Но Даня обругала юношу через закрытую дверь и предупредила, что заперла её на две задвижки. За пять минут с таким препятствием без специальных средств не справиться, а если бы полиция сцапала его в этом случае, судьи наоборот остались бы недовольны "неповоротливостью", недостаточной "возбуждённостью и мощью" насильника и осудили бы с излишней строгостью. Пришлось скрепя сердце уйти от двери уютненькой квартирки. Благо в кармане у него лежал ключ от Анчихристового жилья и записка с адресом.
Дома Анчихриста не оказалось. Он не пришёл забрать даже самую маленькую и ненужную безделушку, стремясь любой ценой выполнить второе условие. Правда, неясно было, выполнил ли он к тому же и третье. Новичок дорого бы заплатил, лишь бы Анчихрист смалодушничал и не решился на крайние меры. Однако сказать на сей счёт что-либо определённое было трудно, поскольку остаток рабочего дня Анчихрист провёл в молчании за своим шоу-кульманом, а после исчез. Таким образом, ничто не указывало на его дальнейшую судьбу.
Однако если судить по аккуратности, с которой Анчихрист соблюдал второе условие, он не был способен к вероломству... к глубокому сожалению новичка! Поэтому рано или поздно должен был объявиться его труп, и тогда придётся уносить отсюда ноги подобру-поздорову. А самое правильное - сделать это заблаговременно. Вот хотя бы в субботу с утра.
Возможно, какой-нибудь ещё выход и существовал, только юноша не мог найти его на голодный желудок. На улице тем временем стемнело. Пора было поужинать и ложиться спать.
Новичок отправился на кухню. Произведя ревизию холодильника, приготовил весьма недурной ужин, съел его, вымыл посуду и немного успокоившись, обследовал квартиру более тщательно. Не то чтобы он собирался здесь жить (ясное дело, этому вскоре помешает новый труп). Просто надо было как-то убить вечер.
В результате обследования он обнаружил любопытную фотографию, на которой хозяин квартиры был изображён вместе с Арамисом, и каждый держал в руках по огромной рыбине. Новичок открыл шкафчик, на полке которого стояла фотография, и нашёл в нём полдюжины различных удочек, подсаку, два спиннинга, а также кучу блёсен, коробочек с крючками, несколько мотков капроновой и стальной лёски и другую рыбацкую снасть. В следующем шкафу обнаружились ружьё, дробовик, топорик, вскрытая коробка с патронами, коробка с картонными гильзами, мешочки с дробью и капсюлями, показывавшие, что кроме рыбной, ловли Анчихрист увлекался охотой. В платяном шкафу имелась соответствующая обоим видам отдыха одежда.
Между прочим, наличие на своём месте ружья давало слабую надежду на чудо. Кажется, проще простого было вернуться после работы домой и немедленно застрелиться. Раз Анчихрист не сделал этого, может быть, он ещё жив. А вдруг удастся его уговорить не делать глупостей!..
Ободрённый этой мыслью, новичок перешёл к книжному шкафу. Книг было немного. Взяв наугад самую толстую из них, со стёршимся названием, от букв которого на синей обложке осталось лишь несколько золотистых точек, он открыл её наугад и прочёл:
"27 Но чтобы нам не соблазнить их, пойди на море, брось уду, и первую рыбу, которая попадётся, возьми; и, открыв у ней рот, найдёшь статир; возьми его и отдай им за Меня и за себя."
Узнав из примечания, что статир - это монета в четыре драхмы (правда, неясно было, много это или мало), новичок понял: в руках у него сборник старинных сказок и невероятных историй, которые рыбаки рассказывают друг дружке, что вполне соответствовало вкусам Анчихриста. Прочитав проставленное в колонтитуле имя, новичок представил автора данной сказки, некоего Матфея, огромным бородатым дядькой, который широко разводит руки и хвастается всем и каждому: "Вчера я поймал эвоттакенного сомищу с эвоттакенными усищами!"
Юноша засмеялся, улёгся на софу, с наслаждением вытянул ноги и открыл другую историю, рассказанную на этот раз каким-то Лукой:
"5 Симон сказал Ему в ответ: Наставник! мы трудились всю ночь и ничего не поймали; но по слову Твоему закину сеть.
6 Сделавши это, они поймали великое множество рыбы, и даже сеть у них прорывалась.
7 И дали знак товарищам, находившимся в другой лодке, чтобы пришли помочь им; и пришли, и наполнили обе лодки, так-что они начинали тонуть.
8 Увидев это, Симон Пётр припал к коленам Иисуса и сказал: выйди от меня, Господи! потому что я человек грешный.
9 Ибо ужас объял его и всех, бывших с ним, от этого лова рыб, ими пойманных;
10 Также и Иакова и Иоанна, сыновей Зеведеевых, бывших товарищами Симону. И сказал Симону Иисус: не бойся; отныне будешь ловить человеков."
Это было уже менее понятно. Во-первых, куда смотрел рыбнадзор и экологи, почему никто не сграбастал весёлую компанию браконьеров, ночь напролёт запросто орудовавших сетями на двух лодках?! Это было возможно лишь в том случае, если история слишком стара и относится к тому времени, когда никакого рыбнадзора не существовало и в помине.
Во-вторых, что значит "ловить человеков"? Это что, идти работать пляжным спасателем? Однако в таком случае история просто не может быть старой! Значит, это попросту досужие выдумки.
И отчего вдруг рыбаку переквалифицироваться в спасатели?..
Не зная, как разрешить явные противоречия, новичок заглянул в самый конец книги и только принялся читать рассказ рыболова со стажем Иоанна о неудачно начавшемся промысле Симона Петра, Фомы Близнеца, Нафанаила из Каны Галилейской, сыновей Зеведеевых и ещё двух каких-то учеников (видимо, браконьерство было поставлено на широкую ногу, раз у наставника Иисуса были ученики, решил новичок), когда заметил короткое слово на полях:
"Бред"
Он хмыкнул, в полной мере соглашаясь с данным выводом захлопнул книгу, как вдруг подскочил, рванул её к себе так, что она сама раскрылась на нужной странице, и уставился на "Бред", не веря собственным глазам.
Однако зрительная память новичка никогда не подводила. Ошибки быть не могло: слово было выведено тем же чётким красивым почерком профессиональной чертёжницы, что и "Гайка стальная необыкновенная". Анчихристова записка с адресом была нацарапана совсем другим почерком, корявым, да ещё с сильным наклоном вправо.
В самом деле, для чего Анчихристу вырабатывать чертёжный почерк? Мужчины работали на шоу-кульманах с гигантскими жидкокристаллическими экранами, надписи набирали на клавиатуре. А вот женщины и имики чертили на ручных, дабы не расходовать лишнюю электроэнергию и не усугублять и без того плохую экологическую обстановку на планете. Поэтому почерк у женщин-чертёжниц всегда лучше, чем у мужчин-конструкторов.
Итак, эта книга не принадлежала Анчихристу.
Это Данина книга!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
