Читаем без скачивания Народный мститель - Кирилл Казанцев

Избивавшему еще предстояло принять решение – просто проучить водителя «МАЗа» или же прикончить его как ненужного свидетеля. И решение это зависело от дальнейшего поведения Гриши. Примется просить пощады, сломается – пусть себе живет, будет артачиться – отправится к праотцам.

Григорий буквально сходил с ума от боли, и, как всегда случается в таких ситуациях, его мысль зацепилась за то, что было ему дорого. Содрогаясь от ударов ногами, он подполз к лежащему на асфальте мобильнику и сжал его окровавленными пальцами.

Мужчина с шрамом внезапно остановил избиение. К нему приближался непонятно откуда появившийся человек. Он шел неторопливо, руки держал в карманах полотняной куртки. Лишь через секунду верзила заметил стоявший у самого леска мотоцикл.

– Эй, мужики, на хрена вам драться? – крикнул Андрей Ларин, вытаскивая руки из карманов. – Любые проблемы можно решить мирно.

– Слушай, – мужчина в кожанке недобро глянул на Андрея. – Тебя не трогают. Ехал, так и езжай своей дорогой.

Ларин слегка замедлил шаг.

– Ну, чего ты от него хочешь? Он уже и так тише воды ниже травы, – Андрей кивнул на корчившегося на земле Гришу Киселя. – Если виноват был, так ты его уже наказал. Я понимаю, всякое в жизни бывает. Может, он тебе тачку помял?

Такое спокойствие давалось Андрею нелегко. Еще пять минут назад он мчался на мотоцикле из Москвы, разыскивая этот чертов заброшенный асфальтобетонный завод, где Грише Киселю назначили встречу. Специалисты Павла Игнатьевича Дугина отследили в Интернете ход переговоров о покупке видео, и было понятно, что в первую очередь тут окажутся те, кому обнародование записи не с руки. И теперь Андрей понимал, что немного опоздал. Звонок от Дугина застал его в центре города. Времени оставалось только на дорогу, и самое обидное, что даже оружия с собой он прихватить не успел. После случая на Садовом кольце Ларин не возил его с собой без необходимости.

Он подошел вплотную и миролюбиво произнес, разыгрывая из себя случайного свидетеля:

– На хрена тебе неприятности? Еще прибьешь мужика.

Гриша застонал, сделав усилие, привстал на колени и прохрипел:

– Я все понял, все…

– Вот видишь, – процедил обладатель шрама. – Но только раньше надо было тоже понимать. Отдал бы то, что тебе не принадлежит. Я же по-хорошему просил… – Говоривший осекся и покрутил головой, не видя мобильника, который еще недавно лежал рядом.

Ларин понял этот взгляд, кашлянул и спросил почти безразлично:

– Значит, это тебя Матюковы прислали? Видео с их сынком забрать? А свидетеля – прикончить?

Мужик с шрамом даже не посчитал нужным ничего ответить, он попытался резко ударить монтировкой. Такие удары практически всегда дают стопроцентный успех. Не успел от него прикрыться – череп проломлен. Успел поставить блок рукой – получи переломанную кость. Но Андрей не зря имел хорошую подготовку, не зря Дугин два раза на год отправлял его на занятия и тренировки, в том числе и с лучшими инструкторами рукопашного боя. Выверенным движением Ларин отвел опускающуюся руку с монтировкой в сторону, и, воспользовавшись тем, что противник не мог остановить своего движения вперед, ударил ему в челюсть. Здоровяк рухнул на асфальт.

Напарник поверженного громилы выскочил из «Нивы», вскинул пистолет и выстрелил без предупреждения. Андрей слышал, как пуля просвистела рядом с головой. В этот момент строительный мастер, оставшийся в «Ниве», сообразил, что о нем на время забыли, рванул из машины и, высоко подпрыгивая, помчался к лесу. Мужчина в плаще на секунду растерялся, повернул ствол в сторону беглеца. Ларин, подхватив с асфальта обломок кирпича, метнул его в противника и попал в руку, которой тот успел прикрыть голову.

Григорий поднялся на ноги и, прихрамывая, прижимая руку к груди, побежал к самосвалу, Ларин – за ним. Еще два выстрела прозвучали вслед. И если бы не кирпич, повредивший стрелявшему правую кисть, выстрелы, возможно, и достигли бы цели.

Андрей первым оказался возле «МАЗа», бросился за руль.

– Куда ты… – крикнул было Григорий, но тут очередная пуля разбила фару, брызнули осколки, и он тут же оказался на пассажирском сиденье. – Вот же гады!

Двигатель уже работал. Ларин собирался протаранить загораживавшую выезд «Ниву», но на пути самосвала проворно оказался мужчина в плаще. Пуля пробила лобовое стекло. Кисель нырнул под приборную панель, а Андрей вывернул руль, уводя самосвал в сторону.

– Давить его надо было! – крикнул водитель «МАЗа».

– Успеется.

