О Боже! Нико и в самом деле получала удовольствие. Что может быть лучше, чем отличный секс с моделью, рекламирующей нижнее белье от Калвина Клайна?
Как это ей так повезло?
Внезапно Нико ощутила вину. Если бы это попытался проделать с ней Сеймур, она велела бы ему забыть о подобных приемах. Нико постоянно отталкивала мужа, все дальше и дальше за эти годы, поэтому теперь он почти не проявлял инициативы.
— У тебя восхитительная киска, — проговорил Кирби и начал лизать ее, одновременно погружая пальцы в ее глубины. — В следующий раз я поставлю тебя на четвереньки, — жарко прошептал он, заставив Нико позабыть о Сеймуре и представить то, что он обещал. — О черт, я больше не могу терпеть! — Взяв ножницы, Кирби решительно разрезал ластовицу, достал из кармана презерватив в пакетике и зубами разорвал его. В одну секунду он расстегнул молнию брюк и извлек твердый как камень пенис, оказавшийся чуть больше и длиннее обычного. Во всяком случае, больше, чем у Сеймура…
Кирби ловко надел презерватив, и Нико чуть не засмеялась, по-девически смутившись. Презервативы! Она и забыла про них. Нико ни разу не спала с мужчиной, который ими пользовался, потому что последние четырнадцать лет была близка только с Сеймуром. А всего их у нее было пятеро, не считая Кирби.
— Ты не против, нет? — спросил он. — Так лучше. Тогда нам не придется волноваться. А ты такая влажная…
Она покачала головой, предвкушая то, что испытает, когда Кирби войдет в нее.
Со стоном наслаждения Нико откинулась назад, ударившись головой о стену. Кирби поднял ее ноги, так что ступни уперлись в край стойки. Нико была абсолютно беззащитна. То, что она позволила себе настолько раскрыться, волновало. Ведь такого никогда не было… с Сеймуром…
А затем она выбросила Сеймура из головы. Ей не хотелось, чтобы муж испортил ей недолгое удовольствие.
Потом она лежала на стойке, как смятая тряпичная кукла.
— Правда, было хорошо? — спросил Кирби, помогая Нико слезть со стойки. Она встала на ноги и одернула юбку. Она потеряла не только трусы и колготки, но и туфли. — Ты так кричала, когда кончала, — заметил Кирби. Нико смутилась:
— Правда? — Она подобрала в углу туфлю. — Обычно я не делаю этого.
— Ну а сегодня сделала! — пылко возразил Кирби. — Да ты не переживай. Мне это понравилось. — Он протянул ей разрезанные трусики. — Они тебе нужны?
— Едва ли, — ответила Нико. Неужели Кирби полагает, что она зашила бы их?
— Весь день сегодня ты будешь напоминать мне о скачках. — Кирби взял ее лицо в ладони. — И каждый раз у меня будет вставать.
Нико нервно рассмеялась. Она не привыкла, чтобы мужчины думали о ней как о сексуальном объекте. Но значит ли это, что Кирби хочет снова увидеться с ней?
Надеясь на это, Нико опиралась на его плечо, пока надевала туфли. Так, а что теперь? Просто уйти? Она посмотрела на часы. Два тридцать. Если она уйдет сейчас, то будет в офисе к трем. Но не обидится ли Кирби?
— А теперь я устрою тебе экскурсию по квартире, — сообщил он. — Мы, между прочим, так и остались на кухне. Ничего себе, а?
Нико посмотрела ему в лицо. Кирби был необыкновенно красив. Прекрасные черты и гладкое лицо молодого человека. Есть то, чего нельзя добиться с помощью скальпеля хирурга или инъекций косметолога, — упругость кожи и крепость мышц, особенно шеи. Шея Кирби была такой гладкой, а кожа такой тугой! От одного взгляда на его шею Нико снова возбудилась. Все разговоры о том, что женщин привлекают в мужчине не внешность и молодость, — ложь…
Внезапно Нико задумалась о том, сколько здесь уже перебывало женщин. Но спросить об этом Кирби не решилась. Он не должен заметить, что она не уверена в себе. Надо брать пример с него.
— Я с удовольствием посмотрю квартиру, — сказала Нико.
Жилье оказалось небольшим — гостиная, спальня и стандартная нью-йоркская ванная комната, — но мебель удивительно красивая.
— Мне дали восемьдесят процентов скидки у Ральфа Лорена, так что я здорово выгадал, — объяснил Кирби.
Он сел на обитый замшей диван, и Нико расположилась рядом. Альбом с рекламными фотографиями Кирби лежал на столике, и Нико начала перелистывать его. Крупный план лица Кирби, рекламирующего средство после бритья. Вот он на мотоцикле в рекламе компании, производящей изделия из кожи, а вот — в Венеции, в Париже, в ковбойской шляпе где-то на Западе, может быть, в Монтане. Он положил ладонь на ее руку.
— Не надо, — попросил он.
Нико посмотрела на Кирби, жалея, что не может утонуть в его глазах, светло-карих, с золотыми искорками. Ей захотелось слиться с ним.
— Почему? — удивилась она.
Нико не узнала свой голос. Глядя на фотографию в альбоме (Кирби верхом на лошади), она не верила в то, что произошло между ними. Это какое-то чудо. Разве можно было предположить, что у нее будет такой секс, в ее возрасте, с таким молодым и красивым мужчиной?!
— Ненавижу работу модели, — признался Кирби. — Терпеть не могу, когда со мной обращаются как с куском мяса, понимаешь? Фотографам абсолютно наплевать, что я представляю собой как личность.
А вдруг она влюбится в Кирби Этвуда? Нико смотрела на него с сочувствием. Слава Богу, Кирби не может прочесть ее мысли.
— Это ужасно. — Его отчаяние казалось Нико необычайно трогательным. Ее потрясло, что красивые так же ранимы, как все остальные. — Но у тебя хорошо получается.
— Ну да, хорошо. Что тут хорошего? На меня направляют камеру и велят прикинуться счастливым. Или сильным. Или изображать какую-нибудь другую чушь. Но иногда, — Кирби шутливо коснулся руки Нико, — я предлагаю им кое-что другое. Принимаю задумчивый вид, будто о чем-то размышляю.
— Покажи, как это, — попросила Нико. Господи, что она творит? Надо возвращаться в контору.
— Да? — удивился Кирби.
Он склонил, а затем поднял голову, уставившись в пространство. Несколько секунд Кирби пребывал в этой позе, с видом слегка задумчивым, но кроме этого, на его лице ничего не отразилось. О Боже, подумала Нико.
— Ну, ты уловила? — с жаром поинтересовался он. — Похоже, что я задумался?
Ей не хотелось проявлять жестокость.
— О да! Это здорово, Кирби.
— А видно было, о чем я думаю?
Нико улыбнулась. Его непосредственность так мила.
— Ну скажи.
— О сексе! — ухмыльнулся Кирби. — О сексе, которым мы с тобой только что занимались. Конечно, ты считаешь, что мне следовало бы выглядеть счастливым. Но я обманул тебя. На самом деле я думал, как бы снова тебя увидеть, и не знал, хочешь ли этого ты.
— О-о! — воскликнула Нико. Он постоянно удивляет ее. Умение проявлять чувства никогда не было ее сильной стороной, особенно с мужчинами. — Я хочу увидеть тебя снова. Но, Кирби, — Нико взглянула на часы, — мне пора в офис.
