— Но где бы ты их взял? — снова спросила Селеста.
Джайлс опять промолчал, а потом вместо ответа перевел разговор на другую тему:
— Ты должна помочь мне. Должна! Больше некому!
— Я сделаю все, что только смогу, но куда нужно обратиться? У кого занять денег?
— Тебе придется пойти к лорду Кроуторну. Я писал ему несколько раз, но письма, наверное, не дошли.
— То, что ты написал мне, я получила.
— Не могу поверить, что Кроуторн, после всех его уверений в дружбе, мог оставить меня гнить в этой вонючей яме.
В голосе его прозвучали, впрочем, нотки неуверенности, не ускользнувшие от внимания сестры.
Джайлс налил бренди из бутылки в грязный бокал, выпил залпом и продолжил:
— А теперь слушай меня. Ты пойдешь к Кроуторну. Расскажешь, в каких условиях я здесь нахожусь, и попросишь помочь мне.
— Но ты же сам сказал, что он не ответил на твои письма.
— Тебя он послушает. — Впервые за время разговора Джайлс посмотрел на сестру.
В грязной, мрачной комнате с каменными стенами она казалась солнечным лучом. Ее волосы как будто испускали свет, и сияющая белизна кожи подчеркивала ясную голубизну глаз.
— Он послушает тебя, — уже с большей уверенностью повторил Джайлс. — Кроуторну нравятся молодые женщины.
Что-то в его тоне заставило ее насторожиться.
— Может быть, сначала лучше обратиться к кому-то еще? — неуверенно спросила Селеста. — Может быть, мне стоит сходить в банк? Получить ссуду…
— И какое ты предложишь обеспечение? Имение, которым мы больше не владеем?
— А как же те деньги? Деньги, что оставил тебе папа? — осторожно спросила Селеста. — Когда он умер, капитал приносил солидный годовой доход. Мы жили на эти деньги!
— Деньги! — воскликнул Джайлс. — Их больше нет! Ничего нет!
— Ты и их проиграл? — ужаснулась Селеста.
— Почти все ушло в карманы Кроуторна. Он учил меня играть, но наука обходится недешево!
— Если лорд забрал твои деньги, то почему ты думаешь, что теперь он отдаст их тебе?
— Потому что это справедливо, — самоуверенно заявил Джайлс. — Он много забрал и теперь должен вернуть хотя бы часть. Ты поговоришь с ним. Попросишь. Будь с ним милее!
— Милее?
— А, черт! — Джайлс налил себе еще бренди. — Ну, ты же понимаешь, что я имею в виду. Если женщина нравится мужчине, она может делать с ним все, что хочет.
— Негоже вам просить сестру о таком! — вмешалась Нана, внимательно слушавшая разговор, но пока молчавшая. Поднявшись с кровати, она решительно шагнула к столу. — Я увожу мисс Селесту домой. Мне больно это говорить, но сделать она здесь ничего не может. Лондон не место для такой девушки!
— Закрой рот! — грубо оборвал ее Джайлс и повернулся к сестре: — Сделаешь так, как я скажу! Отправляйся к Кроуторну. У него дом на Чарльз-стрит. Номер шесть. Расскажи, где я. Если надо, встань перед ним на колени, но, ради бога, вытащи меня отсюда!
В голосе его прозвучала неподдельная боль, и впервые за то время, что они были здесь, Селеста увидела перед собой не грубияна и картежника, а испуганного юнца.
— Я сделаю все, что смогу, — пообещала она, — и нам остается только надеяться, что лорд Кроуторн выслушает меня.
— Выслушает, — заверил ее Джайлс.
Селеста вздохнула.
— Пожалуйста, приведи себя в порядок и не пей больше, — попросила она. — Ты ведь был такой умный. Я так тобой восхищалась. И мне совсем не нравится, как ты теперь выглядишь.
— Буду выглядеть как надо, когда отсюда выйду, — пообещал он. — А это зависит от тебя. — Да, знаю, — едва слышно пробормотала Селеста.
Он не попытался ни попрощаться, ни даже просто дотронуться до нее — и слава богу.
И она не смогла заставить себя поцеловать брата — от него разило спиртным, а на подбородке и верхней губе проступила колючая темная щетина.
Надзиратель провел их по тому же коридору, мимо клеток, из которых в адрес Селесты летели слова, половину которых она, к счастью, не понимала.
Наконец выйдя на улицу, они увидели свой экипаж и поспешили к нему.
И лишь когда лошади тронулись в обратный путь, Нана снова разразилась слезами.
— Он был таким милым малышом, — снова и снова повторяла она.
Селеста знала, что служанку расстроил не столько неопрятный вид Джайлса и его грязная одежда, сколько его грубость, недостойное поведение и слова надзирателя, который назвал ее любимца пьяницей.
Чем она могла успокоить старую няню, какие слова утешения найти для нее, обожавшей брата с самого его рождения?
Селесту саму глубоко потрясла случившаяся с Джайлсом перемена, его порочность и полная утрата им гордости и достоинства.
Она чувствовала, что вина за все это лежит на лорде Кроуторне.
А ведь Джайлс был так увлечен им, с таким жаром рассказывал о его доброте и покровительстве!
Теперь, став постарше, Селеста поняла, что женщины, которых брат привозил в поместье из Лондона, дабы развлекать лорда Кроуторна, вряд ли появились бы в их доме при жизни отца, и Джайлсу ни в коем случае не следовало приглашать такие компании, когда сестра его не достигла еще совершеннолетия.
Так что она не могла найти слов утешения для старой служанки.
Экипаж медленно катил по запруженным улицам в сторону Мейфэра. Погруженные в свои мысли, женщины молчали.
И лишь когда возница остановил лошадей у дома номер шесть по Чарльз-стрит, Селеста качнулась вперед и вернулась в настоящее.
Она вдруг поймала себя на том, что так и не придумала, как поведет себя с лордом Кроуторном, что скажет ему, с чего начнет разговор.
Хорошо еще, что Нана сохранила присутствие духа и выглядела решительной и собранной.
— Будь со мной, — попросила Селеста, — и ни в коем случае не оставляй меня наедине с лордом.
— Не тревожьтесь, дорогая, я вас не брошу, — твердо пообещала служанка.
Они вышли на тротуар. Селеста расплатилась с возницей и поблагодарила за то, что он подождал их возле тюрьмы.
— Надеюсь, мисс, что в следующий раз я повезу вас по более приличному адресу, — с улыбкой ответил он и спрятал в карман полученные монеты, а она вдруг поняла, что денег осталось только на обратную дорогу в Роксли.
К счастью, в том кошельке, что забрал Джайлс, лежали только собранные для него же соверены.
«К «Белому медведю» после встречи с лордом Кроуторном придется возвращаться пешком», — со свойственной ей практичностью подумала Селеста, дергая за шнур дверного звонка.
Слуга в дорогой ливрее встретил посетителей с нескрываемым пренебрежением.
— Передайте, пожалуйста, лорду Кроуторну, что к нему мисс Селеста Роксли.
