— Не подозревала, что Сьюзен знает Виктора Мэтрика, — прошептала, усаживаясь, Венди.
— Она с ним встречалась, — объяснила Виктория. — Они по-прежнему вместе отдыхают на Сен-Бартсе.
— Я беспокоюсь за Виктора, — сказала Венди. — Сегодня утром казалось, что у него не все дома. Если он уйдет, мне конец.
— Карьера не должна зависеть от того или иного человека, — заметила Виктория. — Она должна зависеть только от тебя.
— Должна. Но тебе повезло, что ты не работаешь на корпорацию.
— И никогда не буду — по этой самой причине, — проговорила Виктория. — Но «Парадор» делает деньги. И все знают, что только благодаря тебе.
— Это легко, — пожала плечами Венди. — Мне нужно получить «Оскара», только и всего. За «Пилигримов». Или Нико — получить место Виктора.
— Это займет не меньше двух лет. — Нико говорила об этом как о чем-то вполне для нее возможном. — А тем временем я не стала бы без оснований волноваться за Виктора. — Она подала знак официанту. — С Виктором можно договориться. Если знаешь, как с ним обращаться.
— Да? — нерешительно проговорил официант.
— Мы хотим сделать заказ.
— Я буду бифштекс-хангер. Среднепрожаренный, — сообщила Виктория.
— Форель, пожалуйста, — сказала Нико.
— А мне — салат «Никуаз» с тунцом, но без картошки, — заказала Венди.
— Картофель подать отдельно? — уточнил официант.
— Картошку вообще не надо. Даже на отдельной тарелке. Более того, было бы идеально, если б вы убрали всю картошку из этого ресторана. — Официант непонимающе посмотрел на нее. — Мне нужно сбросить вес, — пояснила Венди подругам. — У меня сиськи до пупа обвисли. Сегодня утром я на них посмотрела и чуть не померла. Неудивительно, что Шон уже полгода не предлагает мне заняться с ним сексом.
— Как Шон? — осведомилась Нико.
— Ой, не знаю, — ответила Венди. — Я почти не вижу его. Затея Шона с рестораном, наверное, провалится, поэтому он все время в паршивом настроении, только с детьми держится. Клянусь, иногда мне кажется, что Шону лучше бы родиться женщиной. В любом случае мы видим друг друга только в постели, и, я знаю, это звучит ужасно, но мне все равно. В какой-то момент я перестану работать, и остаток нашей жизни мы проведем вместе, действуя друг другу на нервы.
— Тебе повезло, — усмехнулась Виктория. — Шон — очаровашка. Моя единственная надежда — Лайн Беннет. И могу вас заверить, что остаток жизни мы проведем не вместе.
— Откуда ты знаешь? — возразила Нико с нехарактерной для нее мечтательностью. — Любовь является как гром среди ясного неба.
— Я все еще верю в настоящую любовь, — закивала Венди. — Но не обязательно с пятидесятилетним холостяком. Ну что в этом такого?
— Не знаю, — сказала Виктория. — Во всяком случае, я в настоящую любовь не верю. По-моему, это все вранье.
— Все верят в настоящую любовь, — возразила Венди. — Приходится. А что же еще заставляет нас жить дальше?
— Работа, — ответила Виктория. — Желание что-то совершить в этом мире. Кроме того, необходимость есть, одеваться и иметь крышу над головой.
— Но это так скучно! — воскликнула Венди. — Если люди не будут верить в настоящую любовь, никто и в кино не пойдет!
— О чем я и говорю. — Виктория пожала плечами. — Это маркетинговый ход, разработанный для продажи некоего продукта.
— Не слушай ее. — Нико с нежностью посмотрела на Викторию. — Она нарочно упрямится.
— Да знаю я, — отозвалась Венди. — Однажды и она влюбится…
Виктория вздохнула:
— Я слишком стара для этого и смирилась с тем, что до конца жизни — или еще не меньше десяти лет, пока меня уже не захочет ни один мужчина, — мои отношения с ними будут сдержанными и вполне цивилизованными: никто не повышает голоса, но и никто ни к кому особенно не привязан.
«Правда ли это? — усомнилась Нико. — Разве бывают слишком старыми для любви и желания?» От этой мысли ей стало не по себе и захотелось сменить тему. Она-то думала, что давным-давно оставила мысль о романтической любви.
— Так или иначе, — продолжала Виктория, — я не представляю, зачем Лайн Беннет хочет встретиться со мной. Я совсем не в его вкусе.
Нико и Венди переглянулись. Венди вздохнула:
— Вик, ты во вкусе любого мужчины. Ты красива, умна, занятна…
— И все прочее, что женщины говорят друг другу, когда не могут найти мужчину, — закончила Виктория. — Это так глупо. Все равно отношения с мужчинами всегда оборачиваются разочарованием… да и как иначе, когда на них возлагают такие надежды? А потом ты в очередной раз осознаешь, что лучше бы потратила это время на работу. Простите, но ничто не сравнится с удовлетворением, которое испытываешь, создавая что-то своими руками и мозгами… То, чего никто у тебя не отнимет ни при каких обстоятельствах. — Она вспомнила о разговоре с Икито.
— А мне по-прежнему нравится тискаться с Шоном, — призналась Венди, с тоской подумав, как давно этого не было. — Я все еще люблю его. Он отец моих детей. Мы создали этих детей. Это такая глубокая связь.
— А ты что-нибудь испытываешь к Сеймуру? — спросила у Нико Виктория.
Услышав имя мужа, Нико почувствовала себя виноватой, поскольку собиралась изменить ему. Рассказать им о Кирби? Она хотела поделиться с Викторией, но не стала. Пока и рассказывать-то нечего. Подруга придет в ужас и наверняка в ней разочаруется. Виктория никогда не была замужем и, как большинство людей, не живших в браке, имела о нем идеалистические представления. Она придерживалась очень строгих понятий о том, как должны вести себя женатые люди. Нико не осуждала Викторию, но если бы та рассердилась на нее, она не знала бы, как поступить. И не стоило делать подруг соучастницами преступления.
Приходилось менять тему разговора.
— Возвращаюсь к Виктору, — сказала Нико. — Он способен на все. Однако едва ли от него следует ожидать проблем. А вот Майк Харнесс — иное дело. — И Нико рассказала им, как он пытался использовать встречу в «Хаккабис» для своих целей.
— Возвращаемся в «Сплатч Вернер»? — спросил водитель.
— Вообще-то нет. Не сейчас, — ответила Нико. — Мне нужно кое-куда заехать. Забрать одну вещь для дочери.
Она распорядилась с обычной своей властностью, но тут же поняла, насколько неубедителен этот предлог. Никто не поднимается за вещью, размышляла Нико, роясь в сумочке в поисках адреса, дольше чем на пять минут. Но возможно, она и проведет там несколько минут. А вдруг, увидев Кирби Этвуда, сразу поймет, что эта затея — ошибка, и уйдет.
— Мы можем пойти погулять в парк, — с энтузиазмом предложил Кирби, когда утром Нико позвонила ему из своего кабинета. — Это совсем рядом с моим домом. И парк мне очень нравится. Я даже куплю вам хот-дог, очаровательная дама.