Ларин вдавил педаль газа, и самосвал, набирая скорость, помчался по площадке, петляя между остатками заводского оборудования, опорами электропередачи и кучами мусора. Григорий боязливо выпрямился, глянул в заднее окошко.

– И второй, блин, оклемался. Хоть ты ему хорошенько и врезал. В машину, суки, садятся… Давить их надо, блин! А то удерут.

– Они удирать не собираются. Что ж ты их сам раньше не давил? Не ты задавишь, так тебя… – отозвался Ларин и ударил по тормозам, так что Григорий даже ткнулся головой в лобовое стекло.

– Чего встали? – забеспокоился Кисель.

– Не дрейфь, все рассчитано. Ну, что они, за нами двинулись или удирать решили?

– За нами, – подтвердил Григорий бескровными губами. – Уже и второй пистолет вытащил. Знал бы, никогда…

– Знал бы прикуп, жил бы в Сочи.

Андрей тронулся с места. «МАЗ» рванулся вперед, огибая высокий, как египетская пирамида, штабель песка, местами поросший клочьями травы. «Нива», набирая скорость, попыталась обойти самосвал слева.

– А ты кто такой? Взялся откуда?

– Тебя, дурака, спасать приехал. Голову-то пригни, – глянув в боковое зеркало, посоветовал Андрей, – стреляют они, кстати, неплохо.

Григорий последовал совету и почти распластался на пассажирском сиденье. Выстрел последовал незамедлительно. Но не туда, куда предвидел Ларин. Зашипела, захлопала, сдуваясь, передняя покрышка. Самосвал повело в сторону.

– Что ж это творится, а? – запаниковал Григорий.

– Это пока не беда. Движок у твоей машины не подведет?

Андрей притормозил, пропуская «Ниву» вперед, а затем резко добавил газу. Мощный самосвал смял задний бампер легковушки, стремительно развернул машину поперек дороги и поволок ее перед собой. Крики, шорох гравия, визг стирающихся о шершавый асфальт покрышек слились воедино. Пыль клубами валила из-под «Нивы», закрывая обзор. Водитель внедорожника отчаянно пытался воткнуть рычаг скорости, вырваться из-под грузовика, но самосвал был значительно мощнее. Он толкал «Ниву» перед собой, поднимая тучи пыли. Затем что-то заскрежетало. Передние колеса «МАЗа» ухнули вниз, словно провалились в яму, последовал несильный удар. Гриша сидел, вцепившись в края сиденья, и тупо смотрел на видневшуюся перед треснувшим лобовым стеклом бетонную балку.

– Что за хрень? – пробормотал он.

Ларин с выражением деланого удивления на лице пожал плечами.

– А ты не заметил? Надо будет отъехать, посмотреть.

Заскрежетала разболтанная коробка передач. Андрей воткнул заднюю скорость, «МАЗ» сдал назад и остановился. Пыль впереди медленно оседала. Сквозь нее прорисовывалась незамысловатая железобетонная конструкция с бункером на самом верху. Когда-то под ним загружались самосвалы, подвозившие щебень к асфальтосмесителю. Наконец пыль осела.

– Вот же, мля, – только и сумел проговорить Григорий.

Андрей выключил двигатель и спрыгнул на землю. Кисель, морщась от боли, прижимая к груди руку, тоже выбрался из кабины и встал рядом с Лариным. Покореженная «Нива» была буквально запакована между двумя железобетонными столбами, поддерживавшими бункер. За выбитым стеклом виднелось залитое кровью лицо мужика со шрамом на лбу. Он безуспешно пытался вытащить прижатую покореженной дверкой руку. Его напарник уже выщелкнул отстреленную обойму из рукоятки пистолета, но никак не мог добраться до запасной. Завидев Андрея, он принялся в панике рвать ручку дверцы.

– Зря стараешься, – произнес Ларин, – ее все равно не открыть. За ней стена.

– И что теперь? – Григорий был так перепуган, что его вопрос прозвучал совсем невнятно.

– А вот что, – Андрей ухватился за длинный металлический рычаг, соединенный с затвором бункера.

Ржавый механизм не хотел поддаваться. Тогда Ларин повис на нем, пару раз дернулся. Затвор пронзительно скрипнул, заслонка отошла, и на покореженную «Ниву» обрушился поток серого щебня. Стойки крыши не выдержали, прогнулись, а щебень все сыпался и сыпался, погребая под собой машину.

Камень в бункере закончился. Пара камней еще протарахтела по его металлическим стенкам, и стало тихо. Внутри кучи что-то хрустнуло, и она просела.

– Ну, вот и все, – произнес Андрей. – Значит, крыша окончательно провалилась. Ты рот-то закрой.

Григорий покосился на Ларина, нижняя челюсть у него мелко подрагивала. Киселю нестерпимо хотелось броситься к недалекому леску, в котором уже успел исчезнуть его начальник. Если что и удерживало Гришу на месте, так это осознание того, что от незнакомца убежать не удастся.