работе к тебе никогда вопросов и претензий не было. Тянешь чуть ли не самое тяжелое направление. Да и отдел ты с самых слабых вывел на первые места. И коллеги о тебе только хорошее говорят. Ты когда «пистон» от начальства получал последний раз?
— Да буквально на днях, — улыбнулся полковник.
— Это по внучке?
— Да.
— Тогда, вообщем-то, не считается. Ладно. Мы вопрос согласовали? Хорошо. Всё. Пойдём в зал совещаний. Там уже все собрались наверняка. Не будем заставлять ждать. И, пожалуйста, пока для всех — ни слова. После совещания напишешь рапорт на отпуск. Я подпишу. А сейчас — «по коням».
* * *
После совещания, в кабинет руководителя управления вернулись как генерал с полковником, так и приглашенный подполковник Игнашев.
— Товарищи офицеры. На общем совещании не оглашалось, но по линии военной контрразведки сегодня пришёл сигнал, что работами лаборатории А-3, где руководителем известный Вам обоим Игнашев Дмитрий Александрович, активно заинтересовались сразу три разведки недружественных нам стран.
— И кто, товарищ генерал? — в подполковника Игнашева словно кол вогнали. Он аж подался на стуле к генералу, сцепив руки перед собой.
— Если скажу, Вам легче будет, подполковник?
— Ну, нам же надо знать, с кем дело иметь будем?
— Вы пока, потчёркиваю, ПОКА, с ними дел иметь не будете. Там есть кому работать. Сейчас проводится усиление защиты информации, да и за сотрудниками будет усилен контроль. На казарменное положение, к сожалению, их всех не перевести, не те времена, но очень уж хочется. Было б меньше проблем и ненужных телодвижений. Но, к сожалению, пока обойдёмся теми мерами, что нам были предложены. Со своей стороны, Сергей Павлович и Александр Александрович, поговорите с Дмитрием и Викторией. Никаких разговоров дома о работе. По-возможности исключить походы в развлекательные места и поездки за город на природу.
— Товарищ генерал, — Сергей Павлович поднял руку как в первом классе. — Разрешите?
— Говорите, полковник.
— Так Дима, простите, Дмитрий Александрович, и так никуда не ходит практически. Дом-работа и обратно. Он старается как можно больше времени проводить с дочерью. Единственное, что его постоянно выбешивает — это проблема с дорогой на работу и обратно. Больше полутора часов в одну сторону. Пока трамвай, потом метро, потом пешком.
— Стоп, полковник. Он что, на общественном транспорте на работу ездит? Вы вообще с ума сошли? Он что, лаборант рядовой??? Господи, да за что мне такое?
— Товарищ генерал, — подполковник заступился за родственника. — Так по штату Дмитрию машина не положена. А на зарплату его на такси каждый день туда-сюда не наездишь.
— Какое такси? В своём уме, подполковник? А почему КБ не может обеспечить их транспортом? — генерал потихоньку заводился.
— "Нет штатов и нет лишних машин". Так ответили в дирекции — ответил отец Димы. — Сейчас нет, посколько молодые. Как же? Молодых будут привозить на машинах? А все остальные будут на это спокойно смотреть? Так на говно изойдут. А как эти молодые выдадут такОе «на гора», что везде зазвенит, так и потОм все «плюшки» будут в первую очередь распределены между причастными, а те, кто заслужил этот успех своими потом и кровью, получат спасибо. И то в ЛУЧШЕМ случае. Знаем, проходили.
— Подполковник! Притормози!
— А что Вы предлагаете? — Ярый поднял глаза на начальника и усмехнулся. — На метро — нельзя. На такси — тоже нельзя. Личных машин мы оба не имеем. Нам они особо-то и не нужны. На работу нас возят. Поэтому отдать то, чего не имеем, не можем. Была б возможность — отдали б не задымываясь.
— Во-о-от. — протянул генерал. — Сам и сказал. Вас — возят.
Он ехидно посмотрел на обоих. — А не хотели б Вы, господа офицеры, отказаться от служебных машин? Оказать, так скажем, благотворительность для проезда одного малоизвестного, но талантливого инженера-конструктора?
И Виктор Фёдорович провокационно посмотрел на обоих мужчин.
— Я готов, — сказал полковник.
— Я также готов, — подтвердил подполковник.
— Вообщем, два пионера. «Будь готов-всегда готов». Слушайте, но мы уж давно не пионеры. Ещё предложения? Только по делу? — Генерал сидел, еле сдерживая улыбку, глядя на растерянные лица своих подчинённых.
— У меня нет предложений, — после непродолжительного раздумья, признался полковник.
— А если договориться с таксопарком и прикрепить конкретного водителя? Сделать, таким образом, разьездную машину? А что? Утром отвозит. Вечером привозит. Максимом 3 часа в дороге. Бензин, аренду авто, зарплату водителя делим пополам? — отец Дмитрия, подполковник Игнашев, с воодушевлением посмотрел на родственника. — Согласен?
— Да, согласен, — ответил повеселевший Сергей Павлович.
— Стоп. Вы кто? Офицеры или продавцы на рынке? — генерал посмотрел на обоих. — Делите кому, что и за сколько? Вроде договорились между собой, да? А вот хрен Вам обоим. Почему? Отвечу. А почему из Вас двоих, защитники Вы нашей Родины, никто не подумал, что Дмитрий Александрович ТАМ работает не один? А? Там, по крайней мере, ещё с пяток сотрудников обладает полной информацией по проекту. Вы что, и их будете развозить за свой счёт? Так зарплат Ваших не хватит. Что? Кредиты будете брать? — Генерал уже откровенно издевался над потухшими офицерами. — Да. Это Вам не медведЕй по лесам считать. Здесь-то голову надо включать хоть ненадолго. Разочаровали Вы меня оба, господа офицеры. Разочаровали. Ладно. Решу этот вопрос сам, если два других мозга сейчас в полной отключке. Всё. Свободны.
Покрасневшие от стыда офицеры покинули кабинет начальника, а тот, взяв трубку телефона в руки, буквально за 10 минут решил вопрос с доставкой ВСЕХ сотрудников лаборатории от дома до работы и обратно.
— Бестолочи, — с усмешкой потёр болевшую грудь генерал. — Но мужики что надо. ТАКИЕ не подведут.
И, откинув посторонние мысли, взяв папку с пометкой «Срочно», стал внимательно разбирать и анализировать данные по непонятной возне вокруг лаборатории А-3. Уж очень настораживало и шебуршание вокруг лаборатории и прибытие в Москву под видом туристов за последний месяц более 10 сотрудников иностранных спецслужб. Да и найденная вчера днём, при очередном осмотре, в квартире зама Игнашева радиозакладка. Всё это напрягало. И чувствовал генерал, что это начало чего-то уж совсем нехорошего и дурно пахнувшего.
Глава 7
Ярый, вернувшись к себе в отдел, встретил в приёмной ожидаюших его трёх человек и, пропустив в кабинет, занял своё место за столом, приглашая и остальных садиться.
— Кто начнёт по вчерашним событиям?
— Разрешите мне, товарищ полковник, — привстал с места начальник вчерашней опергруппы капитанТерентьев. Вид у него был, мягко говоря, помятый. Глаза красные от недосыпа, постоянно дёргающийся.
— Устал, Стас? — спросил полковник. — Неважно выглядишь, мягко говоря.
— Устал, товарищ полковник. Мы вернулись как час назад.
