вытащил ручку из кармана и взял бумажную салфетку со стола.
Капитан продиктовал мне свой мобильный номер и продолжил далее:
— Теперь выходишь назад в настройки и переходишь в пункт Расположение… пункт «ручная отправка» или «quick GPS» может быть, нашел?
— Так точно, — отчитался я, — продолжай, — тоже перешел я на ты для экономии времени.
— Вбиваешь еще раз мой номер, сохранить и потом надо будет нажать красную кнопку на правой боковой панели — есть такая?
— Нашел, нажимаю, — ответил я.
— Пришли ваши координаты, — устало отозвался капитан, — через полчаса самое большее подъедем…
— Не подъедете, — поправил его я, — к нам одна дорога от трассы ведет, и она того… провал там метров на сто вглубь.
— Значит, объедем как-нибудь, — отмахнулся от моей информации Соловьев.
— Давай так, капитан, — принял я решение, — мы со своей стороны сейчас к этому провалу выдвинемся, а вы с той подъезжайте… там посоветуемся и решим на месте, что делать.
— Договорились, — был мне ответ, — ширина-то провала какая?
Я кинул взгляд на Гришу, тот сказал, что метров пятьдесят, не меньше, я и продублировал этот ответ в трубку.
— Бывало и побольше, — сказал капитан, — встречаемся через полчаса у провала, короче говоря…
Я выключил телефон и посмотрел на собравшихся вокруг нашего стола — лица у них были не сказать, чтобы сильно радостные.
— Ну, что, — нарушил я звенящую тишину, — кто к провалу поедет?
— Ты да я, — ответил Гриша, — как в прошлый раз.
— Я тоже хочу, — неожиданно вызвалась Тамарка, — а то что это за сексизм получается с дискриминацией?
— И я тоже, — не удержалась Вера, — интересно же.
— Все, набор добровольцев закончен, — подытожил милиционер, — у меня на заднее сиденье только двое влезут.
— А почему не трое? — справился Афоня, — обычно же столько влезает.
— Барахло там разное лежит, — пояснил Григорий, — убирать времени нет. Поехали, часики тикают… — и он поднял вместо часов свой обшарпанный мобильник фирмы Хонор, кажется.
Мы вчетвером поднялись, шумно отодвигая стулья, и вышли на площадь, где возле Ленина все так же одиноко ожидал УАЗик-Хантер с проблесковым маячком на крыше и веселой надписью ППС по бортам.
— Стой, — остановила меня за рукав Вера, — а вчера, если я ничего не путаю, Ленин стоял тут с высоко поднятой правой рукой, а сейчас…
Все посмотрели на памятник — правая рука Ильича была опущена вниз и сжата в кулак.
— Ты спутала чего-то, — решил не заострять этот вопрос я, — вчера он такой же был, никаких протянутых рук…
— Странно, — сказала Тамара, — я тоже его видела таким, как Вера говорит…
— Давайте оставим эти обсуждения на ужин, — недовольно предложил Гриша, — а сейчас у нас более важное дело на повестке стоит…
И мы дружно уселись в Уазик и покатили по боковой аллее к выезду с территории санатория. Когда мы миновали стелу с названием, Вера высказалась еще раз.
— И вот эти буквы, — она показала направо, — буквально вчера были зелеными, а сейчас они белые… странно все это.
— Да не были они никогда зелеными, — зло бросил Гриша, — я в прошлом году здесь лечился, белым по синему все было написано.
— И мне сдается, что надпись белой была, — поддакнула Тамара, — показалось тебе просто.
— Приехали, — сказал Гриша через полторы минуты, — вот провал, вон болота, мы их с Иваном одолеть пытались и не одолели.
— А вот волки, — тихо добавила Вера, указывая на ту сторону провала.
И действительно, там сидели и лежали три штуки больших серых собак, которые действительно могли оказаться и волками.
— Может собаки бродячие? — высказал я такое предположение.
— Может и собаки, — рассеянно отвечал Гриша, — Ваня, доставай телефон и связывайся с этим капитаном.
— Эх, капитан-капитан, — вспомнил я цитату из классика, — никогда не быть тебе майором.
— Но-но, — строго осадил меня милиционер, — я ведь тоже капитан.
Ничего я ему отвечать не стал, а просто аккуратно вынул из кармана Турайю и нажал кнопку включения.
— Блин, как тут список входящих звонков-то посмотреть, никто не знает? — попросил я у народа.
— Наверно надо нажать на зелененькую кнопку, — предположила Тамара, — как на обычных мобилках.
Я тут же на нее нажал, на эту кнопку, но ничего не произошло.
— Надо было записать их телефон, — с некоторым запозданием произнесла здравую мысль Вера.
— Надо было, — согласился с ней я, — но теперь уже поздно. На 112 что ли звоним?
— Подожди, — тормознул меня Гриша, — полчаса еще не прошло — они вот-вот сами появятся или позвонят. А пока мы тут ждем, — обратился он к Вере, — ты бы дорассказала, что там этот мужик сказал… в болотном тумане который был, когда вы грибы собирали.
— Пожалуйста, — пожала Вера плечами, — у мен секретов нет — он рассказал мне и Маринке, что с нами произойдет в течение следующего года.
— И что, оно произошло? — спросил я, — ну сбылись его предсказания?
— Ты будешь смеяться, но да… почти все, за одним исключением… да и то, это исключение касается этого вот месяца уже.
— И что это за исключение? — заглотнул крючок Гриша, а я добавил, — а что сбылось, это тоже интересно?
— Отвечаю сначала на твой вопрос, — указала Вера пальцем на меня, — мне повысили зарплату на службе…
— А ты разве не хозяйка этот салона? — не смог не задать такого вопроса я, — не сама себе оклад устанавливаеш?
— Ну что ты, — усмехнулась она, — до владельца бизнеса я еще не доросла… а еще в феврале случился большой скачок вниз на бирже, акции Магнита и Сбера здорово упали, а я успела вывести средства в кэш, а потом закупилась по низким ценам, почти вдвое капитал увеличила.
— Ничего себе, — синхронно произнесли мы с Гришей, Тамарка промолчала, а закончил я один, — ты просто биржевой делец какой-то, как этот… Уоррен Баффет.
— До Баффета мне еще далеко, — тряхнула она головой, — но я стараюсь.
