Не хочу сердиться на него, но не могу заставить чувствовать себя так же, как обычно.
Единственный способ не сойти с ума, терзаясь мыслями, – позвонить кому-нибудь.
Звоню Анне. Она уже в курсе того, что случилось с Дейзи.
– Ты знала ее? – спрашиваю я.
– Нет, – отвечает она, – но у нас был общий знакомый. Один парень.
Хочу поговорить с Анной, но только не о Джеке. Готова говорить о чем угодно, но только не о нем, поэтому произношу первое, что приходит в голову.
– Я заходила на сайт, – признаюсь я. – Тот самый, о котором ты говорила.
– «СОДОМ»? – уточняет она.
– Угу. В жизни ничего подобного не видела. На порно не похоже, по крайней мере, на то порно, что я видела раньше. Смотрится жутко.
– Дело не в том, как это смотрится, – отвечает Анна, – а в том, какие чувства вызывает. Дело не в сценарии или в конкретном эпизоде, а в его воздействии на зрителя. В том, что происходит с твоим телом и с твоим сознанием. Если все сделано правильно, то ты ловишь кайф.
Анна хочет, чтобы я поняла, какой кайф ловишь, когда висишь в воздухе, без всякой опоры, кроме веревок, которыми ты связана, или когда заперта в клетке, из которой невозможно сбежать.
– Я чувствую себя абсолютно беспомощной, – признается она, – но я просто выбрасываю все мысли из головы – и это не сравнить ни с чем. Я удивительным образом чувствую свое тело, каждую клеточку, каждую мышцу, каждую жилку. Все чувства обострены до предела. Я чувствую малейшее движение воздуха. Любое движение веревок, каждую царапину, когда они впиваются мне в кожу на запястьях, лодыжках и на груди.
– Разве это не больно? – спрашиваю я.
– Для всех по-разному, – отвечает Анна. – Лично у меня высокий порог чувствительности. Когда я связана, то сначала чувствую покалывание во всем теле, как будто через него пробегает электрический разряд. Пальцы рук и ног медленно немеют, потому что руки и ноги связаны. Затем по ним распространяется сильное жжение. Боль накатывает волна за волной. И так до тех пор, пока я уже не в силах ее терпеть. И когда мне кажется, что я больше не выдержу, боль превращается в наслаждение, такое сильное, какого я никогда еще не испытывала. Все превращается в свою противоположность. Боль – в наслаждение. Наслаждение – в боль. И я готова на все, чтобы усилить эти ощущения, чтобы они длились вечно, потому что это так приятно!
Когда я связана, – добавляет Анна, – у меня бывают самые яркие и сильные оргазмы в моей жизни. Такие мощные, что иногда я теряю сознание. Затем прихожу в себя, и все начинается сначала.
По ее словам, когда она связана, она быстро теряет ощущение времени. Как будто ее кто-то загипнотизировал.
– Я как будто погружена в транс, в эротический транс, – признается она. – Возможно, так оно и есть, и я пребываю в нем считаные минуты, но они кажутся мне долгими часами. Я нахожусь вне времени, и окружающее кажется мне бесконечностью. И мне страшно. Я не знаю, что будет со мной, если это действительно никогда не кончится.
После этого Анна признается, что в такие моменты она разрывается между желанием и отвращением, ей кажется, что она может сойти с ума.
– Но я чувствую себя такой живой, – говорит она. – Более живой и полнокровной, чем в любой другой момент моей жизни. Мною владеет блаженный покой. Я как будто нахожусь за пределами человеческого разума.
Я ни разу не слышала от Анны подобных речей. Обычно она страшная хохотушка. Сегодня она серьезна, как никогда, и, похоже, говорит искренне. Передо мной всплывает ее лицо, похожее на странную маску. Теперь мне понятно, что она тогда испытывала. И я хочу знать больше. Хочу знать, что это такое, оказаться в ее мире.
Впрочем, Анна считает, что сказала достаточно. Я так думаю, потому что она замолкает и на миг словно погружается в себя. А затем резко меняет тему разговора.
– Чем ты сейчас занимаешься? – неожиданно спрашивает она.
– Особенно ничем, – отвечаю я.
– Хочешь познакомиться с Банди? – лукаво говорит Анна.
– Конечно, хочу, – говорю я.
При этом я даже не задумываюсь. Я знаю, что сегодня Джек вернется домой поздно. А мне ужасно не хочется сидеть одной, ожидая его возвращения.
Глава 10
– Посмотри на это! – предлагает Банди.
Он показывает фотографии на своем телефоне, причем делает это так быстро, что я ничего не успеваю толком разглядеть. Фото сливаются в стремительную череду расплывчатых контрастных пятен. Это снимки крупным планом, сделанные с разных ракурсов.
Банди пролистывает фотографии, словно начинающий коммивояжер на первой презентации перед важными покупателями. Нервишки у коммивояжера сдают, от волнения он забывает отпустить кнопку на пульте дистанционного управления, и на экране один за другим мелькают слайды. Вжик – и они все пролетели. Слайды, которые он подбирал три дня подряд без сна, чтобы успеть к назначенному сроку, к своей первой большой продаже.
Все пролистаны меньше чем за полминуты. А коммивояжер стоит, глядя на огромный пустой экран; он еще не успел рассказать о том, что изображено на первом слайде, и все еще надеется, что в этом месяце ему все-таки повезет с заказчиками.
В отличие от бедняги-коммивояжера Банди не нервничает, он лишь на взводе. Он пытается мне кое-что продать. Пытается продать идею занюхать дорожку кокаина, насыпанную на его пенис.
Когда Банди задерживается на каком-то фото дольше, чем на остальных, я понимаю, что снимки главным образом на эту тему. Это портфолио с девушками, которые именно этим и заняты. Презентация для доверчивых и наивных. Оно, конечно, нелегко, но он с воодушевлением пытается провернуть дело.
Мы только-только познакомились. Точнее, нас только что представила друг другу Анна. Банди даже не сказал «привет» или «очень приятно». Он говорит «посмотри на это». И тут же извлекает свидетельства своих завоеваний.
Именно этим Банди и занимается.
Он рыскает по клубам, барам, универмагам, забегаловкам и супермаркетам в поисках красивых девушек. Они должны быть не просто хорошенькими. Они должны быть согласны на все. Он называет это «знакомством с новыми телочками».
На его сайте, «Банди и его дарования», рассчитанном на международную аудиторию придурков, ежедневно появляются подтверждения фактов новых знакомств. Казалось бы, невинно. Но только на первый взгляд.
В армии это называют «расползанием задачи». Когда боевые действия заходят за привычные границы и военные обходят цели.
Это порнорасползание. Когда порнография переходит свои границы и делает вид, будто является чем-то иным. Как только новые «телочки» Банди знакомятся с ним, он вытаскивает фотоаппарат и из кожи вон лезет, чтобы уговорить их сделать прямо здесь и сейчас одно из трех.
