— А ты? — прищурился лукаво.
Вот теперь-то чужие пальцы, до сих пор касающиеся моих коленей, стали ощущаться уже совсем-совсем неуместно.
— Вообще-то младшей княжне Ордмера темой процесса деторождения до замужества интересоваться не положено, — ляпнула, что только в голову пришло. — Драконорождения — тем более! — оттолкнула от себя мужские руки, нервно поправив подол сарафана.
Ещё и отодвинулась от господина наместника подальше, максимально возможно вжавшись в спинку кресла.
— Вот и я думаю, что никакого прока от тебя Дракону не будет, — невозмутимо прокомментировал Сарп Эрран Сагитари, поднимаясь на ноги. — Хотя, с темой процесса драконорождения тебе ознакомиться всё же придётся, — развернулся ко мне спиной. — Раз уж ты всё равно здесь, — закончил мрачным тоном.
И… направился в купальню.
Но удивиться выбору направления я не успела. Удивило совсем иное. Дверь за собой он оставил открытой. А вскоре от него донеслось раздражённое:
— Долго тебя ещё ждать?
Покинувшая меня логика, к слову, возвращаться не спешила.
— И как процесс драконорождения связан с купальней? — задала вопрос.
Но ответ, честно говоря, слышать как-то разом перехотелось. А с кресла я всё же поднялась. Ещё в тот момент, когда поняла, что от меня требуется покинуть спальню. Правда, дальше шага от каменной мебели так и не отошла.
— Я бы ответил, но ведь младшей княжне Ордмера темой процесса драконорождения до замужества интересоваться не положено, — донеслось, исполненное сарказма.
Наверное, на столь открытое издевательство стоило бы как минимум оскорбиться. Но на самом деле мне моментально полегчало, так что в купальню я всё-таки зашла. Дверь тоже оставила открытой. И далеко от неё отходить не стала. Уж не знаю, какие там у эрранцев обычаи и традиции, но у ордмерских — точно не настолько обширные!
Впрочем…
— Вода, — вернулся к привычно мрачному тону Сарп Эрран Сагитари.
Вместе с тем мужчина нажал на один из каменных выступов, а дно здоровенной ниши в полу забурлило несколькими источниками, как если бы из под земли бил горячий ключ. Очевидно, я оказалась права, и обычный водопровод — не про это княжество.
— Ужин на столе, — продолжил господин наместник, двинувшись на выход из купальни. — Утром пришлю тебе кого-нибудь, помогут с остальным разобраться, — переступил порог спальни. — За пределы стен замка не выходи. Для твоей же безопасности, — остановился посреди комнаты, помедлил немного, а после дополнил угрюмо, так и не обернувшись: — И не зови больше Дракона, Айлин. Не стоит вам видеться чаще, чем будет возникать на то особая необходимость. Тебе крупно повезло, что в этот раз ему удалось сдержать свою силу и ты осталась жива, — замолчал, постоял ещё немного, а после спешными размашистыми шагами удалился.
Грохот захлопнувшихся за его спиной дверей отразился многократным эхо. Не только в самой спальне. В моём разуме тоже. Наряду с звучащими на повторе предупреждениями о Драконе. И, как бы мне не хотелось не спешить с выводами, всё же они напрашивались сами собой:
Дракон не собирается меня убивать.
Но убить всё же может. Ненамеренно.
Я увижу его снова. И не раз.
ГЛАВА 10
Ночную тишину разбавил протяжный призыв охотничьего рога. Настолько громкий, что казалось, способен добраться в каждый уголок великих северных гор эрранского княжества. Не удивлюсь, если так и было на самом деле. Для чего предназначался сигнал, я не знала, но тревожное чувство крепко-накрепко засело в душе. И только усилилось, когда очередной порыв ледяного ветра принёс вместе с собой громогласный драконий рёв.
Отошла от окна подальше. Вернулась к камину. Пламя, возникшее из ниоткуда, так и горело без всяческой подпитки, само по себе, и удивительным образом даровало тепло не только воздуху, но и всей поверхности в помещении. Даже кресла и кровать — и те перестали быть холодными! Будто серебристые прожилки в камне передавали частички тепла от зажжёного огня.
