего порядка полутора, а может быть, и одного столетия, в конце I и до самого начала III века по Р.Х. властвовали готы в верховьях Вислы и в Карпатах. Но за это небольшое время славяне очень хорошо осознали, что есть «мы» с нашим языком, обычаями и культурой. А есть «они» — вовсе на «нас» не похожие, и нам не особенно приятные (уже потому, что завоеватели).
Насчет славян — только гипотеза, но характерно, что такая гипотеза есть в научном мире. Но так же быстро, за какое-нибудь столетие, осознали свое единство украинцы. Еще в начале XVII века не было никаких таких украинцев, а была южная оконечность, «Украина» Руси, и называли себя живущие в ней русинами. Грянула казацкая война Богдана Хмельницкого, потом украинская война между Речью Посполитой и Московией… За небольшой срок произошло множество событий, жестоких и страшных. И уже в начале XVIII века Грабянко, первый украинский националист-теоретик, обосновал: украинцы — никак не поляки и не москали, это особый народ. А «предатель» Мазепа попытался впервые в истории создать независимое украинское государство.
Вавилонский плен вполне мог стать событием, которое заставило «вырванных» сплотиться в особый народ. Ведь все вокруг были чужие!
Этот «новобиблейский» народ очень сильно отличается от того, который сложился в XII–XI веках до Р.Х. Он дожил по крайней мере до первых веков по Рождеству Христову, до раннего Средневековья.
Под властью эллинов
С самых первых этапов знакомства эллины отзывались об иудеях с интересом и явным уважением. Феофраст, старший современник Александра Македонского, сверстник его учителя Аристотеля, называл иудеев «народом философов». Клеарх из Сол, ученик Аристотеля, говорил, что это не народ, а целая философская школа.
Сохранилась легенда, что при завоеваниях Александра Македонского на Востоке иудеи сначала не хотели нарушать клятву верности персам и отказались признавать власть Александра. Но когда Александр Македонский двигался со своей армией на Египет, навстречу ему вышла целая процессия во главе с первосвященником Яддуа: привычные подчиняться завоевателям иудеи поняли, что плетью обуха не перешибешь.
К их удивлению, Александр сам сошел с коня и низко поклонился Яддуа. Он объяснил это тем, что еще в Македонии к нему во сне явился некий восточный человек и предсказал, что завоевание Азии кончится для Александра Македонского победой и славой. Это видение, по словам Александра, было очень похоже на Яддуа…
Если принимать легенду всерьез, имеет смысл предположить — а не рассказывали ли Александру об Иерусалиме и его первосвященниках? И обо всем «народе философов»? Если да — то стоит ли удивляться, что в честолюбивых снах ему явилось нечто очень похожее…
Во всяком случае, Александр посетил Иерусалим, даже принес жертву Богу Израиля, и оставил Иудее ту же свободу и то же самоуправление, которое было у нее при персах.
Сам Александр умер очень рано, в 34 года, и его империю разделили ближайшие соратники. Селевк взял себе Сирию и Вавилонию, Птолемей взял Египет, Неарх взял себе только флот. С этого момента Неарх исчезает из истории, потому что флот вышел из Персидского залива неизвестно куда и бесследно пропал в океане. Никто никогда не видел ни одного корабля, ни одного матроса этого флота. Исчезновение флота Неарха — одна из самых больших загадок истории.
Птолемей же, воцаряясь в Египте, сначала по дороге из Вавилона увел многих иудеев с собой в Египет — до миллиона человек. А потом и саму Иудею захватил и не стал отдавать Селевку. Не надо думать, что с иудеями в Египте приключилось что-то нехорошее. Скорее всего Птолемей просто хотел иметь побольше людей из «народа философов» и не мог смириться, что ими владеть будет один только Селевк.
Птолемей основал династию, в которой его имя стало чем-то вроде титула царя. Для египтян же Птолемеи были чем-то вроде фараонов… в конце концов, мало ли какие иноземные династии побывали на египетском престоле.
Птолемей I Лаги (304–283), первый царь в этой династии, продолжал выводить евреев к себе в Египет и дал им все права гражданства. Два городских квартала из пяти в Александрии заселено было евреями. Иудеи составили половину населения этого города.
С тех пор между евреями, жившими в империи Селевкидов, и египетскими евреями — подданными Птолемеев появилось много различий; даже летосчисление было другое, потому что в империи Селевкидов считали время с года воцарения Селевка — с 312 года до Р.Х. У Селевкидов и гражданами государства были далеко не все из них.
Птолемей II Филадельф (283–247) окружал себя поэтами, учеными и путешественниками. Он создал знаменитый Мусейон, в котором были собраны величайшие художественные и литературные сокровища всего мира. Евреев было много при его дворе, и царь любил спорить и беседовать с ними о различных предметах. Очень мешал языковой барьер: как только эллинам или египтянам удавалось прижать к стене иудея, он тут же цитировал Библию на иврите: «А мы говорили вовсе не об этом!»
