Дорога пошла в гору, миновала перевал и спустилась в новую долину, ровную, как тарелка. Изредка то слева, то справа от шоссе мелькали и пропадали за спиной почти идеальные по форме, но размытые временем земляные пирамиды. Это знаменитые усыпальницы динлинских князей, рыжеволосых и голубоглазых жителей тагасукских степей, до той поры, пока на эти земли не пришли конные орды Чингисхана. Где-то она читала, что здешние пирамиды намного древнее египетских. И не зря, видно, эта долина в последние годы, когда открыли границы, стала настоящей Меккой для археологов, как своих, российских, так и зарубежных тюркологов.
Даше всегда не хватало времени, чтобы посетить Долину Царей, так ее немного высокопарно называли ученые. Где-то недалеко, говорят, обнаружили неплохо сохранившийся домонгольский еще дворец, чуть дальше, в урочище Пляшущих Теней, с древних времен проводят камлание хемы — местные шаманы, а в одном из хитрых тайников в разрушенном кургане обнаружили настоящий клад из золотых и бронзовых украшений. Пришлось вызывать СОБР, чтобы уберечь его от грабителей, которые дважды пытались напасть на лагерь археологов. Все это она узнавала из газет и тем не менее оставляла знакомство с Долиной Царей на потом — ведь то, что под боком, никуда не убежит, и не подозревала, что совершает одну из самых распространенных ошибок. Гоняясь за журавлем в небе, мы зачастую выпускаем из рук синицу.
Впереди замаячили горы. На их спинах лежали мрачные снеговые тучи, которые как на полозьях скатывались вниз, затягивая рваной грязной пеленой подножие пятиглавого исполина, гольца Абдраган [3], который навис над долиной. Согласно местным легендам, именно к его вершинам пристал в доисторические времена ковчег со спасшимися после Всемирного потопа людьми и животными. Первым на землю ступил ирбис — снежный барс, особо почитаемый в этих краях хищник. Редкий и очень опасный. Его фигурка украшает герб маленькой республики, границы которой охраняет грозный Абдраган…
Но голову Даши сейчас занимали не пристрастия местных жителей, не их обычаи и не их история. Она поняла, что слишком поторопилась радоваться ясной погоде и ухоженному дорожному полотну. До Сафьяновки оставалось с полсотни километров, не больше, когда мощный снеговой заряд торпедой ударил точно в лоб ее «москвичонку». Машину подбросило, как жестянку, и Даша тотчас пожалела, что не положила в пустой багажник хотя бы с десяток кирпичей, как советовал ей Оляля.
Страшные тучи клубились почти у самой земли, резко стемнело. И через пару мгновений машина оказалась в центре котла, в котором пурга варила свое адское зелье. Свет фар едва пробивался сквозь сплошную стену снега, колыхавшуюся в их бледных лучах, как огромный занавес под порывами сквозняка. Дворники забило снегом, и они едва ползали по стеклу, а вскоре и вовсе застыли, словно поставили крест на ее попытках двигаться дальше. Даша снизила скорость до минимума и некоторое время ехала вслепую. Но сколько такая езда могла продолжаться? До первого поворота или мостика через реку? Не хватало еще слететь в кювет или, хуже того, свалиться в обрыв. В одиночку она не выберется, а надеяться на то, что какой-нибудь дурень вроде нее отважится отправиться в дорогу по такой лихоманке, не приходилось.
Она выругалась и тут же въехала в сугроб, наметенный поперек дороги. Выжала сцепление, но задние колеса крутились вхолостую, мотор ревел, наполняя кабину выхлопными газами, и она сдалась. Натянув шапочку и застегнув пуховик, Даша попробовала открыть дверцу, но ее придавило снегом. Кроме того, порывы ветра были настолько сильными, что когда она, увязнув в сугробе по колено, все-таки выбралась наружу, то не смогла удержаться на ногах и повалилась в снег. Уже на расстоянии вытянутой руки невозможно было разглядеть, что происходит вокруг. Задние огни тоже забило снегом, и лишь свет фар продолжал пробиваться сквозь дикую свистопляску взбесившейся природы. «Москвичонок» прямо на глазах засыпало снегом, и все попытки Даши очистить рукавичкой лобовое стекло не увенчались успехом.
Даша вернулась в салон. Через плохо прикрытую дверцу снег набился на сиденья, а в ногах и вовсе образовался сугроб.
Что делать? Даша достала дорожный атлас, включила свет в салоне и попыталась разобраться, где же она сейчас находится. Прикинув расстояние, вгляделась в жирную линию тракта, который тянулся до границы с Монголией. Если она проехала Долину Царей, то до Сафьяновской оставалось чуть меньше сорока километров. На карте вблизи Абдрагана значилась всего лишь одна деревня. «Кирбижель» — с трудом разобрала она мелкие буквы. Но селение располагалось не по тракту, а в стороне, километрах в пяти от дороги. Даже не стоило добираться до нее пешком. Раз плюнуть заблудиться в бескрайних полях. Да при таком ветре она вряд ли сумеет пройти больше десятка метров.
Что-то темное внезапно прижалось к боковому стеклу, и она испуганно вздрогнула. «Что-то» отсвечивало красным, и через мгновение Даша поняла — это всего лишь рваный пластиковый пакет, принесенный бурей бог весть откуда, возможно, из того же Кирбижеля. «Сорвет ветром, значит, замерзну, — неожиданно загадала она, — продержится, выживу…» Пакет держался как приклеенный, и новая мысль неожиданно посетила ее голову. На заднем сиденье лежало несколько деревянных реек — заготовок для подрамников. Гриша просил их не трогать, но он наверняка простит ее самодеятельность, если это поможет ей спастись.
Даша перетащила рейки себе на колени, затем вытянула шнур, стягивающий внизу пуховик, и связала их в плотный пучок. И снова вылезла из машины. С трудом, но ей удалось вогнать рейки почти до половины их высоты в сугроб рядом с багажником. Сверху Даша натянула тот самый прибившийся к машине беспризорный пакет и привязала его к рейкам носовым платком. Он сразу наполнился воздухом и забился на ветру, как красный пионерский флажок. Буря ревела и рвала его, словно дикий зверь когтями, тем не менее Даша надеялась, что ее сигнал бедствия продержится какое-то время… Окрыленная своим маленьким успехом, она вернулась в машину. Теперь, по крайней мере, любой идущий со стороны Краснокаменска автомобиль не врежется в задницу «москвичонка»…
Двигатель работал, и все же ноги стали замерзать от настывшего на морозе днища. Кроме того, она понимала, что угарные газы постепенно наполняют салон, и, подумав, повернула ключ, выключая двигатель. Боковые окна почти мгновенно затянуло кружевом изморози, и Даша не видела, держится ли пакет или его давно сорвало ветром.
В салоне ощутимо похолодало. Изо рта шел пар и оседал инеем на внутренней обивке автомобиля. Даша достала из сумочки блокнот и ручку. И обнаружила рядом с ними небольшой сверток. Это Гриша сунул ей в дорогу пару бутербродов с маслом и сыром. Озябшие руки слушались плохо, в одной она держала бутерброд, а другой торопливо нацарапала несколько номеров телефонов. И, не сдержавшись, быстрыми штрихами изобразила шаржированную фигуру Арефьева в нелепых старинных доспехах и шлеме, ее когда-то придумал Ляля, и подписала «Ржавый Рыцарь», словно попрощалась с ним.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