После того, как господин наместник покинул спальню, прошло не так уж и много времени, но я успела и искупаться, и вещи свои постирать. Теперь они подсыхали рядом с огнём, а я сосредоточилась на принесённом ужине и заветной книжечке, данной мне магистром Гайтемиром.
Информации было много. И в то же время вся она, как по мне — абсолютно бесполезная. Если в самом начале рассказывалось о самом крылатом ящере, то вот дальше перечислялась хронология того, как он в приступах безумной ярости выжигал то одни княжеские земли, то другие. На самом деле, единственным действительно уничтоженным им княжеством значилось диарское — их князь когда-то первым пошёл войной на Эрран, но предки, излагающие историю в этих записях, сочли необходимым расписать даже сожжение захудалой пашни в Верениске, провозглазив это актом жесточайшего возмездия за неповиновение Великому князю Эррана.
В общем, как по мне, Дракон, может, и правда, то ещё чудовище и всё такое, но с тех пор, как княжества договорились о пятилетней уплате дани, вёл себя крылатый ящер вполне себе прилично: пределы северных гор покидал крайне редко, соседские земли не трогал, никого не жрал и дотла исключительно по собственной прихоти не сжигал. А как уж он со своим родным княжеством управлялся так и вообще никто не знал. Эрранцы — народ замкнутый, и территория их закрыта от постороннего внимания всё теми же горами. Мало кто мог их преодолеть, сохранив себе жизнь. Торговли эрранцы никакой не вели, чужих за пределы своей границы не пускали, только тех, кто больше не мог вернуться обратно в счёт уплаты дани, да и то под строжайшим надзором.
Дальше и вовсе какая-то несуразица пошла:
“Предначертанное не сотрёшь. Огонь попал в воду, но вода не испарилась, огонь не погас. Всё кругом пылает. Все чувства превращаются в боль. Узелки судьбы затягиваются туже. И не распутать их, пока вода вновь не обнимет огонь, чтобы сердце дракона обрело покой… ”
Последнюю запись я перечитывала и перечитывала. Не один десяток раз. Пока в глазах не зарябило от витиеватого почерка. Однако понимание всё равно не пришло. А в эрранским княжестве к тому времени уже рассвело.
“…выучи, затем — сожги, — всплыл в памяти завет ордмерсского мага. — Если до наместника Эррана дойдёт весть, что нам известен способ, как извести Дракона проклятущего, несдобровать всему княжеству потом будет, жестокая расправа нас всех настигнет”.
Никакого способа извести дракона я так и не обнаружила. Разве что окончательно свести его с ума, заставив разгадывать маловнятную головоломку из книжечки. Однако лишний раз испытывать терпение господина наместника мне совершенно точно не хотелось, а значит записи пора уничтожить. Тем и занялась. Правда, не сразу. На третью ночь моего пребывания в драконьем замке. Сперва я терпеливо перечитывала всё заново, с самого начала, несколько раз — времени на это у меня оказалось предостаточно, ведь своё обещание Сарп Эрран Сагитари не сдержал, никто ко мне так и не явился, а я так и пребывала в гордом одиночестве. Всё надеялась, что что-нибудь упустила. Ведь, если учесть, что стал драконом Великий князь Эррана, пройдя какой-то таинственный обряд с вырыванием собственного сердца, то можно было бы предположить, что именно в этом кроется его уязвимость, тем более, что в головоломке тоже про драконье сердце говорилось. Но нет. Ничего существенного я так и не обнаружила. Вот и швырнула книжечку в камин, пока ещё оставалась возможность сохранить её былое наличие в тайне. В конце концов, старших нужно слушать. Хотя бы иногда.
И вот зря я это всё же сделала!
Бумага в коричневом переплёте исчезла в огне за считанные мгновения. Но сгорела не вся. Оранжево-алые блики пламени вспыхнули, с треском заискрили и рассыпались бирюзовыми искрами! Огонь в камине тут же погас. В спальне воцарилась темнота.
Ну, что сказать… Бестолочь!
И за свершённую ошибку пришлось расплачиваться.
Ночь я так и провела в кромешной тьме, разбавляемой лишь завываниями ветра снаружи. Помещение быстро остывало, не поселяться же теперь окончательно в купальне? Да и запасы съестного в принесённой Сарпом Эрран Сагитари корзинке тоже давно закончились. Хорошо, и так умудрилась растянуть аж на два дня.
